Подпишитесь на оповещения
от Газеты.Ru
Дополнительно подписаться
на сообщения раздела СПОРТ
Отклонить
Подписаться
Получать сообщения
раздела Спорт

«Понятие «новая технология» довольно условное»

Замгендиректора «Ростеха» Дмитрий Шугаев о передаче вертолетных технологий Бразилии и системе распознавания лиц на Олимпиаде

Алина Черноиванова 15.04.2013, 12:08
Заместитель генерального директора ГК «Ростех» Дмитрий Шугаев Денис Вышинский/Коммерсантъ
Заместитель генерального директора ГК «Ростех» Дмитрий Шугаев

Глава объединенной российской делегации на выставке LAAD-2013 в Рио-де-Жанейро, замгендиректора госкорпорации «Ростех» Дмитрий Шугаев в интервью «Газете.Ru» рассказал о технологическом альянсе с Бразилией, причинах испорченной репутации российских вертолетов в Африке и внедрении системы распознавания лиц на Олимпиадах и чемпионатах по футболу.

— Две недели назад в ЮАР прошел саммит БРИКС, где говорилось о развитии технологического партнерства между странами-участниками. Какие возможности такого партнерства видят в «Ростехе»?

— Мы придаем приоритетное значение работе с партнерами России в рамках этого клуба стран. В первую очередь эта работа касается «Вертолетов России», которые активно развивают проекты не только поставки туда готовой техники, но и осуществляют полный цикл работ по обеспечению ее бесперебойной эксплуатации. Так, сейчас компанией совместно с «Рособоронэкспортом» уже создаются сети сервисно-технических центров в Индии, ЮАР, Бразилии, Китае, ведется активное сотрудничество с местными индустриальными лидерами, подобными Odebrecht (Бразилия) и Denel (Южная Африка). Кстати, эти холдинги сотрудничают и между собой по линии «дочки» Odebrecht — компании Mectron.

Похожая работа развивается и по линии наших автопроизводителей, в частности «КамАЗ» имеет широкое присутствие в Индии, а бразильской Marcopolo развернуто производство автобусов в России. На LAAD (Латиноамериканской выставке и конференции по авиакосмическим и оборонным технологиям. — «Газета.Ru») представители «КамАЗа» обсуждают перспективы организации сборочных производств своей продукции с рядом штатов Бразилии.

Возвращаясь к вертолетной тематике, отмечу, что сам факт открытия сервисного центра в Йоханнесбурге, состоявшегося в рамках саммита БРИКС в ЮАР, — это ярчайший пример совместной работы с одним из партнеров по этой организации. Тем более что речь идет не только об обслуживании вертолетов из ЮАР, но и из всех стран Африки южнее Сахары — к примеру, из Мозамбика. Техника, которая в изобилии присутствует на юге континента, получит возможность ремонтироваться уже на месте. Не так, как это раньше было, когда вертолеты приходилось доставлять на ремонт в Россию, что приводило к удорожанию работ, или когда ремонт техники проводили нелицензированные компании – такое тоже бывало, причем поставки запчастей могли осуществляться из третьих стран, что, конечно, оказывало самое негативное воздействие на качество и безопасность техники и, как следствие, на ее репутацию. Мы этот путь будем продолжать, будем развивать сегмент сервисного обслуживания.

Кроме того, подписанный «Ростехом» с Odebrecht меморандум предполагает и передачу технологий. Это говорит о начале более глубокого взаимодействия – уже не только по сервисному обслуживанию техники, но и в перспективе по локализации производства тех или иных компонентов, систем и, возможно, самих вертолетов. Степень этой локализации еще будем уточнять.

— Какие еще совместные проекты возможны с Odebrecht?

— На второй день выставки LAAD-2013 в Рио-де-Жанейро мы провели переговоры с Odebrecht и, например, обсуждали вопросы сотрудничества в сферах, которые относятся к интересам нашего холдинга «Российская электроника». Бразильская компания заинтересована в наших технологиях. Учитывая, что «Росэлектроника» производит широкий спектр высокотехнологичной продукции, начиная от электронной компонентной базы и заканчивая автоматизированными системами управления, вариантов сотрудничества много. Не исключаем и перспективу совместной разработки и производства нового продукта.

