Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Второй расцвет «Аль-Каиды»

Как «Аль-Каида» может отвоевать у «Исламского государства» титул главной террористической организации мира

Александр Атасунцев 09.10.2016, 22:23

На этой неделе европейские спецслужбы предупредили об угрозе новой волны терактов в Европе. Причем удар ожидается не от «Исламского государства» (ИГ), а от главного конкурента этой террористической организации, «Аль-Каиды». О ней уже стали забывать на фоне борьбы с ИГ. Однако, пока «халифат» ИГ теснят в Сирии и Ираке, «Аль-Каида» копит силы и может попытаться вернуть статус самой опасной террористической организации в мире.

Об угрозе терактов британской The Times рассказал министр обороны Великобритании Майкл Фэллон. «Аль-Каида» до сих пор жива и действует в Афганистане, Сирии, Йемене и других странах», — заявил британский министр. Фэллон также отметил, что в 2011 году, когда был убит основатель «Аль-Каиды» Усама бен Ладен, организация не была окончательно побеждена. Даже наоборот — в тени войны с ИГ «Аль-Каида» набиралась сил (обе организации запрещены в РФ). По словам Фэллона, «Аль-Каида» сегодня несет «прямую угрозу» Европе.

Новость о возможной активизации «Аль-Каиды» в ЕС особенно актуальна в свете последних событий. За последние полгода ИГ не смогла завоевать (или отбить у неприятеля) ни одного населенного пункта на всей протяженности своего террористического «халифата».

Еще в августе правительственные войска Ирака полностью освободили от боевиков район Кайяра, а ближе к концу осени должна начаться решающая фаза штурма Мосула. В то же время на сирийском фронте антитеррористическая коалиция вместе с Турцией пытается договориться о начале штурма Ракки — «столицы» ИГ. В конце сентября президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган обратился к США с призывом начать совместную атаку сирийского города.

С уверенностью говорить о том, что обе операции непременно состоятся этой осенью, нельзя. И той, и другой могут помешать турецкие амбиции. Пока единственная причина, по которой не начинается штурм Ракки, — нежелание США отказываться от поддержки курдов, главных региональных врагов Анкары. Эрдоган считает курдский сепаратизм одной из главных угроз для турецкой государственности.

С Ираком ситуация аналогичная: Турция обеспокоена деятельностью Иракского Курдистана, который теснит ИГ на своих фронтах, повышая влияние в регионе. 5 октября Турция продлила мандат на военное присутствие в Ираке, чем вызвала крайнее недовольство Багдада.

При этом обстановка подогревается еще и участием внешних игроков вроде России и США. Отношения между этими государствами стали ухудшаться после провальной попытки установить в Сирии мир. О нем объявили 12 сентября. Но перемирие длилось лишь несколько дней. В военных провокациях Вашингтон и Москва обвиняют друг друга, утверждая, что противоположная сторона подбивает местных боевиков на военные преступления.

3 октября Вашингтон прервал двусторонние контакты с Москвой по урегулированию ситуации в Сирии. «США и России больше нечего обсуждать с точки зрения соглашения по Сирии. Это трагично для сирийского народа», — заявил тогда пресс-секретарь президента США Джош Эрнест. В МИД России обвинили американских коллег в стремлении «добиться вожделенной смены власти в Дамаске».

Тем не менее и в России, и в США не сомневаются, что Мосул и Ракка будут очищены от ИГ. Захват столиц «халифата» вызовет немало идеологических вопросов к руководству ИГ. Оно убеждало последователей, что настоящий праведный «халифат» невозможно победить.

ИГ уже начало распространять в интернете видеоролики и тексты с объяснением, что делать в случае военного поражения.

Как говорят опрошенные «Газетой.Ru» эксперты, разрушением «халифата» ИГ война с террористами не закончится: просто откроется новая глава. Именно тогда «Аль-Каида», в начале 2010-х проигравшая политическую борьбу с ИГ, попытается взять реванш.

«Если посмотреть на теракты от имени ИГ в США и на территории Западной Европы, все они были проведены во имя «халифата». Хотя мы прекрасно понимаем, что далеко не все смертники были связаны с эмиссарами ИГ, — рассказывает директор программ Европейского центра стратегических исследований и безопасности (ESISC) Евгения Гвоздева. — ИГ создало бренд. Берешь бренд, провозглашаешь себя воином «халифата» и идешь убивать «неверных». Ни один террорист за последние несколько лет не сделал ничего подобного во имя «Аль-Каиды».

«Аль-Каида» сейчас не у дел. Ее боевики давно плавно перетекли в ИГ. Но проблема заключается не в этом, — считает директор Института евразийских исследований Цви Маген, 17 лет работавший в военной разведке Израиля.

— Так или иначе, сейчас ИГ терпит поражения. Его конец неизбежен. Однако когда с ИГ будет покончено, его боевики никуда не денутся. Исламская радикальная молодежь продолжит искать себе применение».

Отцы и дети

Чтобы ответить на вопрос, стоит ли ожидать очередной ротации террористов после падения «халифата», необходимо вспомнить несколько ключевых фактов из истории образования ИГ.

