Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Думать о спаде

10.08.2011, 09:57

Так называемые «антикризисные терапии» за последние три года привели к тому, что экономики большинства стран сегодня слабее и беднее, чем в 2008-м.

Приятная сторона нынешних кувырканий, происходящих с мировой экономикой, заключается в том, что без проволочек найден злодей, поставивший эту самую экономику на грань нового кризиса. Ну конечно, это рейтинговое агентство S&P. Ведь если бы оно не снизило на ступеньку рейтинг США, то ничего бы и не было.

В смысле, не было бы ничего плохого. Одно хорошее. Оздоровление американского и мирового хозяйства спокойно продолжалось бы, а хор авторитетных экспертов толковал бы сейчас не о перспективах так называемой второй кризисной волны, а совсем наоборот – о накатывающей на человечество новой волне процветания. И тут какая-то плюгавая рейтинговая структура все испортила. Не сообразила, что это самое процветание способно рухнуть буквально от пары слов, можно даже сказать, от косого взгляда.

Совершенно логичны поэтому призывы к американским властям повнимательнее разобраться с деятельностью этого самого S&P, а еще лучше схватить его главарей и подобрать такую статью, чтобы дольше сидели.

Примерно наказать рейтинговые агентства уже не первую неделю требуют и европейские жертвы рейтингов – Португалия, Греция, Италия и прочие. Не говоря уже о том, что злокозненность S&P становится еще очевиднее, если вспомнить, что именно это агентство уже однажды организовало всемирный кризис – в 2008-м.

Ведь именно S&P летом 2008-го снизило рейтинги инвестиционного банка Lehman brothers, инициировав тем самым его банкротство, которое в сентябре того же года стало спусковым крючком великой паники, как раз и превратившей тот кризис в глобальный.

Для тех, кто рассуждает на уровне пословицы «не думай о черте, он и не придет», всего сказанного достаточно. Однако возможен и другой подход, исходящий из того, что кризис – это просто расплата за предшествующую неверную политику. Какой бы неправдоподобной эта мысль ни казалась на первый взгляд, она кажется мне убедительной. Как и вывод о том, что лидеры мировой экономики, ведшие в 2008-м – 2009-м свою антикризисную борьбу под лозунгом «Только бы не было Великой депрессии!», полностью и заслуженно эту борьбу проиграли, как и положено генералам, готовившимся не к нынешней, а к прошедшей войне.

Надо добавить, что Бен Бернанке, глава американских (а значит, во многом и мировых) финансов, честно предупредил всех заранее, как он «в случае чего» себя поведет. В 2002-м, еще не будучи тогда первым лицом в Федеральной резервной системе, он признал, что в начале Великой депрессии «ФРС не видела особой необходимости останавливать панику», закачивая деньги в проблемные банки и фирмы. Что и стало трагической ошибкой, превратившей рядовой поначалу циклический кризис в нечто ужасное. «Мы не сделаем этого снова», — поклялся Бернанке.

И стойко исполняет эту свою клятву с 2008-го и до сего дня, изобретая все новые способы «останавливать панику» путем раздачи денег все новым жертвам кризиса.

Плата за эти антикризисные мероприятия оказалась невероятной. Госдолг США всего за три последних года вырос в полтора раза, словно Америка вела мировую войну, и перевалил уже за 100% ВВП.

А панические волны все накатывают и накатывают, и никак не прекратятся. Дело, конечно, не в одной ФРС. Косная, совершенно не понимающая реалии XXI века администрация Барака Обамы образовала с застрявшей в прошлом столетии Федеральной резервной системой такой тандем, который гарантирует, что руководство главной экономикой мира будет плохим. Единственно возможный для них диапазон колебаний – это между совсем плохим и не совсем.

В большинстве прочих экономических гигантов дела немногим лучше. Кризис, якобы преодоленный, пусть и сверхдорогой ценой, снова нависает над мировой экономикой. А деньги, выброшенные в США, Японии и Европе на «антикризисную терапию», уже растрачены. Больше неоткуда взять. Разве что начать их безоглядно печатать и сорваться в инфляцию, вероятность чего месяц от месяца нарастает.

Кстати, по первому впечатлению, сюжет нынешней паники как-то нелогичен. Америке снижают рейтинг, а деньги со всего мира стекаются на покупку облигаций американского казначейства, надежность которых вроде как снизилась.

Но причина не просто в стадном инстинкте, присущем так называемым инвесторам. Мыслящее меньшинство в их среде исходит из того, что деньги, вложенные в американские облигации, из-за обесценивания доллара потеряют пока что только часть своей стоимости, а вот относительно других мест инвестирования у них есть подозрение, что там может быть потеряно все, и притом сразу.

Неадекватных масштабов смятение, последовавшее за скандалом вокруг американского госдолга и слегка пониженного американского рейтинга, — это просто способ, которым интернациональный бизнес выражает вотум недоверия всему нынешнему состоянию мировой экономики и всем «антикризисным терапиям», которые к этому состоянию привели.

