Пенсионный советник

Кавказский след в стамбульских терактах

Теракты в аэропорту Ататюрка могли совершить выходцы с Северного Кавказа

Игорь Крючков, Владимир Дергачев 01.07.2016, 01:01

Чеченец Ахмед Чатаев и как минимум еще один выходец с Северного Кавказа считаются причастными к терактам в аэропорту Стамбула. Чатаев давно известен российским спецслужбам, несколько лет он скрывался от них за границей. Если информация подтвердится, это будет означать тревожный тренд. Северокавказское радикальное подполье теперь следует тем же «международным правилам» организации терактов, с которыми уже познакомилась Западная Европа.

Помимо Чатаева, по данным ряда турецких изданий, к теракту причастен еще один уроженец Чечни — Осман Вадинов. Утверждается, что он был одним из трех террористов-смертников, который 28 июня сначала открыл огонь по толпе в стамбульском аэропорту, а после — взорвал себя. Двумя другими, по той же информации, были граждане Узбекистана и Киргизии.

Источник «Интерфакса» в правоохранительных органах России позже опроверг информацию о том, что Вадинов когда-либо проживал в Чечне. На момент сдачи заметки несколько турецких и российских СМИ утверждало, что Вадинов — выходец из Дагестана.

В отличие от Вадинова, который был исполнителем, Чатаев уже несколько лет считался довольно высокопоставленной фигурой в северокавказском террористическом подполье. Его имя появлялось в отечественных СМИ в начале 2010-х в связи с деятельностью «Имарата Кавказ» — северокавказской террористической организации, запрещенной на территории России.

Ахмед Чатаев по прозвищу Однорукий считался представителем лидера «Имарата Кавказ» Доку Умарова в Европе.

По данным «Коммерсанта», который ссылается на информацию ФСБ, после окончания второй чеченской кампании Чатаев, воевавший на стороне боевиков, бежал в Австрию и был объявлен в международный розыск. Европейские суды отказывались выдавать его в Россию. В 2008 году он оказался в шведской тюрьме за перевозку оружия и взрывчатки. После он оказался на Украине, задержан по запросу генпрокуратуры РФ, но благодаря помощи правозащитников был отпущен на свободу.

В 2012 году его задержали в Грузии при попытке пересечь границу с Россией вместе с другими боевиками. В ходе спецоперации были уничтожены 11 боевиков. Однако Чатаеву удалось убедить тбилисский суд, что он не был связан с этими людьми.

Спустя недолгое время после оправдания он перебрался в Турцию.

С 2013 года он примкнул к «Исламскому государству» (ИГ, запрещено в России).

Поглощение и слияние

«Тот факт, что среди террористов, совершивших атаку на аэропорт Стамбула, были выходцы с Северного Кавказа, конечно, привлекает внимание СМИ», — рассказала «Газете.Ru» Евгения Гвоздева, директор программ Европейского центра стратегических исследований и безопасности (ESISC, базируется в Бельгии).

«Однако чеченские боевики уже не раз были замечены в попытках организовать теракты за границей. Важно другое, — добавила эксперт. — По данным, которыми мы обладаем сейчас, теракты в Стамбуле организовала группа людей, этнически близких друг другу, многие из них происходили из стран бывшего СССР. Но они в точности копировали стратегию ИГ, которую использовали боевики совсем другого происхождения — в Бельгии и Франции».

Стратегия, по словам эксперта, одна: террористы с разных сторон окружают объект, где находится большое скопление людей (желательно, чтобы среди толпы было побольше иностранцев), открывают огонь из автоматического оружия, после чего взрывают себя. Атака нацелена на то, чтобы уничтожить как можно больше мирных граждан.

Руководство ИГ до сих пор не взяло ответственность за теракт в Стамбуле. Тем не менее о связи этой организации с атакой уже строил предположения премьер Турции Бинали Йылдырым.

«После первой и второй чеченских кампаний в Турцию перебралось немало радикалов, и боевиков, и тех, кто им просто сочувствовал. В итоге чеченская диаспора в Турции, не только сплоченная и замкнутая группа людей, но и изначально обладающая специфической идеологической подготовкой, стала легкой добычей для вербовщиков «Исламского государства», — рассказала Евгения Гвоздева.