Есть возможность по взаимодействию в энергетической сфере. Есть серьезные намерения, скажу пока так. У Odebrecht, как и у «Ростеха», много разнопрофильных активов, в том числе в сфере энергетики и нефте-газодобычи. Наш холдинг «Объединенная двигателестроительная корпорация» мог бы участвовать в различных проектах Odebrecht в части поставок или даже совместных программах по газоперекачивающему оборудованию, по газотурбинным генераторам. Мы в этом направлении можем сделать весьма конкурентоспособные предложения.

В рамках БРИКС мы готовы не только к двусторонним, но и многосторонним партнерствам. Это возможности создания по линии той же «Росэлектроники», например, предприятий, которые будут делать совместный продукт для продвижения в третьи страны – как внутри БРИКС, так и, скажем, здесь, в Латиноамериканском регионе.

— Бразильские и российские банковские институты сейчас не обеспечивают достаточно низкие ставки финансирования. Возможно, в рамках БРИКС обсуждается какой-либо новый вариант финансирования совместных проектов? Через банк БРИКС, например.

— Это вопрос компетенции высшего руководства. В любом случае в рамках БРИКС должны быть выработаны в том числе и финансовые механизмы. Иначе будет очень трудно осуществлять взаимодействие. Отмечу, что на саммите этой организации в Дурбане принято решение о формировании состава делового совета БРИКС, который сможет оказывать воздействие на ход проработки этого и иных вопросов. Кстати, от России в него включен и генеральный директор «Ростеха» Сергей Чемезов.

— Технологический альянс, который Россия планирует выстраивать с Бразилией, будет опираться в первую очередь на военно-техническое сотрудничество или все-таки на гражданскую продукцию?

— Развитие ВПК вообще исторически было двигателем гражданских технологий. Можно привести тысячи примеров, как из военных проектов рождались гражданские изобретения, начиная от алюминиевых кастрюль и заканчивая интернетом.

Сначала высокотехнологичный продукт создается в интересах военных, потом зачастую он находит свое применение в гражданских сферах. Так что думаю, мы не должны здесь производить какой-то водораздел, потому что ВТС обязательно так или иначе привлекает или рождает проекты гражданские.

Например, предложение от «Росэлектроники» по «Безопасному городу» — комплексное решение для защиты объектов инфраструктуры, в котором применяется и военная составляющая. Система может быть задействована во время чемпионата мира по футболу и Олимпиады в Бразилии, и в ней будут задействованы абсолютно все силы и средства заказчика.

— А от уличной преступности спасет?

— Может существенно ее уменьшить. Например, одна из примечательных технологий в «Безопасном городе» (то, что мы предлагаем бразильским коллегам) — система распознавания лиц в местах массового скопления людей: на центральных улицах, на стадионах, в общественном транспорте. В России такие системы уже внедряются, мы ведь тоже готовимся к Олимпиаде. Они существенно облегчают работу специальных служб. По «Безопасному городу» у нас достаточно жесткая конкуренция – и EADS, и Thales, и IBM, и другие…. Но мы в системах безопасности как минимум не хуже, а по некоторым направлениям и лучше коллег-конкурентов. Традиционно соотношение цена/качество – одно из главных наших преимуществ.

— Мы постоянно сейчас говорим о передаче технологий. Не опасно их отдавать?

— Речь не идет о чувствительных вещах, которые имеют отношение к национальной безопасности или могут потенциально нанести ущерб. Кроме того, ведь прогресс не стоит на месте. Если вариться в собственном соку, в итоге с этими технологиями и останешься. Да и понятие «новая технология» довольно условное: сегодня новая, а через год уже просто технология. И потому мы ставим перед собой задачу заниматься с нашими партнерами совместными разработками, объединять наш опыт, чтобы создавать и совместно продвигать инновационный конкурентоспособный продукт. И примеров тому у «Ростеха» уже много.