Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Враги рубля

К чему приведут попытки найти виновных в росте цен

«Газета.Ru» 12.12.2014, 19:31
«Очередь», А.Сундуков, 1986 А.Сундуков
«Очередь», А.Сундуков, 1986

На фоне пикирующего рубля и резкого роста цен возникает сильное искушение применить привычные силовые методы для выхода из кризиса. Но объективные законы экономики судом и следствием не запугаешь, куда больше они страдают от неграмотных управленческих решений. Баланс между угрозами получить голодающий электорат и разоренный бизнес можно найти, только помогая рынку выйти из кризиса, а не разыскивая на нем «спекулянтов» и других «врагов рубля».

По сообщению газеты «Коммерсантъ», на встрече представителей производителей и розничных сетей крупнейшие отраслевые союзы потребовали от Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ) сократить срок рассмотрения уведомлений о повышении закупочной цены до семи дней вместо нынешних 45.

Их легко понять. Когда национальная валюта ежедневно обесценивается, поставщики товаров работают себе в убыток. Сейчас по Кодексу добросовестных практик (КДП), который регулирует взаимоотношения производителей, поставщиков и торговых сетей, у ритейлеров есть 45 суток для рассмотрения заявленного поставщиком подорожания. Если за это время решение не принимается, поставщик может отменить отгрузку. Однако в действительности каждый ритейлер принимает решение по-своему, иногда это занимает до 120 дней.

Вряд ли можно считать это требование поставщиков к ритейлерам саботажем. Никто не хочет работать себе в убыток, а за 45 дней по нынешним временам ситуация на валютном рынке меняется до неузнаваемости и способна дотла разорить поставщиков, отгружающих товар по старым ценам.

В условиях падающего рубля и галопирующей инфляции перед государством встает жесткий выбор: наводить порядок в торговле и на валютном рынке силой или дать возможность сделать это рынку. С первым вариантом в России проблем никогда не было.

В регионах местные власти и ФАС, порой с подключением прокуратуры, уже начинают массированные проверки торговых сетей и рынков.

В частности, в Кемеровской области в тотальной проверке торговых точек на предмет завышения цен участвуют сотрудники ФАС, региональной энергетической комиссии и депутаты. А губернатор Аман Тулеев описывает ситуацию в типичной стилистике советских времен, говоря о «нечистых на руку дельцах», использующих в своих корыстных интересах непростой период, связанный с введением санкций в отношении России и нашим ответным продуктовым эмбарго.

«Эти люди пытаются извлечь из этой ситуации личную выгоду, создают искусственный дефицит на стратегические для народа продукты, такие как крупы, консервы, а потом продают их по более высоким ценам. Мы должны не допустить паники у населения и защитить интересы земляков», — говорит Тулеев.

Тему борьбы с нечистыми на руку дельцами, но уже не торговыми, а валютными, поднял и глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин, предложив ввести уголовную ответственность за валютные спекуляции. На коллегии СКР по вопросу эффективности расследования преступлений в сфере экономики он подчеркнул, что пресечение спекуляций на валютном рынке крайне важно для обеспечения стабилизации экономической ситуации в стране, так как в настоящее время она оказывает существенное влияние на курсовые колебания национальной валюты.

Бастрыкин призвал использовать две статьи Уголовного кодекса, которые направлены на противодействие валютным спекуляциям, — о «манипулировании рынком» и о «неправомерном использовании инсайдерской информации».

Ему заочно сразу же ответила глава ЦБ Эльвира Набиуллина, пообещав пресекать спекуляции исключительно рыночными методами — валютными интервенциями и ограничением рублевой ликвидности банков.

Показательно, что сразу после прозвучавшего в послании президента Федеральному собранию поручения разобраться с валютными спекулянтами глава кремлевской администрации Сергей Иванов публично назвал органы, которые должны этим заниматься: ЦБ, Минфин и Росфинмониторинг. То есть это в принципе не зона ответственности Следственного комитета. Не говоря уже о том, что сами валютные спекуляции — вообще-то абсолютно нормальные для рынка сделки и всегда следствие слабой валюты, а не ее причина.

Ситуация в российской экономике объективно тяжелая, и просвета пока не видно. Но улучшать ее привычным для России способом «посадить и наказать» в текущих условиях даже не бесполезно, а прямо-таки вредно.

Если чиновники и рассчитывали на посткрымский ренессанс — импортозамещение, новый рост экономики на базе национального подъема и прочие «метафизические» факторы повышения экономической активности, то пока этого явно не происходит. Да и объективно, даже без падения цен на нефть, не могло произойти быстро. А с таким «тонким» подходом к делу, как регулирование прокуратурой и депутатами цен на рынках и в магазинах или введение уголовной ответственности за валютные спекуляции, нам вообще мало что светит, кроме полноценного долгосрочного кризиса.

Если власть еще не потеряла инстинкта самосохранения, руководству страны придется искать баланс интересов между «голодным» электоратом, покупательная способность которого «съедается» стремительно падающим рублем, и терпящим убытки бизнесом. При этом в данном случае и бизнес, и потребители, и чиновники находятся по одну сторону баррикад. Чем меньше будут «кошмарить бизнес» в этих сложных условиях, тем более сытым окажется электорат. Не говоря уже о том, что чрезмерное регулирование торговли и прокурорские проверки цен на гречку могут привести еще и к хорошо известному многим россиянам по советским временам дефициту товаров. Который уже и так появился из-за ажиотажного спроса.

В 1930-е годы лучших финансистов страны репрессировали за, как написано было в их делах, «рублевые интервенции». Следователи читали только слово «интервенции» и сразу выносили вердикт — виновен. Хочется верить, что уровень следствия сегодня уже совсем другой.

Поиск «врагов рубля» в условиях начинающегося экономического кризиса его лишь ускорит и углубит. Надо дать рынку исправить то, что не может исправить, но вполне может еще сильнее испортить государство.