Пенсионный советник
`

Подоходный налог: ни прогресса, ни справедливости

Прогрессивная шкала подоходного налога может появиться после президентских выборов 2018 года

Петр Орехин 07.04.2016, 20:53
Shutterstock

Федеральные чиновники пока отказываются даже обсуждать введение прогрессивной шкалы подоходного налога, называя действующую единую ставку в 13% «завоеванием, которое надо охранять». Но дефицит бюджета и финансовые проблемы регионов заставят чиновников пересмотреть эту позицию после президентских выборов 2018 года.

На прошедшем недавно форуме «Единой России» премьер-министр Дмитрий Медведев заявил, что не считает нужным переходить на прогрессивную шкалу подоходного налога (налога на доходы физических лиц, НДФЛ).

«Это тоже очень сложный вопрос, он вызывает очень разную реакцию. В общем и целом, мы на сегодняшний день придерживаемся принципа налоговой стабильности, но это не означает, что так будет всегда. Это абсолютно точно — пройдет несколько лет, и, наверное, возникнут новые реалии. Надеюсь, что и кризис постепенно уйдет, и мы сможем какие-то эффективные решения дополнительно принять», — сказал он.

Ранее заместитель министра экономического развития Станислав Воскресенский говорил, что «есть завоевания, которые необходимо охранять… и одним из таких завоеваний является плоская шкала налогообложения». По мнению замминистра, «более 12 стран у России скопировали» эту плоскую шкалу. В этом списке есть, например, Монголия, Грузия, Чехия, Литва, но нет США, Германии или Китая.

Иными словами, в странах, которые можно отнести к мировым экономическим лидерам, нет плоской шкалы подоходного налога. Исключение только одно — Гонконг.

Станислав Воскресенский уверяет, что лидеры развитых стран «говорили и жаловались нашему президенту», что если бы у них была возможность вернуться к плоской шкале, то они это сделали бы, но мешают «политические» причины.

Политика, может быть, и мешает, но прогрессивная шкала не демонтируется в том числе по причине сохранения социальной справедливости — богатые должны платить больше, чем бедные. Причем в большинстве случаев люди с самыми низкими заработками освобождаются от уплаты налога. По данным аналитической справки, составленной агентством РИА «Новости», во Франции не облагаются налогом годовые доходы ниже €5,963 тыс., в Германии — ниже €8,13 тыс., в Великобритании — ниже £9,2 тыс. и т.д. Верхняя планка налога везде разная, в США верхний предел — 37%, в Израиле — 57%, но наиболее популярный ее уровень — 45%.

Например, именно такая максимальная ставка действует в Китае — 45% платят те, кто зарабатывает более 80 тыс. юаней в месяц (примерно $12 тыс., или около 800 тыс. руб.).

Для доходов ниже 1,5 тыс. юаней действует минимальная ставка в 3%. Для основной массы трудящихся с доходами 1,5–4,5 тыс. юаней ставка составляет 10%. В том числе и за счет высоких налогов на богатых развитые страны финансируют многочисленные социальные программы. По данным Eurostat, в Евросоюзе в 2015 году расходы на «социалку» составили 40,4% от всего объема государственных трат (и это не считая расходов на образование, культуру и здравоохранение). В еврозоне этот показатель 41,2%. В процентах ВВП это соответственно 19,5 и 20,4%.

При этом богатые в развитых странах в последнее время сами выступают за повышение налогов на свои доходы, чтобы избежать подобных инициатив со стороны государства, которые могут оказаться более разорительными. Недавно 40 американских миллионеров, в том числе внучка Уолта Диснея Эбигейл Дисней, а также член клана Рокфеллеров Стивен Рокфеллер, обратились к губернатору штата Нью-Йорк с предложением поднять налоги на богатых, сообщает Associated Press. План предполагает повышение налоговой нагрузки для всех, кто получает более $665 тыс.

«Как жители Нью-Йорка, которые внесли свой вклад и извлекли выгоду из экономической динамичности нашего штата, у нас есть возможность и обязанность платить справедливую долю. Мы можем себе позволить оплатить наши текущие налоги, и мы можем позволить себе платить еще больше», — написали они.

