Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Граната с выдернутой чекой

23.12.2008, 09:54

Находиться у власти в январе 2009 года немногим лучше, чем управлять страной в январе 1992-го

Если уж Сечин Игорь Иваныч вышел в открытое политическое околоземное пространство, значит, кризис и впрямь разошелся не на шутку. Пожалуй,

наступил час икс для «теневиков» — тех, кто привык управлять процессами в тиши казенных кабинетов, нарушаемой лишь едва слышным шелестом магнитофонной пленки.

Протестная активность населения, которое ударили по самому больному месту – автомобилю как средству зарабатывания денег, — потребовала от таких, как Игорь Иваныч, выхода в свет. Не на светское мероприятие, не на кремлевский прием, а на лобное место с журналистскими «подходами». Реакция неадекватная: оказывается, акции устроили жулики. Ну, конечно, народ, тот самый, который, согласно Конституции, источник власти, он главный жулик и есть…

Кризис заставит российский истеблишмент перекидывать из рук в руки ответственность за провалы, как гранату с выдернутой чекой.

И в чьих-то руках эта граната разорвется. Популярность в эпоху тучных лет и дармовых денег, оказывается, имеет оборотную сторону. Популярность в эпоху тощих лет и дорогих – прямо на вес золота – денег легко конвертируется в ответственность. И тогда становится понятным, почему на плакатах, заполненных частушками, заставляющими вспомнить застольное творчество застойных лет, склоняется имя самого популярного политика эпохи нефтяной конъюнктуры – Владимира Путина.

«Кого бы вы назвали человеком года?» – спросил фонд «Общественное мнение» у респондентов. 40% назвали Путина. И всего лишь 12% — Дмитрия Медведева. Разница в 28% великовата. Это означает, что действующего премьера отчасти по инерции, отчасти по делам его считают фигурой номер один в государственной иерархии. Но если раньше можно было говорить о том, что теми же 40% измеряется популярность лидера, то есть речь идет о позитивных ассоциациях с его именем, то теперь ситуация может поменяться.

Свидетельство чему – тот же протест автомобилистов, который является всего лишь прообразом протестных акций других экономически ущемленных категорий граждан. Например, в скором будущем – жителей моногородов, которые за годы тучных лет так и не обрели возможностей к горизонтальной мобильности, то есть к способности вырваться из запертого мира градообразующих предприятий и окружающих их пятиэтажек в просторную вселенную диверсифицированной экономики. Потому что никакой диверсифицированной экономики вне границ нефтегазовых империй и не было…

Если бы Путин ушел в момент передачи власти, точнее, если бы его отпустили обстоятельства, у которых есть имена и фамилии, теперь становящиеся вынужденно публичными, он бы вернулся сегодня во власть триумфатором: видите, стоило мне оставить трон, как все рухнуло.

Однако он остался у власти, чтобы продолжать управлять потоками благополучия. Их больше нет, а российская власть как будто этого не замечает, не видит, не слышит: жулики виноваты!

Разумеется, беда на всех одна: бремя ответственности несут в равной степени президент и премьер или, скажем, оба Игоря Иваныча – Сечин и Шувалов. Но, как в известном анекдоте, согласно которому премьер просит соединить с Игорем Иванычем, да не с Шуваловым, а «настоящим» (то есть с Сечиным), ответственность несут не только те люди, которые подставляют себя под свет софитов. Но и те, кто вынужден, проклиная жуликов, выходить к микрофону и осваивать приемы публичной политики, а значит, отвечать за свои слова. Как когда-то приходилось за них отвечать тем, кто «ложился на рельсы» или давал на «отсечение две руки», что не будет повышения цен, денежной реформы, девальвации и прочая, прочая, прочая – нужное подчеркнуть.

Это политика – она возвращается вместе с кризисом оттуда, откуда ее не ждали.

Слишком заметно стало в последнее время, что у президента не то чтобы отнимают власть, но как-то, не стесняясь, пытаются ослушаться. После того как на прошлой неделе некоторые депутаты «поправили» текст антикоррупционного пакета, он был вынужден собрать совещание и жестко попросить больше так не делать. Это все равно, что в редакции газеты замзавотдела вдруг после правки главного выпустит принципиально важный текст со своей правкой. Такой замзавотдела не жилец. А вот наши чиновники, законодатели, охранники после того, как переписывают главу государства или, вопреки требованию президента не трогать человека, который выкрикивал в зале слова о Конституции, все-таки скручивают его, не несут вообще никакой ответственности.

Означает ли это, что у главы государства перехватывают власть? Возможно. Только тогда этим людям не позавидуешь.

Пройдут хмельные новогодние праздники, и выяснится, что находиться у власти в январе 2009 года немногим лучше, чем управлять страной и нести ответственность за свои решения без права на ошибку в январе 1992-го.

Разумеется, у каждого во власти есть шанс отличиться. Только для этого нужно обладать хладнокровной трезвостью людей, которым нечего терять – той самой, которой обладала правительственная команда образца 1992 года. У них был шанс, и они его использовали – пусть и ценой утраты политической популярности. Сегодняшним «командам», «башням», кланам есть что терять, не говоря уже о желании сохранить любой ценой свою политическую популярность.

Кризис, как стало теперь уже банальным говорить, это время колоссальных рисков и феерических шансов. Однако речь идет не только о простых гражданах или бизнесменах, но и о людях власти. Управлять рисками кризиса сложнее, чем одерживать «пиаровы победы» на разных фронтах. И кто, обобщенно говоря, из Игорей Иванычей окажется смелее, грамотнее, ответственнее, тот и победит. Игра настоящая, а не подковерная.

Кстати, у президента тоже есть шанс, который ему дает кризис. И этот шанс – без оговорок – исторический.