Подписывайтесь на Газету.Ru в Telegram Публикуем там только самое важное и интересное!
Новые комментарии +

Небогоугодные эмбрионы

И католицизм, и православие относятся к ЭКО с подозрением

Безапелляционные высказывания священнослужителей о вреде ЭКО, вновь зазвучавшие в связи с присуждением Нобелевской премии изобретателю этого метода Роберту Эдвардсу, вряд ли поспособствуют налаживанию отношений церкви с обществом.

Вручение Нобелевских премий редко обходится без скандалов. Недовольные есть всегда. Вот и сейчас в их числе оказался Ватикан. Когда лауреатом в области медицины был объявлен Роберт Эдвардс, глава Папской академии жизни Игнасио Карраско де Паула отреагировал на новость крайне эмоционально: премия в данном случае «совершенно неуместна», заявил он агентству ANSA. Негодование главного ватиканского эксперта по биоэтике объяснимо: у католической церкви давние претензии к 85-летнему британскому эмбриологу.

В 1978 году Эдвардс после долгих экспериментов сумел оплодотворить яйцеклетку вне тела матери. С тех пор разработанный им метод ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение) помог появиться на свет четырем миллионам детей. И все это время Ватикан относился к ЭКО довольно критично, поскольку метод посягал на ключевые католические ценности — святость брака и святость жизни.

Если ребенок зачат вне тела, это подрывает сакральные основы брачного союза. Если эмбрионы погибают в ходе процедуры – гибнет человеческая жизнь, возникающая, как учит христианство, в момент зачатия.

Эти претензии и повторил епископ де Паула, но через несколько часов выступил с официальным заявлением, где оговорился, что его интервью отражало личное мнение. Теперь он подчеркнул, что признает большие заслуги Эдвардса в медицине, но упреков своих все же не дезавуировал. Открытие британского ученого распахнуло двери для всякого рода злоупотреблений, ведь лишние эмбрионы, сохраняющиеся после процедуры ЭКО в замороженном виде, породили целый рынок, на котором торгуют человеческими жизнями.

Оговорки ватиканского специалиста по биоэтике не только дипломатический ход (хотя находящийся в эпицентре сексуальных скандалов Ватикан и понимает, что суждения об этой сфере жизни следует делать с особой осторожностью). Дело в том, что проблема ЭКО ставит перед католическим богословием серьезную проблему. Да, метод косвенно посягает на святость жизни, но, когда в результате возникает новая жизнь, приносящая радость потерявшим всякую надежду родителям, разве она не свята? Не получается ли, что ценность жизни эмбриона перевешивает ценность жизни родившегося человека? Разве не сказано в Библии «плодитесь и размножайтесь»? Вопрос этот непростой, поэтому

де Паула и его единомышленники не отрицают допустимости искусственного оплодотворения, но хотят, чтобы оно максимально напоминало естественное и не выходило за рамки этических норм. Конечно, понятых в свете католического учения.

Это и вызывает раздражение их светских оппонентов, которые не устают подчеркивать, что традиционная мораль безнадежно устарела и не отвечает требованиям современной науки и культуры. Но, если приглядеться к их спорам с католиками по поводу ЭКО шире, к проблемам биоэтики в целом, видишь, что даже между самыми горячими оппонентами есть нечто объединяющее, а именно безусловное признание ценности человеческой жизни. Разногласия возникают там, где сталкиваются интерпретации — а когда она, собственно, начинается?

Присуждение Эдвардсу Нобелевской премии не осталось незамеченным и в Русской православной церкви. Вначале протоиерей Николай Балашов подчеркнул негативные моменты ЭКО: этот метод может посягать на достоинство человеческой жизни, которая зарождается в момент зачатия, и создавать сложные этические проблемы в семейных отношениях (суррогатное материнство, использование донорского генетического материала и т. д.). А потому церковь не может одобрить использование подобных технологий. Однако вскоре

протоиерей Всеволод Чаплин признал, что само по себе ЭКО не несет ничего дурного, если совершается в рамках брака и не связано с получением избыточных эмбрионов.