В России одним из главных аргументов против введения прогрессивной шкалы является как раз опасение, что бизнес и население начнут массово прятать свои доходы. Эльвира Набиуллина, еще в бытность министром экономического развития, употребляла выражение «серость повысится».

Повысится ли она на самом деле, зависит прежде всего от новой шкалы (очевидно, что платить 45% в России не готов никто, а вот процентов 20–25 вполне могут пройти) и того, будут ли расти другие налоги — социальные, имущественные.

Глава бюджетного комитета Госдумы Андрей Макаров, выступая на том же форуме, что и Дмитрий Медведев, заявил, что, введя прогрессивную шкалу подоходного налога, мы получим не рост, а снижение налоговых поступлений. Он отметил, что до введения плоской шкалы в 2001 году «при наличии четырех ставок подоходного налога» по нижней ставке платило 98,7% налогоплательщиков.

Но это говорит о том, что введение плоской шкалы в 13% в 2001 году привело для тех самых 98,7% россиян к росту подоходного налога на 1%, поскольку нижняя ставка составляла тогда 12%. Получилось, что именно бедные в тот момент заплатили за богатых.

Сегодня ситуация с зарплатами радикально отличается от 2000 года, что дает все основания для отказа от плоской шкалы НДФЛ. Тогда средняя начисленная зарплата была крайне низкой — 2,2 тыс. руб. в месяц, или $80 (по среднегодовому курсу на тот момент), по данным Росстата. В 2015 году средняя зарплата составила 33,9 тыс. руб., или около $520, то есть в рублях она выросла более чем в 15 раз, в долларовом эквиваленте — в 6,5 раза. Если 15 лет назад россиян с высокими зарплатами (более 9 тыс. руб., или $320) было 2,4%, то сейчас свыше $1 тыс. (более 75 тыс. руб.) получают 6,5% работников.

При этом на долю 10% работников с наибольшей зарплатой приходится 32,2% от общего годового объема фонда зарплаты в стране, то есть 5,9 трлн руб. из 18,3 трлн. Средняя зарплата работника из верхних 10% составляла 109 тыс. руб., а из нижних 10% — всего 7,5 тыс. руб.

Пожалуй, главный аргумент в пользу введения прогрессивной шкалы — это бюджетные проблемы. Дефицит региональных бюджетов, куда полностью идет подоходный налог, в декабре 2015 года составил 171,6 млрд руб., несмотря на трансферты из федерального центра в размере 1,617 трлн руб. За январь–февраль 2016 года региональный дефицит составил 201,5 млрд руб.

НДФЛ — это главный источник доходов для субъектов федерации. По итогам прошлого года, по данным Минфина, на него пришлось почти 37% от суммы всех собственных доходов (2,8 трлн руб. из 7,7 трлн руб.) и 30% от общих доходов в 9,3 трлн руб.

Надо также учитывать, что объем долга регионов, по оценке Аналитического кредитно-рейтингового агентства, на конец этого года вырастет до 2,4 трлн руб., из которых 1,54 трлн руб. придется на дорогой коммерческий долг. Поэтому регионы кровно заинтересованы в прогрессивной шкале.

Увеличить объем трансфертов и бюджетных кредитов (чтобы не повышать налоги) правительство Дмитрия Медведева не может — дефицит федерального бюджета в текущем году, вероятнее всего, превысит уровень в 4% ВВП, то есть уйдет далеко за 3 трлн руб.

Справиться с бюджетными проблемами не получится до президентских выборов 2018 года. Замминистра финансов Максим Орешкин уверяет, что бюджет при цене на нефть даже в $50 не удастся сбалансировать в 2017 году. «В любом случае достичь условий, которые будут заложены в бюджетное правило, в следующем году не получится. У нас не получится иметь сбалансированный бюджет при $40 или $50 за баррель», — сказал он.

Пока власти отказываются от идеи введения прогрессивной шкалы. Дмитрий Медведев обещал, что налоги до 2018 года повышать не будут. Ну а что будет потом, можно только догадываться.