Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Фабрика фальшивых игрушек

26.03.2013, 10:53

Глеб Черкасов о том, что общественные организации повторят судьбу политических партий

Обработка некоммерческих организаций — добровольных объединений граждан станет и уже становится приоритетной для соответствующих властных структур. Неуклонно продвигается к президентской подписи законопроект о волонтерской деятельности. В апреле возьмутся за законопроект о меценатской деятельности. Есть и другие законодательные акты, которые призваны поставить в рамки общественный сектор. Но одними нормативными актами дело не сделать. Как и проверками, которым сейчас подвергают наиболее заметные НКО.

Допустим, у некоего большого начальника есть проблема — общественная организация с условным названием «Ассоциация защиты плюшевых медвежат». Ассоциация сует свой нос куда ни попадя, а главное, совершенно не поддается управе с помощью привычных инструментов. Иностранного финансирования нет, офис мал, скромен и снят на законных основаниях. Очевидных политических целей у ассоциации нет, поэтому предъявить борьбу за власть — компромат компроматов — невозможно.

Да и в целом лобовой прессинг общественной организации пока еще выглядит сомнительно. Еще могут спросить: а что, теперь уже и плюшевых медвежат защищать нельзя? Еще могут удивиться: неужели власть не может пойти на диалог по такому совершенно непринципиальному вопросу.

На самом-то деле, да, нельзя защищать без спросу и разрешительной резолюции. Нет, диалог возможен, но ни в коем случае не на равноправных основаниях, надо подать заявку на прием, дождаться его и изложить прошение. Но в лоб об этом пока не говорится.

Что же делать большому начальнику? Есть много способов, но самый эффективный — подмена. Надо найти людей, которые сформируют «Союз помощи плюшевым медвежатам», «Альянс за плюшевых медвежат» и «Объединение мягкой игрушки». Этим организациям тут же помогут как следует заявить о себе и даже добиться локальных достижений на избранной ниве. Самый малый успех тут же даст повод поставить вопрос ребром: а вот эта ассоциация, она про что и для чего? Кто уполномочил этих людей заниматься таким важным делом для общества, как помощь плюшевым медвежатам? Не слишком ли много шума вокруг их деятельности и какую, собственно, выгоду они из этого извлекают?

Лучший вариант для начальника — это развал ассоциации, по итогам которого часть высвободившихся общественников можно привлечь в союз или альянс — плюшевыми медвежатами заниматься все-таки надо. В худшем случае ассоциация сохраняется, но существует где-то на задворках. А лидеры ее приобретают репутацию скандалистов, сосредоточенных не на деле, а на собственном продвижении и приобретении некой выгоды. Для окончательного успеха можно позаботиться о том, чтобы участие в деятельности союза, альянса и объединения стало добровольно-обязательным для определенных категорий граждан. Чтобы из волонтерской деятельности это превратилось в обузу, от которой лучше отмотаться. Тогда дело можно считать сделанным.

Упорядочивание общественного пространства пойдет по тому же сценарию, что и зачистка политического поля: цели и задачи совпадают.

С начала нулевых политические структуры приучали к тому, что по любому поводу им надо посоветоваться с соответствующими подразделениями администрации президента. Сначала это было обсудить, а потом и запросить. Характер отношений менялся медленно, зато неуклонно. Важным этапом стало то, что на думских выборах в 2007 году за бортом кампании осталась целая группа достаточно известных оппозиционных политиков (среди них был и Сергей Глазьев, кто ж знал тогда). Не то чтобы не нужны были, в список взять никто не рискнул.

Затем уполовинили количество партий, а в 2011 году число тех, кого не взяли на выборы, выросло кратно. Но главное, что произошла подмена понятий: политика превратилась в дело, которым заниматься можно либо по разрешению, либо без всякой видимой надежды на успех. В итоге

к моменту политического обострения в конце 2011 года оппозиционные политики представляли собой по большей части цирковых львов с выбитыми зубами, профессиональных мальчиков для битья или просто проходимцев. Это первый ряд, а во втором актив либо старел, либо пополнялся довольно странными личностями.

Политические структуры по определению не могли встать во главе общественного подъема 2011 года.

Но и гражданам, пожелавшим отстоять свои политические права, деться особенно было некуда. Невзрачность политического предложения, отсутствие внятных идей отпугивали мало знакомых с партийной жизнью людей. Записаться в партию власти — понятное дело для карьериста. А всем прочим идти было некуда. И события 2011 года тут мало что изменили. Если бы этот подъем случился в 1999-м или хотя бы в 2003 году, многое было бы по-другому. Тогда политики еще были живыми. Но получилось как получилось.

Уже после того, как накал спал, можно было дать возможность создавать партии без особых проблем и даже выставлять кандидатуры на выборах. Это уже безвредно для системы. Львы, рожденные в зоопарке, как правило, не хотят на волю, потому что как-то ощущают, что им там не жить.

Так вот, работа ответственных структур с общественными организациями должна привести к тому, чтобы они стали как политические. Чтобы остались только разрешенные и одобренные.

Энергичный человек в них пойдет за карьерой, а самостоятельный не пойдет вовсе. Создавать новые будет тяжело, быть в существующих — незачем.