Ирак поделят на троих

Курды, иранцы и американцы включаются в конфликт

,
За последние сутки под контролем боевиков «Исламского государства Ирака и Леванта» оказались еще два иракских города — Джалаула и Аль-Садия в северо-восточной провинции Дияла. Основные игроки начинают активнее вмешиваться в конфликт: иранский спецназ отвоевал большую часть захваченного ранее Тикрита, а американцы раздумывают о нанесении авиаударов.

Боевики «Исламского государства Ирака и Леванта» (ИГИЛ) развивают успех, достигнутый в последние несколько дней. Захватив крупные города на севере Ирака — Мосул, Тикрит и Байджи, они объявили, что движутся на юг брать Багдад. За последние сутки под контролем боевиков оказались еще два города: Джалаула и Аль-Садия. Как и прежде, иракская армия бежала, не оказав никакого сопротивления нападавшим.

Тактической целью боевиков, по всей видимости, является столица провинции Дияла, город Баакуба. Контроль над ним позволит отрезать иракцев от курдских военизированных формирований пешмерга, а также блокировать Багдад со стороны иранской границы.

Активных игроков, непосредственно участвующих в конфликте, становится все больше. В четверг вечером по позициям джихадистов нанесли удар первые переброшенные в Ирак подразделения спецназа иранской Революционной гвардии. По сообщению The Wall Street Journal, им удалось освободить большую часть Тикрита. Еще в среду Тегеран объявил о готовности оказать военную поддержку шиитскому правительству Нури аль-Малики.

Беспокойство Тегерана по поводу успеха ИГИЛ понятно. «Меньше всего шиитскому Ирану хотелось бы, чтобы рядом с ним, на части территории Ирака и Сирии возникло суннитское джихадистское государство», — объясняет главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Георгий Мирский.

Но, по словам эксперта, вмешательство Ирана чревато новыми проблемами. «Арабы и персы друг друга терпеть не могут. Они больше тысячи лет живут как кошка с собакой. Вспомнить хотя бы ирано-иракскую войну. Если иракцы увидят, как входят иранские войска, они будут их ненавидеть. Сунниты их вообще не переносят», — говорит Мирский.

В свою очередь, ряды джихадистов ИГИЛ пополняют сторонники казненного диктатора Саддама Хусейна и его преемника в качестве лидера баасистов Ибрагима ад-Дури. Как сообщает Associated Press, бывшие члены партии «Баас» и военные командиры времен Хуссейна вливаются в отряды «Исламского государства Ирака и Леванта».

Бессилие правительственных сил Ирака перед боевиками подталкивает к прямому вмешательству и Соединенные Штаты. Вопрос заключается в том, какую именно помощь готова оказать Америка.

«Мы не будем отправлять американские войска воевать в Ираке, но я попросил своих советников по национальной безопасности подготовить другие возможные варианты действий по оказанию помощи правительству в Багдаде», — сказал в пятницу Барак Обама, выступая в Белом доме с заявлением по ситуации в Ираке.

Ранее Вашингтон не исключал вероятности воздушных ударов. Обама стоит перед непростым выбором, считает Мирский: «Во-первых, Барак Обама гордится тем, что его предшественник Буш-младший начал две войны — в Ираке и Афганистане, а он их закончил. Втягиваться в новую войну Обама не хотел бы». Во-вторых, ситуация осложняется тем, что американцы поддерживают повстанцев в соседней Сирии, которые воюют против Башара Асада, а это, по словам Мирского, фактически одни и те же силы, что и в Ираке.

«Получается дурацкая ситуация: союзниками американцев в Сирии являются как раз те суннитские исламисты, которые сейчас воюют в Ираке, — говорит Мирский. — Барак Обама хотел бы сбросить Башара Асада, потому что он союзник Ирана. Но привести к власти джихадистов — это может быть еще хуже. Если сейчас Обама нанесет воздушный удар по ИГИЛ, ударит по ним в Ираке, то есть по тем же людям, которые воюют в Сирии, они, конечно, этого не простят. И если в конце концов они придут к власти в Сирии, то никогда не забудут президенту США, что он громил и уничтожал их в Ираке».

