Слушать новости
Телеграм: @gazetaru

Квартирно-контрактные маневры

Фото: www.iet.ru
Военная ипотека открывает путь к контрактной армии. А Минобороны тормозит законопроекты о сокращении призыва.

За годы сопротивления военной реформе генералы научились использовать формулу «жилье для военных» для торпедирования любых преобразований: мол, пока нет жилья — не о чем говорить. Анонсированная на днях президентом военная ипотека позволяет выбраться из этого капкана. О том, как работает накопительная ипотечная система, которую представил Герман Греф на совещании в Минобороны, и о том, как Минобороны не успевает с законами по реформе, рассказывает один из разработчиков концепции контрактной армии, заведующий лабораторией военной экономики ИЭПП Виталий Цимбал

Виталий Иванович, в чем смысл анонсированной президентом новой системы предоставления военным жилья?

— В дополнение к действующим системам обеспечения военнослужащих жильем предлагается накопительная ипотечная система. В идеале представляется, что военнослужащий, проходя службу, проживает на служебной жилой площади, а за это время на его именной счет накапливается сумма достаточная, чтобы по прошествии 20 лет он получил жилье в собственность. В этом состоит новация. Это вводится для того, чтобы вновь поступившие на службу выпускники военных учебных заведений или контрактники — солдаты, сержанты, матросы — после заключения второго контракта смогли проживать на служебной площади и не становиться в очередь на получение жилья по прежним системам.

Обязательства перед теми, кто служит сейчас, государство выполнит, но пополняться эта очередь бесквартирных военных не будет.

В этом заключается основная идея реформы.

— После трех лет службы военнослужащий сможет получить квартиру на условиях ипотеки?

— Если захочет. Если он служит на Крайнем Севере, в закрытом военном городке, то вряд ли он захочет оставаться там на всю дальнейшую жизнь. Скорее всего, в этом случае он будет продолжать жить на служебной жилой площади и участвовать в накопительной системе. Когда он определится с тем, где он будет жить после завершения службы, то он может воспользоваться ипотекой.

В принципе, идет замена натуральных преференций и привилегий на денежные.

Сейчас очень часто государство не выполняет свои обязательства по предоставлению жилья военнослужащим так, как это записано в действующих законах. Скажем, если военнослужащий уходил служить из Москвы и хочет по завершении службы вернуться в Москву, то, как правило, предоставить ему площадь по действующим нормам слишком дорогое удовольствие — бюджетных средств не хватает. В новой же системе будет единая для всех норма отчислений на персональный счет, а дальше человек решает, что лучше — однокомнатная квартира в Москве или трехкомнатная где-то в другом городе.

Появляется свобода маневра. На условиях ипотеки можно получить квартиру раньше. Можно будет вносить свои сбережения, добиваясь тем повышения качества жилья или увеличения площади.

В общем, от распределительной социалистической системы мы переходим к тому, что принято в большинстве государств.

— А почему просто не оставить использование этих средств на усмотрение военного?

— Просто накапливать деньги можно, но военные крайне боятся — и их опасения справедливы, — что люди, хорошо обученные военному делу, могут, допустим, потратить эти деньги и потом остаться обозленными бомжами. Именно поэтому накопительный счет является целевым. Если же полученное жилье будет продано, то это уже не относится к военной организации, поскольку средства были предоставлены.

— Квартирный вопрос находится в центре военной реформы, из-за него, в частности, провалился эксперимент в 76-й дивизии…

— Эксперимент пытались провести так: заманить людей на военную службу обещанием немедленно дать жилье. Причем денежное довольствие было низким, ниже средней зарплаты по стране. На этот призыв потянулись люди, даже малоприспособленные к службе, чей возраст приближался к сорока годам. Они шли получить жилье и в сорок пять уволиться. Во что превратилась бы эта система, если бы ее осуществили? Люди бы приходили, получали жилье и отказывались заключать следующий контракт. Жилье получено, а кому охота служить за мизерное денежное довольствие? Вмешательство Минфина и других органов пресекло такой эксперимент.