Однако при этом Турцию нельзя назвать особым очагом террористической угрозы, считает эксперт. При нынешних миграционных потоках между Турцией и европейскими странами террористические сети постоянно перемещаются.

Самый яркий пример из последних — Абдельхамид Абауд, бельгиец марокканского происхождения, организатор страшных терактов в Париже в ноябре прошлого года. Он использовал свои связи с диаспорой, бельгийский паспорт и право свободного въезда в другие страны ЕС, чтобы исчезнуть с радаров спецслужб и получить возможность организовать крупнейший в истории Франции теракт, унесший жизни более 130 жертв.

Без лица

Генерал-майор Юрий Сапунов, бывший начальник управления ФСБ по борьбе с международным терроризмом, отверг версию о том, что теракт мог произойти из-за ухудшения контактов между российскими и турецкими спецслужбами на фоне заморозки политических отношений между Москвой и Анкарой.

«Я могу сказать с полной ответственностью.

Мы и наши коллеги никогда не позволяем, чтобы политическая конъюнктура каким-то образом влияла на нашу работу. Из-за этого гибнут люди.

Поэтому даже в самые тяжелые времена спецслужбы обмениваются информацией о террористических угрозах», — рассказал он.

Единственное, что вызывало беспокойство у российской стороны, — слишком легкомысленное отношение к мерам безопасности в людных местах», — добавил Сапунов. «Соответствующие запросы мы посылали турецким коллегам не раз», — говорит эксперт.

«Согласно последним сообщениям турецких источников, боевики появились в Турции еще в конце мая. Часть из них арендовала дом недалеко от района Аксарай. Другая часть группы сняла комнату поблизости от крупного стамбульского супермаркета Historia, — рассказал «Газете.Ru» Ильшат Саетов, директор Центра изучения современной Турции. — О том, что в Стамбуле готовится теракт, у турецких спецслужб была информация еще в середине июня. Однако боевиков, очевидно, так и не удалось обнаружить».

За последний год в Турции произошло 17 терактов, говорит Яшар Ниязбаев, корреспондент турецкого информагентства «Мухабир Ажанс». За них ответственны две группировки — курды из Рабочей партии Курдистана (РПК) и ИГ.

РПК, идейная левая радикальная партия, обычно выбирает военные цели и старается не трогать мирное население. ИГ, напротив, стремится запугать, поэтому именно его боевики выбирают целями для своих атак самые людные места.

«Активизация ИГ похожа на конвульсии. Кольцо вокруг территорий боевиков в Сирии сужается благодаря действиям сирийской армии и российских ВКС. Сегодня в турецком приграничном городе был пойман боевик из Сирии. Таких людей очень много, — рассказывает он. — Месяц назад в турецких СМИ сообщалось, что ожидается нападение на аэропорт или самолет. Также поймали члена ИГ с начиненными взрывчаткой ноутбуками. Он хотел пронести их в аэропорт».

По словам журналиста, в турецких СМИ теракт перекрыл повестку потепления отношений с Россией и Израилем.

«После того как Эрдоган сделал шаг в сторону России и Израиля, это стало широко обсуждаться в оппозиции. Даже негативно настроенные в адрес России националисты понимают, что экономически дружить странам выгодно. С другой стороны, теракты перекрыли повестку сближения с Израилем, к этому в Турции относились негативно», — объясняет Ниязбаев. Он также отмечает, что с Россией разрыв отношений у Анкары длился менее года, а с Израилем — уже несколько лет.

В Турции больше 3 млн беженцев. Всех проверить на причастность к терроризму тяжело, указывает эксперт Международного центра стратегических исследований Турции Керим Хас.

«В ИГ воюют больше 50 тыс. человек из разных стран. Национальность и этническая принадлежность смертников не играет большой роли, и в этом смысле я не вижу угрозы для налаживания отношений Анкары и Москвы. Но после теракта России придется просить от Турции дополнительных мер безопасности, а Анкаре — укреплять границы», — отмечает эксперт.