Почему не сработали старые лекарства? Потому что их действенность преувеличили, а глубину болезней всемирного экономического организма сильно преуменьшили. А почему накопились эти болезни? Потому что в предкризисные годы финансовые власти почти всех больших стран (и еще больше некоторых патронируемых ими малых, южноевропейских например) гнались за процентами хозяйственного роста и в совершенно неприличных масштабах подстегивали свои экономики, занижая процентные ставки или набирая сверхдешевые кредиты и искусственно делая деньги гораздо более доступными, чем им следует быть.

А что значит сделать деньги слишком доступными? Это значит послать получателям этих денег — субъектам экономики — неверные сигналы, подтолкнуть их к неудачным инвестициям, на которые они просто не решились бы, будь деньги подороже, а вдобавок разложить их морально, спровоцировав на всевозможные спекулятивные игры вокруг надувающихся пузырей.

История гибели вышеупомянутого, старинного, почти как сама Америка, инвестбанка Lehman brothers как раз об этом. Американские власти, заботясь якобы о благополучии народа и попутно о расцвете экономики, искусственно год за годом облегчали доступ к ипотечным кредитам. Пузырь надувался. Чуя сверхприбыли, инвестбанк полез играть на этом рынке. Увлекся, не вышел из игры вовремя и, когда пузырь лопнул, остался у корыта. Агентство S&P исполнило роль мальчика, сообщившего всем, что король голый, а правительство США и ФРС демонстративно отказались покрыть убытки банка, нравоучительно заметив, что «на рынке надо соблюдать дисциплину».

Спору нет, менеджеры Lehman brothers действительно потеряли голову, ринувшись за легкой наживой. Но ведь власти своей политикой доступных денег долгие годы провоцировали именно такое поведение, сделав его почти нормой. Из-за чего в американской и мировой экономике накопилась огромная масса неудачных инвестиций и надутых пузырей. И когда в сентябре 2008-го после банкротства Lehman началась всемирная паника, ФРС, американское правительство и руководители прочих стран мигом позабыли о святости «рыночной дисциплины» и принялись спасать предприятия-банкроты и неудачные проекты. Пускай весь этот балласт сохраняется и висит мертвым грузом на экономиках. Только бы не было паники, только бы не было Великой депрессии. И круг замкнулся.

В периоды хозяйственного подъема власти главных стран подхлестывали рост своих экономик легкодоступными деньгами, поощряя неудачные решения и провоцируя спекуляции. А когда настает кризис, они заливают экономики еще более доступными деньгами, стремясь «остановить панику» и тем самым не позволяя предприятиям-банкротам самоликвидироваться.

То есть сначала усиленно организуют предпосылки для кризиса, а потом всеми силами мешают этому кризису проделать свою очистительную работу.

Это смотрелось бы даже морально, если бы они сказали своим народам: «Мы заварили эту кашу, и теперь не годится нам отходить в сторону, чтобы вы одни ее расхлебывали. Будем поддерживать самых нуждающихся, будем помогать безработным освоить новые профессии, может быть, даже будем экономно и выборочно помогать фирмам, которые докажут, что способны выкарабкаться, но главное, все вместе станем учиться работать лучше и прекратим жить в долг». За этим стояло бы понимание, что хозяйственный спад, безработица и снижение жизненного уровня – это неизбежная плата за долголетнюю фальшивую политику.

Но нет. Даже сам язык, на котором общаются власти и народы в богатых странах, – это язык самообмана. Америка этому лишь главный, но никак не единственный пример. Что поднимает рейтинг президента Соединенных Штатов? Счастливая новость от минтруда, что за последнюю неделю число заявок на пособия по безработице уменьшилось аж на тысячу. А что опускает? Грустное сообщение минторговли, что рост ВВП во втором квартале составил 1,3% вместо ожидавшихся 1,8%.

Но легкое увеличение занятости совсем не обязательно примета выхода из кризиса. Если занятость выросла на неэффективных, поддерживаемых деньгами властей предприятиях, это лишь признак того, что движение в тупик продолжается. И уж тем более нелепо превращать в культ проценты роста ВВП. Если в экономике ликвидируются неудачные проекты, то это волей-неволей сопровождается спадом ВВП, а вовсе не ростом. Не всякий спад – признак оздоровления, но оздоровление больной экономики просто невозможно без временного спада.

Так называемые «антикризисные терапии» за последние три года привели к тому, что экономики большинства стран сегодня слабее и беднее, чем в 2008-м. Материальных средств и политических ресурсов на дальнейшее проведение этих «терапий» уже нет и скоро совсем не будет.

На подходе поэтому следующая стадия перестройки мировой экономической архитектуры. Независимо от того насколько созрели для этого политические классы и народы разных стран, бессмысленные попытки недопущения спада будут теперь сменяться поисками стратегии прохождения через этот спад.

Может быть, он уже сейчас подступает, а может быть, путем очередных отчаянных манипуляций его оттянут еще на год-другой. В любом случае

сейчас самое время думать вовсе не о том, как избежать спада. Это фантазии. Думать надо о том, каким способом через него пройти. Вариантов много, и по степени отвратительности они довольно разные.

И надо ли напоминать, что для нашей страны этот вопрос поважнее, чем для многих прочих. Ведь наш спад, как и в 2009-м, будет глубже, чем у остальных.