Людей на военную службу надо привлекать главным образом высоким денежным довольствием, неденежными привилегиями и обещанием дать жилье после окончания службы.

— Как система ипотеки будет действовать в случае с контрактниками?

— Первый контракт человек подписывает на три года. Через три года он присмотрелся к военной службе, к нему присмотрелись — и контракт перезаключается. Если же он не устраивает военную организацию, то его не берут и он получает преимущество только для получения образования или для продвижения по государственной службе, если он туда перейдет. Если же, утвердившись в желании продолжать службу, человек хочет заключить новый контракт и он устраивает военную организацию, то с этого момента включается накопительная система. Сможет он сразу ей воспользоваться? Нет. Еще через три года, если ситуация повторяется — человек хочет служить и он нужен, тогда ему будет предоставлено право перейти в ипотеку. Например, в Соединенных Штатах после первого контракта остается только половина людей, после второго контракта — уходит еще почти половина.

Совсем не значит, что все контрактники по этой системе будут получать жилье. Это достаточно гибкая система с определенными правилами и процедурами.

Этим она хороша и этим отличается от того, что было сделано в Пскове, когда говорили: приходи, мы тебе дадим жилье. В данном случае при ипотечной накопительной системе введено двойное ограничение доступа. Система работает только после заключения третьего контракта.

Многие люди не знают, на сколько они идут служить. Кого-то, может быть, привлекала возможность поступить в престижный вуз на особых условиях. Необязательно заманивать именно жильем. Это система, которая срабатывает на разных рубежах.

— Могут ли эти новации сдвинуть реформу комплектования, которая, похоже, приостановлена?

— Она не заглохла, а просто перешла в спокойную рабочую стадию. Есть федеральная целевая программа перехода на контрактную систему, которая начинает реализовываться с этого года. Решили сначала переоборудовать казармы в общежития, а потом приглашать людей на службу по контракту.

На наш взгляд, темп низковат, но, по крайней мере, реформа не остановилась. Напомню, что принято решение президентом и правительством о сокращении срока службы по призыву до одного года с 2008 г. Надо успеть набрать достаточное количество контрактников, чтобы можно было вдвое сократить службу по призыву. Мы же предлагаем еще резче — сократить призыв до 6 месяцев. В идеале его надо оставить только для того, чтобы человек получил самую начальную подготовку, представление о службе, и чтобы армия составила о нем предварительное мнение. После чего он решает — служить по контракту или уходить в так называемый мобилизационный резерв.

— А в какой стадии находится разработка законов о контрактной армии?

— В Думе сейчас рассматривается законопроект, в котором описывается то, на каких условиях должны служить люди по контракту. Кроме того, в конце прошлого года должен был быть представлен законопроект «О порядке перехода на сокращенную продолжительность службы». Но он так и не был внесен. Решение правительство приняло в августе, а в конце 2003 г. Министерство обороны должно было представить законопроект в Думу.

Говорят, он не представлен потому, что какие-то детали не стыкуются и не согласуются. Сейчас думский комитет по обороне должен потребовать представления этого законопроекта.

Важно понять, какие условия будут записаны в закон о контрактной службе, в том числе там по-новому нужно описать проблему обеспечения жильем. Пока действует закон, по которому если человек подписал контракт, то ему нужно дать служебное жилье, а через некоторое время предоставить ему жилье в собственность в натуральном виде. Пока этот закон не отменен.

— Может, Минобороны вообще не собирается вносить закон о сокращении срока службы?

— Группа экспертов нашего института написала свой законопроект и направила его и в Минобороны, в Минфин и в Минэкономразвития, а также в Совет безопасности и комитет обороны Думы. В принципе, такого рода законопроекты должен вносить президент, потому что он отвечает за «силовой ствол». Теперь, по идее, в Совете безопасности должны рассмотреть и проект Минобороны, и другие предложения. Плохо, если будет только один проект и общественность не подпустят к его обсуждению, а комитет по обороне Думы сгоряча возьмет и проголосует.

Интервью взял Евгений Натаров