Цивилизация
Лидеры четырех партий предложили президенту кандидатуру его преемника. Четыре партии — что с того, что одна из них получила на последних парламентских выборах в шесть раз больше, чем три остальные вместе взятые. Они теперь рядом, в одном строю, и у последней есть шанс стать первой.
Интересно, помнят ли лидеры «Единой России», что для любой партии победа на парламентских выборах оказывалась пирровой: после промежуточного успеха ни о каком большом торжестве и речи быть не могло. Так было с ЛДПР в 1993-м, с коммунистами в 1995-м и 1999-м. Да и сама «Единая Россия» много ли получила после своего успеха в 2003 году? «Партия власти» — это вовсе не «правящая партия», как бы ни хотелось того Борису Грызлову и его коллегам. А если кто считал по-другому, то после действа в понедельник, 10 декабря, в путинском кабинете должен был понять все до конца. Нового президента выдвигали четыре партии, а надо было бы, и еще две посадили б за тот стол — и поди разбирайся, кто там чего набрал на выборах 2 декабря. Не так уж это и важно. Сами же назвали парламентскую кампанию референдумом о доверии Путину. Путину доверяют, вас не гонят – так какие вопросы? Получили 315 мандатов в Думе – хорошо, думских должностей отсыплют – еще лучше. Ничего сверх этого не обещали, да и обещать не могли. За победу в предварительном раунде и призы предварительные.
Конечно, хотелось бы, наверное, лидерам «Единой России», чтобы 17 декабря на съезде победителей Владимир Путин назвал заветное имя, а преемник скромно улыбнулся – то ли из первого ряда, а то и из президиума, да еще и партийным билетом помахал бы: вот он, я, кандидат партии, кандидат народа. И список чтобы в папке лежал с возможными назначениями — кого в администрацию президента, кого в правительство, кого в губернаторы, кого еще куда.
Но так не будет. Съезд партии-победительницы будет вторичным мероприятием по отношению к тому, что произошло за президентским столом. Может, во власть настоящую кого и позовут, но решать это тоже не партия будет. Статус ее определен. Лидер партии, набравшей меньше голосов, чем «Единая Россия» в какой-нибудь национальной республике, равен лидеру партии победительницы.
Откуда берется такое неуважение к партии «Единая Россия»? Почему в разгар кампании ее руководству устраивали выволочку за плохую работу, да еще и шуганули оперативно слепленным движением «За Путина»? Мол, будете плохо себя вести — поменяем вас местами, никто, кроме специально интересующихся такими скучными вопросами, и не заметит.
Ну а как еще может быть?
Конечно же, «Единая Россия» образца 2007 года — это не «Единство-1999», проект, организованный одним беглым олигархом, несколькими насмерть перепуганными Примаковым — Лужковым кремлевскими столоначальниками и умелыми технологами. Партия с тех пор вобрала в себя многое и многих, выросла и даже, на добродушный взгляд, похорошела. Однако истоков происхождения не скрыть: партия была выращена искусственным способом, так, значит, таким же образом проект может быть и закрыт. А на его месте можно выстроить что-то новое, благо умение есть, и умельцы найдутся. Вон за президентским столом едва поместились.