Сходство католического и православного подходов налицо. (Разве что епископ де Паула поправил себя сам, а у нас один протоиерей поправил другого, наглядно продемонстрировав, чем отличается православная соборность от католического централизма). Но этим сходством все и ограничивается, потому что РПЦ предстоит доказывать свою правоту в обществе, где мало кто помышляет о достоинстве человеческих зародышей.

На западе защитники и противники ЭКО исходят из одной предпосылки – высочайшей ценности человеческой жизни, однако трактуют это понятие по-разному. Споры отсюда. В нашем обществе проблема так не стоит. Широкая публика об этих вещах и вовсе не задумывается, а церковь до недавнего времени они занимали скорее в умозрительном плане: ох уж эти эксперименты с эмбрионами, небогоугодное дело!

Пренебрежение вопросами биоэтики роднит нас с Востоком. Ни Россия, ни Индия, ни Китай просто не могут еще осознать эти проблемы в качестве насущных. Да и как можно помышлять о них всерьез, если человеческая жизнь как таковая вызывает к себе мало уважения?

А если это жизнь неполноценная, так ей вообще грош цена. Когда западной женщине сообщают, что ее ребенок родится с тяжелым недугом, она чаще всего не прерывает свою беременность. Российская почти всегда прерывает: зачем плодить инвалидов?

На Западе инвалидам не просто оказывают помощь — их всячески стараются включить в жизнь общества. Иногда видишь человека (скажем, музейного смотрителя), которому трудно двигаться и говорить, но он так усердно помогает тебе, что хочется ответить ему тем же. Но вовремя спохватываешься, понимая, что ты помогаешь ему тем, что с готовностью принимаешь его помощь. Или создается театр, где актеры – люди, страдающие болезнью Дауна. Человеческая жизнь тут ценна сама по себе, и ее не умаляет никакая ущербность. Что же удивляться, что даже в нерожденном состоянии она способна вызывать уважение и побуждать к биоэтическим спорам. Это звенья одной цепи.

Сейчас церковь стремится активно участвовать в жизни общества. Нередко она ведет себя при этом как слон в посудной лавке, вызывая раздражение тех, кому тщится помочь. Скажем, безапелляционные высказывания о вреде ЭКО вряд ли поспособствовали бы налаживанию отношений с обществом, которому на сохранность эмбрионов по большей части наплевать, но которое уже ценит благо искусственного оплодотворения.

На этот раз обошлось. Но есть сфера, где отношения церкви с обществом могли бы развиваться менее конфликтно на основе уважения к человеческой жизни как таковой. Сфера эта очень широка — от здравоохранения до благотворительности. Проблемы биоэтики могут приобрести настоящую актуальность, если обычные этические не отметаются с порога. Те, кто инвалидов не держит за людей, вряд ли когда-нибудь озаботятся жизнью эмбрионов.

Новости и материалы
Конгресс США пригласил премьера Израиля выступить на совместном заседании палат
Российский морпех «Самурай» взял в плен «Бабу-Ягу»
Дачников ждет суровое наказание за выращивание популярного цветка на участке
В Европе потребовали начать переговоры по Украине
«Погибшие шли домой после работы»: очевидец рассказал об атаке ВСУ в Крыму
В ФМБА рассказали об эффективном способе защиты от FLiRT
Товарооборот России и Белоруссии вновь вырос
Новые фигуранты могут появиться в деле начальника управления департамента МО РФ
Спрос на пионы в России резко вырос за последние два года
В США построят два новых ракетных фрегата за $1 млрд
Критик Соседов объяснил, почему не будет слушать новый трек Пугачёвой
В Турции предложили премии за доносы на неплательщиков налогов
Трамп заявил, что США лишились уважения при президентстве Байдена
Белоруссия окажет помощь пострадавшим от паводков Оренбургской и Курганской областям
TikTok вводит «политическую» цензуру
Методист дала советы, какие темы повторить перед ЕГЭ по русскому языку
Власти Крыма призвали не публиковать видео ударов ВСУ после массированной атаки
ФСБ на Камчатке задержала экс-инспектора паспортно-визовой службы
Все новости