Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Момент истины: дело ТоАЗа предстоит решать Верховному суду

Чем грозят интриги вокруг «Тольяттиазота»

Представители «Тольяттиазота» готовят кассационную жалобу на решение Самарского областного суда, утвердившего итог предыдущего процесса, согласно которому бывшие руководители «Тольяттиазота» Владимир Махлай, его сын Сергей и экс-гендиректор предприятия Евгений Королев получили 8-9 лет колоний общего режима.

Верховному суду РФ в ближайшее время, вероятно, предстоит заслушать касационную жалобу, которую готовят представители «Тольяттиазота», недовольные решением Самарского областного суда, оставившего в силе постановление Комсомольского районного суда, датированного июлем 2019 года, по длившемуся семь лет уголовному делу.

По его результатам, бывшие руководители «Тольяттиазота» Владимир Махлай, его сын Сергей и экс-гендиректор предприятия Евгений Королев получили 8-9 лет колоний общего режима. Кроме того, по итогам заочного суда были признаны виновными контрагенты ТоАЗа — два иностранных предпринимателя.

Так, по версии следствия, топ-менеджеры предприятия похищали аммиак и карбамид под видом продажи продукции завода своим иностранным контрагентам по заниженным ценам, а те, в свою очередь, реализовывали ее по рыночным.

Всю похищенную продукцию следствие оценило в 84,1 млрд руб., при этом, как подчеркивают представители осужденных, по неизвестным причинам, не приняв во внимание факт поступления оплаты данной продукции от компании Nitrochem в адрес ТОАЗа на сумму более 65,5 млрд руб.

Основным оппонентом бывших руководителей «Тольяттиазота» является «Уралхим». Так видят ситуацию в ТоАЗе.

Вот уже почти 10 лет «Тольяттиазот», крупнейший независимый производитель аммиака в стране, пытаются взять под контроль. «Уралхим» — миноритарный акционер ТоАЗа, ему принадлежит 9,9% акций. Все это десятилетие сопровождалось судами, исками и уголовным делами.

Однако, в последние месяцы как будто что-то поменялось. Оппоненты Дмитрия Мазепина говорят, что на его стороне появилась некая влиятельная сила, пока все еще предпочитающая оставаться в тени. Они же продолжают настаивать на том, что решение Комсомольского районного суда спорное, и надеются, в частности, на повторное проведение экономической экспертизы Минюстом.

Характерно при этом, что у самого «Уралхима» дела идут не сильно успешно.

Компания показала в 2018 году убыток 34,1 млрд руб. А вот чистая прибыль «Тольяттиазота» составила 7,1 млрд рублей.

На начало 2019 года долг «Уралхима» составлял $4,4 млрд. Соотношение же долг/EBITDA составляло 7,47, в то время как среднее значение этого показателя по отрасли химических удобрений – 1,59, указывали «Ведомости».

Ближайшие планы «Уралхима» Дмитрий Мазепин сформулировал следующим образом: технологическое совершенствование производства, расширение рынков сбыта и оптимизация логистики, разработка новых продуктов и платформенных решений, не связанных напрямую с производством удобрений, в т. ч. проекты по цифровизации в отрасли сельского хозяйства.

Куда более конкретно описывает свои перспективы ТоАЗ: рост выпуска продукции (в т.ч. аммиака примерно на 40% до 4,15 млн тонн в год, карбамида – более чем в 2,5 раза, до 2,53 млн тонн в год) и увеличение EBITDA в 3,3 раза.

Между тем за последние дни, когда рубль стал стремительно падать, ТоАЗа стал еще более привлекательным: ведь две трети его выручки идут от экспортных контрактов, в то время как тот же «Уралхим» реализует половину своей продукции внутри страны.

Оппоненты Мазепина предполагают, что денег у закредитованного «Уралхима» на предложение адекватной цены нынешним владельцам ТоАЗа, скорее всего, нет. Именно поэтому помощь неожиданно объявившегося и все еще остающегося в тени крупного игрока — да еще и, судя по всему, с крупным админресурсом — может оказаться как никогда кстати.

Кассацию сторона «Тольяттиазота» подает еще и потому, что, по ее мнению, под формальной маской соблюдения прав миноритарных акционеров активность представителей «Уралхима» в судах год от года дестабилизирует работу посредством инспирирования разного рода проверок и инспекций, вмешиваясь в технологический цикл производства. По сути, настаивают в ТоАЗе, ставя таким образом предприятие на грань экологической катастрофы.

Будет ли это продолжаться, в конечном счете решит Верховный суд.