Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Нищета философии «оттепели»

11.04.2005, 11:59
Георгий Бовт

Однажды Владимир Владимирович Путин сидел в своем кремлевском кабинете и читал интервью руководителя своей администрации Дмитрия Анатольевича Медведева журналу «Эксперт»…

Нет, не так…

…Однажды Дмитрий Анатольевич Медведев сидел в своем кабинете и давал интервью журналу «Эксперт», в котором решил объявить в стране «оттепель»…

Нет, опять не так…

Прочел я тут интервью Дмитрия Медведева. И кажется мне, что Дмитрий Анатольевич ошибается кое в чем из того, что он наговорил «Эксперту». И еще кажется мне, что если эти ошибки Дмитрия Анатольевича, который, судя по всему, обкатывал в интервью некоторые мысли, которые собираются заложить в ежегодное послание всем нам Владимира Владимировича, не заметить и оставить все как есть, то будет от этого стране не совсем как бы хорошо.

Сейчас поясню.

Понятно, почему глава администрации будет всячески оправдывать проведенные политические преобразования – к примеру, фактическое назначение губернаторов вместо их выборов населением. Примечательно также, что он довольно много и по-доброму поминает в своем интервью такие термины, как «гражданское общество», «право собственности», «права человека». С ним трудно не согласиться, когда он говорит об ограниченности возможностей «государственного капитализма» и о надобности реформировать судебную систему. Как трудно не согласиться и с тем, что уровень свободы СМИ сейчас очень даже соответствует уровню развития общества в целом.

Он, надо признать, пару раз ловко уворачивается от вопросов интервьюировавшего его Валерия Фадеева, когда тот допытывается насчет «беспрецедентного давления Запада на Россию» («Нам следует спокойно относиться ко всему этому, не оправдываться и не вилять», — отвечает Медведев). Или когда спрашивает об «угрозе экспансии иностранного капитала»; на это Медведев говорит, что «не преувеличивал бы угрозы».

Сам тон интервью довольно резко контрастирует, надо заметить, с опубликованным несколько месяцев назад в «Комсомольской правде» выступлением медведевского зама Владислава Суркова. Впрочем, Дмитрий Анатольевич вообще по натуре своей, говорят, мягче…

Медведевское интервью совпало (вряд ли случайно) с некоторыми «примирительными пассами», производимыми Кремлем в последнее время и адресованными крупному и всякому другому бизнесу и внешней обеспокоенной общественности. Мол, пошел сигнал – «вы нас слишком уж сильно не бойтесь, мы не сатрапы, сатрапы не мы». Многие, кстати, намек чутко поняли и даже осмелели: к примеру, молчавший почти весь прошлый год Владимир Потанин вдруг довольно резко накинулся на «огосударствление» всего и вся в экономике. Видимо, и ему тоже было видение «оттепели». Зазвучала и номенклатурная критика (а это всегда на Руси есть признак «оттепели») в адрес «Единой России».

Однако ведь известно, сколь ограничены были все случившиеся в этой стране «оттепели». Виден этот предел и у Медведева.

И вот он.

«Консолидация российской элиты возможна только на одной платформе – для сохранения эффективной государственности в пределах существующих границ. Все остальные идеологемы вторичны», — говорит глава кремлевской администрации.

Это значит, что более ничего российскую элиту консолидировать не может. Это значит, что страну – во главе с такой элитой – обрекают на геополитическую игру «от обороны». Как говорят в спорте, на удержание счета (как бы «выездная модель» получается). Это значит, что такой стране отказано, по сути, в праве и в возможности искать пути прорыва в будущее. Ей отказано в праве на национальную мечту и национальную идею. Потому что не может быть ни таковой мечтой, ни таковой идеей лишь удержание пространства, к тому же лишь «назло окружающим нас врагам».

Один из отечественных политологов, кстати, отлично сказал по этому поводу: «Тот, кто выигрывает пространство, проигрывает во времени».

Так вот, это именно пораженчество.

Именно такая политика – «на удержание» — ведет нацию, ведет неминуемо в исторический тупик. В конечном счете – к потере территории и распаду страны. И другой дороги в обход, которой мы всегда любили торить пространство, тут нет.

Мне кажется, что именно в этом состоит ошибка. И ошибка эта – катастрофическая.

По сути, констатирован отказ от поиска новой повестки дня русской цивилизации. Потому что предлагается, по сути, вернуться к старой идеологеме (извиняюсь за это слово), на основании которой строилась русская государственность на протяжении уже веков: государство – это все, человек, личность – это ничто, всего лишь средство укрепления государства, средство завоевания и удержания пространства.

Эта идеологема привела к созданию одной из величайших империй мира – Российской. Притом, пожалуй, самой особой империи, явившей миру удивительный, причудливый симбиоз государственности и духовности, симбиоз официоза и кухонной свободы, чиновничьей рекрутчины и народной, низовой анархии.

Но именно такая идеология, как итог своего закостенения и неадекватности новым цивилизационным вызовам, привела сначала к краху Российской империи, а затем и СССР.