Поддержка правительства Нури аль-Малики со стороны Ирана ставит Обаму в еще более сложное положение. В самом Иране готовы к сотрудничеству с США в вопросе нейтрализации угрозы ИГИЛ, передает Reuters со ссылкой на источник в руководстве Исламской Республики. «Мы готовы работать с американцами для восстановления стабильности на Ближнем Востоке», — цитирует агентство иранского сановника.

В Белом доме пока не спешат идти на дипломатический прорыв в отношениях, но на тегеранские инициативы реагируют сдержанно. Пресс-секретарь Обамы Джей Карни отметил, что вступление Ирана в конфликт в соседней стране — это проблема Багдада, а не Вашингтона, который одобрит любые «разумные решения» иракского правительства, направленные на устранение угрозы ИГИЛ и сохранение национального единства.

Однако особой надежды на иракские власти у американцев нет. С авиабазы Балад к северо-западу от Багдада, на которой проходила подготовка иракских военных, уже началась эвакуация гражданских специалистов. Правда, согласно заявлениям официального представителя Госдепа Джен Псаки, она носит временный характер.

Между тем великий аятолла иракских шиитов Али аль-Систани призвал всех единоверцев выступить с оружием в руках против суннитских боевиков. «Всем, кто способен держать оружие, сражаться с террористами и защищать свою страну, следует добровольцами присоединиться к силам безопасности, чтобы достичь этой святой цели», — передает слова духовного лидера агентство Reuters.

Стремительное развитие конфликта заставляет аналитиков прогнозировать разделение Ирака предположительно на три зоны: шиитскую, суннитскую и курдскую. Ближневосточный обозреватель ВВС Джереми Боуэн считает, что, если ИГИЛ сможет удержать Мосул, это будет самым крупным успехом исламских фундаменталистов со времени терактов 11 сентября. «Это станет огромным шагом на пути создания исламского эмирата на территориях Ирака и Сирии», — уверен Боуэн.

Огромную роль будет играть действие иракских курдов. Иракский Курдистан уже 20 лет де-факто является самостоятельным, — говорит Георгий Мирский. «Но не желая обострять отношения с двумя другими странами, где живут курды, с Турцией и Ираном, иракские курды формально остаются в составе иракского государства». В четверг армия курдов взяла под контроль город Киркук.

«Когда я был в Курдистане, я встречался с Джалялем Талабани, президентом Ирака, он курд, и с Массудом Барзани, руководителем этого курдского региона. Они мне оба сказали практически одно и то же: «Профессор, возвращайтесь в Москву и всем скажите, что Киркук — это наш курдский Иерусалим».

«Однако город оставался в арабской части Курдистана, и вот сейчас они под шумок его захватили. Из Киркука они уже никуда не уйдут, это точно», — говорит Мирский.

Киркук — крупнейший центр нефтепереработки на севере Ирака, контроль над ним дает курдам серьезный аргумент в переговорах с центральным правительством о расширении своей автономии. Хотя курдская армия, пешмерга, — серьезная военная сила, курды пока не торопятся помогать иракскому правительству.

«Пойдут ли они отвоевывать Мосул — трудно сказать, потому что у них свои отношения с премьер-министром Ирака Нури аль-Малики и его режимом, который они терпеть не могут и с которым у них очень сложные отношения хотя бы из-за нефти».

«Стратегический провал сил иракской безопасности сместил баланс сил в отношениях Эрбиля и Багдада», — приводит The Foreign Policy мнение эксперта по Ближнему Востоку Айхама Камеля. Это открывает перед курдами возможности прямого экспорта нефти, что делает зависимость от центрального иракского правительства совсем формальной.

Президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский уверен, что все идет к распаду страны.

«Для этого все делается. Катар, который стоит за этой операцией, финансируя ИГИЛ, заинтересован в распаде Ирака не меньше, чем Саудовская Аравия. Эмират усиливает свои позиции на рынках нефти и газа, поскольку Ирак выпадает. Кроме того, после его распада велика вероятность, что суннитские районы Ирака объединятся с суннитскими районами Сирии. Именно катарцы имеют шансы больше всех погреть руки на этой ситуации. Для Ирана же она смертельно опасна», — уверен эксперт.