Цивилизация
Red Hot Chili Peppers, признаемся, уже давно из тех групп, которым в принципе необязательно записывать альбомы. Новые пластинки для них лишь повод для начала нового тура, но на стадионах всего мира от них ждут не свежих песен, а «Give it Away» и «Under The Bridge». Культовый статус RHCP неколебим, но им этого мало. Музыканты всерьез претендуют на лавры The Rolling Stones нового поколения и уже полтора десятилетия изо всех сил удерживают внимание меломанов и прессы на своих музыкальных изысканиях. Пять лет назад накала не выдержало сердце группы — гитарист Джон Фрусчианте отправился в сольное плавание. На его место заступил друг Джона по имени Джош Клингхоффер — востребованный и молодой относительно пятидесятилетних коллег сессионный музыкант и экспериментатор широкого профиля. К тому моменту, когда Клингхоффер худо-бедно влился в состав, с выхода предыдущей пластинки прошло пять лет, и пора было делать хорошую мину независимо от качества игры.
Альбом «I'm With You», презентовавший обновленных «перцев», в иных обстоятельствах вполне мог бы похоронить группу. Блеклый и рыхло сыгранный сборник недоделанных песен демонстрировал, что уход Фрусчианте выбил у музыкантов почву из-под ног. Непререкаемая ритм-секция из Фли и Чеда Смита будто стеснялась собственной громкости, Энтони Кидис неистово мазал мимо нот, Клингхоффер, кажется, вообще не успел придумать себе партий. В ходе последовавшего (куда более успешного, чем диск) тура
Фли в какой-то момент даже признался, что Джош, конечно, отличный парень и вообще брат, но без Фрусчианте сочинять получается куда хуже.
Выход из кризиса, который ознаменовался новейшей пластинкой «The Getaway», был найден в два этапа. Во-первых, музыканты покинули своего многолетнего продюсера Рика Рубина и отправились в студию к Брайану Бертону (Дэнжер Маус). Причина проста: Рубин всегда говорил, что заставляет звучать группу саму по себе, а «перцам» явно был нужен соавтор, на роль которого лучше ретромана Бертона не подошел бы никто. Вторым слагаемым успеха стало то, что Клингхоффера отодвинули на второй план, а на первый вышли Фли и Чед Смит, которые нашли новые ритмические и композиторские решения. Убедиться в этом можно уже на примере первого сингла «Dark Necessities».
Группа, которой до сих пор принято припоминать прицепленные на причинные места носочки, на этой пластинке наконец перестала молодиться. Собственно, главные изменения связаны именно с настроением записи. Это зрелая, довольно спокойная по эмоциям вещь. Кидис, Фли и Смит перестали стесняться возраста. Они не забыли фанковые корни, но перестали играть в Игги Попа, пытаясь сымитировать былой угар.
Отсутствие суеты позволило, в частности, вокалисту научиться попадать в ноты, чего почти ни разу не бывало со времен выхода альбома «Californication», где Кидис впервые попробовал себя в роли усталого лирика.
При этом «The Getaway» — это очень разнообразная пластинка. Здесь нашлось место моторному фанку «Go Robot», ленивой эквилибристике «We Turn Red», прогрессивным по композиции вещам типа «Goodbye Angels» и срывающейся в галоп «This Ticonderoga». Финиширует альбом и вовсе почти что спейс-роковой балладой «Dreams of a Samurai». После которой приходится констатировать, что это, пожалуй, лучшая работа RHCP со времен альбома «One Hot Minute», вышедшего больше двадцати лет назад — в 1995 году.
Сравнение это неслучайно. Тогда Фрусчианте тоже покидал группу, а его место ненадолго занимал гениальный гитарист Дейв Наварро из дружественной великой группы Jane's Addiction.
Ту пору «перцы» вспоминают с некоторой неохотой, сообщая, что, хотя Дейв и отличный парень, под угрозой в силу градуса наркотического и прочего разгула оказалась не только судьба группы, но и жизнь самих музыкантов. Тем не менее именно в этом исступленном состоянии RHCP записали свой, пожалуй, самый невероятный и изобретательный альбом. «The Getaway» в этом контексте — противоположная точка примерно в той же парадигме. «One Hot Minute» был самой исступленной работой группы, новая пластинка — самая гармоничная и при этом собранная. И так же как тогда, 20 лет назад, перед группой стоит вопрос, куда двигаться дальше. И для музыкантов, кажется, именно в этом заключается самое большое счастье. Им по 50 лет, они снова на распутье, и дальнейший выбор дороги щекочет нервы неизвестностью как им, так и всем их слушателям.
