Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Парадокс бережливости

Затянуть пояса, чтобы отложить перемены, — новейшая экономическая идея властей

«Газета.Ru» 13.09.2013, 18:23
Президент и правительство признали, что в государственной казне острая нехватка денег Екатерина Штукина/РИА «Новости»
Президент и правительство признали, что в государственной казне острая нехватка денег

Президент и правительство признали наконец свершившийся факт — в государственной казне острая нехватка денег. Но ответом на это становится вовсе не отказ от разорительных суперпроектов и уж тем более не ослабление нажима на рыночный сектор. Решено сэкономить на всем, что попадется под руку и не окажет при этом чересчур сильного сопротивления.

Совещание у Владимира Путина по поводу бюджетных проектировок на 2014–2016 годы ознаменовано историческим решением: начать беречь деньги. Наши власти даже и забыли, когда они делали это в последний раз. А вот теперь федеральные расходы на 2014 год собираются урезать на 5% по всем статьям, кроме так называемых защищенных. Фактически это означает общее сокращение трат примерно процента на три. Чувствительно, но не радикально. Однако сверх того решено еще и заморозить на год тарифы естественных монополий в надежде, что экономика откликнется на это замедлением инфляции и ускорением роста.

К этим необычным шагам наше высшее руководство подтолкнули итоги прошедших месяцев нынешнего года. Проценты роста ВВП, фигурирующие в рапортах государственной статистической службы, — вещь абстрактная, да к тому же и приноравливаемая к пожеланиям заказчика. А вот доходы госказны — это сугубая реальность. Если приток денег уменьшается, то уклониться от встречи с этим фактом никак невозможно.

Разумеется, во всем виноват внешний мир. «Все-таки опять мы находимся на этапе изменения международной мировой экономической конъюнктуры, которая так или иначе сказывается на нас…» — заявил Владимир Путин. Однако, несмотря на наличие теневых сторон, даже и у нынешней нашей экономической ситуации есть свои плюсы. «По итогам первого полугодия доля ненефтегазовых доходов превысила 50%. В прошлом году она составляла 48%, то есть здесь позитивные изменения, небольшие, но есть», — уверил Дмитрий Медведев. Правда, за этими утешительными цифрами скрывается только то нехитрое обстоятельство, что нефтегазовые доходы федерального бюджета снижаются быстрее, чем ненефтегазовые. По сведениям Минфина, первые уменьшились на 1,3% ВВП, а вторые — на 0,2% ВВП.

Не говоря о том, что кроме федеральной казны есть еще региональная. И в первом полугодии консолидированные доходы регионов сократились на 5,2% против тех же месяцев 2012 года. В первую очередь из-за того, что на четверть упали поступления от налога на прибыль. Все больше предприятий оказываются на мели. И в самом деле, надо что-то срочно предпринимать. Повальное урезание расходов как раз и призвано стать ответом властей на этот, так сказать, вызов времени.

Правда, тут же выясняется, что все самое дорогостоящее, все самое неэффективное и все наименее осмысленное никаким сокращениям как раз и не подлежит.

Как заявил президент Путин, «у нас есть возможности развивать и Транссиб, и БАМ на восточном направлении, ЦКАД в Центральном регионе, высокоскоростное движение… Эти инфраструктурные, долгоиграющие, чрезвычайно важные для будущности всей нашей экономики проекты нельзя забыть». Почему именно их «нельзя забыть», хотя почти все экспертные оценки клонятся к тому, что эти начинания никогда не окупятся? Видимо, они слишком уж хорошо и надежно пролоббированы.

Сверх того, Путин опять подтвердил необходимость «финансового обеспечения исполнения прошлогодних майских указов». То есть указов о радикальном повышении зарплат бюджетникам. Начинание популярное. При условии, что на него есть деньги. В бюджетах регионов, на которые почему-то переложено выполнение предвыборных обещаний Владимира Путина, этих денег, как сейчас выяснилось, нет. А если обратиться к федеральному бюджету, то в условиях общей урезки его трат такие средства можно добыть лишь путем снятия ресурсов с каких-то крупных расходных статей.

Расходы на материальную базу образования и медицины уже и без того урезаны и будут урезаться впредь. Если к тому же не трогать суперстройки, то остается только программа перевооружений, об абсолютной неприкосновенности которой столько говорилось в последние пару лет. На самом-то деле она все-таки понемножку урезается. Это происходит стихийным порядком, поскольку предприятия оборонного комплекса сами не успевают осваивать выделяемые деньги. В рамках планируемого сейчас ужатия федеральных трат этот процесс хотят узаконить, тактично назвав его «переносом части закупок на более поздние сроки». Но ждать на этом направлении каких-то более решительных шагов и, соответственно, более серьезной экономии денег сейчас не приходится. Выполнение «майских указов» под большим вопросом, но их никто и не думает отменять.

Центр развития при ВШЭ так и излагает этот парадокс нашей экономики: «Усиление бюджетных ограничений ведет скорее к увеличению доли неэффективных (с точки зрения долгосрочного роста) расходов, чем к повышению эффективности».

Источником всех материальных благ в нашей стране, как и в любой другой, является рыночный сектор экономики. Именно он кормит и военных, и бюджетников, и строителей убыточных магистралей, и, естественно, аппарат управления. Главная, хотя и не называемая вслух, причина нынешних денежных нехваток в том и состоит, что этот сектор у нас душили с какой-то избыточной изобретательностью.

И вот настал момент изобрести для него что-то позитивное. Сделать могли бы многое, и даже довольно быстро, однако решились только на одну крупную меру — на временное замораживание тарифов государственных естественных монополий. Но даже и одно это решение принесет реальную отдачу. При условии, что станет всерьез исполняться и будет трансформировано в постоянную политику, частью которой стал бы и независимый аудит этих монополий, и последующая радикальная их реорганизация.

Но, судя по первой реакции обиженных монополистов, вопрос еще не закрыт. Громовые обещания главы РЖД Владимира Якунина то ли об увольнении десятков тысяч своих сотрудников, то ли о переводе на сокращенную неделю сотен тысяч из них — это не только привычная манера его аргументации, но и рассылка сигналов о собственной принадлежности к ближнему кругу и, соответственно, об особых правах.

«Замораживание тарифов», как и «пятипроцентное сокращение расходов», с высокой долей вероятности превратится в серию традиционных у нас чиновничьих схваток, в которых свои интересы удается отстоять вовсе не тому, кто компетентнее, экономнее, полезнее обществу или лучше умеет работать, а лишь тому, кто главнее и сильнее. А объектом приложения высочайшей бережливости станут как раз те статьи расходов, от которых больше всего зависит качество жизни людей, да и хозяйственный рост тоже. Видимо, именно они пойдут под бюджетный нож первыми.