Карательная забота

Руководящая забота о благополучии людей всегда облекается в форму запретов

ИТАР-ТАСС
Любое очередное проявление начальственной опеки, будь то приказ, рекомендация или даже просто проект, мгновенно вызывает панику в массах опекаемых.

Самый свежий этому пример – буря, поднявшаяся после письма Геннадия Онищенко с требованием «принять меры по недопущению выезда организованных групп детей за рубеж». Чтобы гриппом не заразились.

Эксперты, включая и лиц, состоящих на официальных должностях, разъясняют, что это не приказ, а совет, пускай и произнесенный начальственным голосом: «Статус у рекомендации – рекомендация. То есть никакого» (Павел Крашенинников). Правозащитники говорят о беззаконии: «У нас в стране нет чрезвычайного положения, и юридической основы у этого документа нет. Если человек хочет поехать за рубеж, а его не пускают, это незаконно. Попахивает железным занавесом» (Лев Пономарев).

А тем временем, туроператоры подсчитывают убытки, а тех, кого берет под защиту письмо Роспотребнадзора, пробирает страх. И почему-то совсем не перед гриппом A(H1N1).

Кстати, полное наименование Роспотребнадзора звучит так: «Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека». Это, если вы до сих пор не знали, служба, которая надзирает за нашим благополучием. Будто специально придумано, чтобы вспомнился оруэлловский Минлюб.

И ведомственный стиль тут особый. Вот, например, что буквально сказано в упомянутом письме:

«Предлагаю: 1. Руководителям органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации…: 1.1. Проанализировать ситуацию… по выезду организованных групп детей за рубеж. 1.2. Принять меры по недопущению выезда… 1.3. Провести работу с юридическими лицами, осуществляющими турагентскую и туроператорскую деятельность, об ограничении выезда…».

При всей своей вышеупомянутой рекомендательности и незаконности это письмо, выдержанное в тоне приказа, адресовано не кому-нибудь, а губернаторам краев и областей и президентам автономий.

С тех пор как их не выбирают граждане, предписывать им что-либо уполномочен только президент РФ и уж никак не шеф одного из бесчисленных надзирающих ведомств. Но раз предписывает и не наказан, так, может, право имеет?

А вот дополнительные разъяснения самого Геннадия Онищенко: «Я запретил, и пусть попробуют отправить… Я знаю много приемов, как остановить их на границе. Все будет законно и действенно…»

Чем должны утешаться потерпевшие? Что подадут в суд и взыщут свой ущерб со Службы по надзору за благополучием человека? А вдруг суд не поможет? Ведь Г. Г. Онищенко «знает много приемов». Да и вообще знает, по собственным его словам, куда больше, чем положено знать чиновнику его ранга.

Скажем, санслужбы Великобритании этими днями передали в Роспотребнадзор официальные свои сведения о числе заболевших свиным гриппом. А вот к этому комментарий Онищенко: «У нас есть источники, которые говорят о том, что эти данные не достоверны. Число заболевших может быть в десятки и даже в сотни раз больше». Интересно, что это за «источники» такие? Неужели нашему главному санврачу уже и разведка подчиняется? И попутный вопрос: где продолжительность жизни выше, а детская смертность ниже – у нас под опекой Службы по надзору за благополучием или в Англии? Что на этот счет г-ну Онищенко докладывают его «источники»?

Но не будем продолжать цитаты. Может, данный случай как раз чисто медицинский. Но тогда он тем более характерен.

Некое не вполне ответственное лицо через главные средства информации, включая государственные, осыпает публику потоком заявлений, распоряжений, угроз и явно не предполагает понести за это ответственность, ни должностную, ни материальную.

Удивляться ли, что все эти слова принимаются людьми всерьез? А как еще? Ведь из того же ведомства в свое время исходили предупреждения о вреде молдавских вин и грузинских минеральных вод, совсем недавно и о вреде белорусского молока, и за тем, другим и третьим сразу следовали оргвыводы.

Рядовой гражданин давно уже не может разобрать, какие из очередных сыплющихся ему на голову начальственных мероприятий продиктованы видами большой политики, какие – сведением счетов, какие – локальными амбициями отдельно взятых ведомств и персон, а какие – даже и действительной заботой об интересах этого самого гражданина.

Все слилось, власти «знают много приемов», и люди отвечают на каждое такое верховное предписание по давно отработанному шаблону: сначала гаданиями, что будет, затем паникой, а потом раздумьями, как обойти. Кризис только прибавил нервозности и внизу, и наверху.

Граждане оживленно обсуждают слухи о каких-то запретах на вывоз денег за границу и других нововведениях, затрудняющих зарубежные поездки. Легкость, с какой найдутся и уже находятся предлоги, очевидна: от сбережения валютных резервов до спасения детишек от иноземной заразы во всех ее гриппозных и негриппозных проявлениях.

Очевидна и постоянно действующая подлинная причина.

Подозрительность номенклатуры к любым контактам подданных с заграницей так же сильна, как и собственная ее страсть проводить там время, держать там активы и учить там детей.

Единственный тормоз, мешающий принять эффективные меры на этот счет, – практическая трудность в отделении тех, на кого эти меры лягут, от тех, кому по-прежнему все будет разрешено. Трудность очень даже реальная, но не мешающая отдельно взятым ведомствам сочинять кое-какие пробные проекты.

Тут и советы резко ограничить беспошлинный ввоз иностранных товаров, т. е., по сути, запретить челночную торговлю, которой во время прошлого спада, в 90-е годы, кормились миллионы людей. Тут и законопроект, составленный в Федеральной таможенной службе и требующий детально отчитываться в происхождении денег, ввозимых в Россию в количестве больше $10000.

Бессмысленность этих идей бьет в глаза. Но

граждане, привыкшие улавливать направление мыслей начальства, уже инстинктивно делают стойку: сначала разговоры об ограничениях на ввоз, а там, глядишь, и плавный переход к ограничениям на вывоз и выезд.

Руководящая забота о благополучии людей почему-то всегда облекается в форму запретов и создания проблем для опекаемых. Может быть, ввести мораторий на любые карательные разновидности заботы – ну хотя бы до окончания экономического спада? Граждане станут меньше нервничать и легче переносить трудности. Чем не антикризисная мера?