Государство не может быть целью, оно лишь средство. Те нации, которые это поняли, не только успешно удерживают, но и эффективно осваивают отведенное им историей пространство силами раскрепощенной личности.

В современном мире всякие имперские, властно-вертикальные и прочие политико-силовые методы удержания территориальной целостности уже устарели и не работают.

В современном мире главным связующим, цементирующим веществом, удерживающим вместе народы, являются прежде всего общечеловеческие ценности.

Вот эта вот гуманитарная составляющая могла бы стать мощной движущей силой постсоветской политики в России, силой, в том числе консолидирующей российскую элиту на принципиально новой, не имперской основе.

Но не стала.

Напрочь оторванную от нации — в силу образа жизни, образа мыслей, образа поведения — элиту сегодня пытаются поставить под ружье и мобилизовать на охрану «рубежей».

Увы, ТАК не получится. ТАКИЕ рекруты разбегутся по офшорам, как бежали в «дикую степь» рекруты и крепостные имперской России.

Почему, собственно, нации и ее, прости господи, элите отказывают в других «идеологемах» для консолидации? Хотя, конечно, все они будут заведомо скучны для ура-государственников, ибо их не начертаешь золотыми буквами на имперский штандарт.

Конечно, нынешнему поколению российских политиков покажется диким и даже неприличным сделать основой консолидации идею свободы и прав личности. К тому же слишком много было именно этим именем извращено в 90-х. Ими же, впрочем, этими же людьми, напрочь, кажется, утратившими всякие нравственные принципы, которые вообще-то должны быть присущи элите общества. Ими же, так любящими административный ресурс, мигалки, расчищающиe путь, словно какому-нибудь бонвихану, сквозь призванный падать ниц холуйский плебс. Ими, обожающими направлять и перенаправлять финансовые мутные потоки, оборачивая все это в фарисейскую ложь на лицемерных (еще оставшихся) выборах, и вообще не умеющими говорить на понятном как бы их избирателям языке.

А почему, к примеру, одной из основ для консолидации не могут стать семейные ценности? Они, конечно, сильно разные от Дагестана до Якутии и от Башкирии до Карелии. Но, быть может, пора все-таки предпринять какие-то целенаправленные, гуманитарные прежде всего, действия в духе «плавильного котла» и на принципах титульной, уж извините, нации государства?

Почему основой для консолидации не может стать борьба с бедностью?

Почему ею же не может стать создание новой, не иждивенческой трудовой этики? Почему не подвергнуть предприимчивого человека, пусть даже много зарабатывающего и пусть даже частным бизнесом, общественной амнистии? Прекратив, наконец, культивировать и пестовать «совок» на федеральном телевидении и в контексте всей прочей государственной пропаганды.

Даже в брежневские, наизастойнейшие времена коммунисты пошли на политическую легитимацию лозунга «Повышение благосостояния трудящихся», что для своего времени было определенным смелым идеологическим прорывом. Ныне же доминанта государственной мысли – это лишь бесконечная (и тоже лицемерная) забота о сирых да убогих – убогих душой, телом, делом и мозгами.

Элита Римской империи тоже в свое время потакала именно этим слоям, бесконечно требовавшим хлеба и зрелищ. Кончилось это для Римской империи плохо.

Почему основой для консолидации не может стать да хотя бы и здоровый образ жизни, который, к примеру, не постеснялись поставить в центр своей, опять же извините, «идеологемы» столь любимые у наших политиков китайские коммунисты?

Почему в поисках основ для консолидации не вспомнить, наконец, об образовании? Образовании как своего рода культе нации, как моде, как основе для прорыва в будущее?

Почему мы не можем озаботиться созданием самой современной и совершенной системы медицины в мире?

Почему «консолидаторы» напрочь забыли об экологии? Это в настолько загаженной-то стране! Почему экологическое сознание не может наконец стать часть культуры людей, занимающих столь огромную по площади территорию? Не потому ли, что территории слишком много? Но сколь долго тогда будет продолжаться такое вот несоответствие между пространством и столь вопиюще небрежным к нему отношением?

Почему «консолидаторы» считают ниже своего достоинства говорить о том, что в стране уже свирепствует эпидемия СПИДа, 30% жертв которой – совершенно юные люди?

Почему при таких-то ценах на нефть и таком-то стабилизационном фонде в стране нет вменяемой концепции ипотеки и массовой жилищной программы? Или детской?

Почему «свой дом» может быть частью американской мечты, а русской не может?

Почему, наконец, нация не может оказать гостеприимный прием своим русскоязычным соплеменникам, да и не только им, живущим за пределами России, создав для этого благоприятные условия в виде специальных, именно серьезных, масштабных и именно дорогостоящих, щедрых программ приема и интеграции в общество иммигрантов, как это делается, скажем, в Германии, Канаде, Австралии, до недавнего времени – в Америке? Это разве не может стать основой национальной идеи?

Все это – лишь то, что лежит на поверхности.

Но что категорически отказываются видеть в упор слишком многие увлекшиеся охранительством государственные мужи.

Это вообще-то называется нищетой философии.

А нищих в конечном счете обидеть и побить сможет каждый.

И вообще, России нужна не оттепель. Ей нужна весна.