Предтечей «халифата» является ИГИ — «Исламское государство Ирак», которое в то время еще было местным боевым крылом «Аль-Каиды». Но в 2010 году, за год до операции «Копье Нептуна», которая закончилась убийством бен Ладена, и последовавшего за ней вывода американских войск из Ирака, два руководителя ИГИ, Абу Айюб аль-Масри и Абу Умар аль-Багдади, были убиты американскими авиаударами.

Новым лидером ИГИ стал Абу Бакр аль-Багдади — нынешний лидер «Исламского государства». Человек, который за четыре года создал самую могущественную армию террористов на Ближнем Востоке. Он же в 2011 году создал организацию, которая сегодня называется «Фронт ан-Нусра» — в то время сирийское крыло ИГИ.

В 2013 году Багдади переименовал свою группировку в «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ) и стал действовать как полностью автономный лидер. Этим он вызвал возмущение «Аль-Каиды». Началась междоусобная война между двумя организациями: материнской и дочерней. В начале 2014 года «Аль-Каида» официально отреклась от организации аль-Багдади.

В Ираке ИГИЛ воспользовалось ситуацией, сложившейся после ухода американцев. Суннитские районы восстали против политики шиитского руководства. И когда прошла весть о том, что ИГИЛ из Сирии возвращается обратно в Ирак, все спящие радикальные ячейки вышли из подполья.

«Существует принципиальная разница в подборе кадров между ИГ и «Аль-Каидой», — рассказывает Гвоздева. — «Аль-Каида» была терроризмом для интеллектуалов. Люди шли туда по глубокому убеждению. Это были фанатики с серьезной подготовкой. ИГ же предоставило гораздо более простую модель присяги, для которой почти ничего не требовалось. И именно из-за упрощенной идеологии им удалось привлечь огромное количество сторонников».

К лету 2014 года ИГИЛ удалось сплотить вокруг себя многотысячную армию, захватить иракский город-миллионник Мосул и провозгласить здесь же «халифат», шокировав этим весь мир. С этого момента началась современная история ИГИЛ, которое по мере разрастания отбросило «Ирак и Левант» из названия, назвавшись просто «Исламским государством».

Сегодня, когда исследователи предрекают ИГ конец, часть из них не исключает возможный отток боевиков обратно в «Аль-Каиду». И эти боевики с многолетним военным опытом могут стать базой для возрождения организации.

Выбирая знамя

«Исчезает одна организация — появляется другая. То же ИГ сменило в свое время «Аль-Каиду». Так же «Аль-Каида» может прийти обратно на смену ИГ. Проблема не в существовании организации, а в существовании этой идеологии международного терроризма, этой темной энергии», — говорит Маген.

По его словам, если «Аль-Каида» будет не в состоянии вернуть себе последователей и былое влияние, на смену придут новые группировки, так как после падения ИГ «останется вакуум».

Центр ESISC, по словам Евгении Гвоздевой, пока не зафиксировал обратный отток боевиков в «Аль-Каиду».

«Для меня обратная ситуация возможна только в единственном случае: если с «Аль-Каидой» сегодня произойдет то же, что и произошло с ИГ. В ИГ пришел лидер с мощной командой, — рассуждает собеседница «Газеты.Ru». — Возникший конфликт в Сирии позволил создать зону международного джихада и открыл широкие возможности для рекрутинга новых боевиков со всего мира».

По мнению эксперта, у британской разведки могла появиться информация о готовящейся смене руководства «Аль-Каиды», и на этом основании спецслужбы могли предположить активизацию этой организации.

После убийства бен Ладена «Аль-Каиду» возглавил египетский врач Айман аз-Завахири. Однако этот человек, долгое время находившийся в тени бен Ладена, оказался не в состоянии сохранить международное влияние «Аль-Каиды». Сейчас организация не пытается соперничать с ИГ на западном направлении и концентрирует свою деятельность в основном на Ближнем Востоке и в Африке.

«Аль-Каида» как международная террористическая организация не существует давно. Да, у нее есть ряд подконтрольных «зонтичных организаций», которые довольно эффективны. Но действуют они в основном на Аравийском полуострове и в Африке», — говорит Гвоздева. По мнению эксперта, успех этих организаций обусловлен только местными лидерами. «Аль-Каида» не в состоянии предложить этим лидерам идею, которая могла бы их сплотить.

Наследником ИГ еще несколько месяцев назад считался сирийский «Фронт ан-Нусра», связанный с «Аль-Каидой», но достаточно самостоятельный и агрессивный, чтобы перехватить инициативу. Однако в августе этого года его руководители заявили о прекращении террористической деятельности и переименовались в «Джебхат Фатх аш-Шам». Сделано это было ради конкретной политической цели: присоединиться к легальному мирному процессу в Сирии и впоследствии претендовать на вхождение в правительство страны.

«Падение ИГ в Ираке и в Сирии не будет окончательным концом ИГ. Но это обернется огромным оттоком членов ИГ в страны их происхождения. Туда они вернутся и с очень серьезной идеологической подготовкой, и с опытом боевых действий. Об этом как раз говорят разведка и аналитика», — подводит итог Гвоздева.

Эту же мысль подтвердил 27 сентября и директор ФБР Джеймс Коми, выступая перед сенаторами. По его словам, успехи коалиции против ИГ приведут к тому, что сотни террористов рассредоточатся по всему миру и в ближайшие пять лет на Западе появится «террористическая диаспора» невиданного ранее масштаба. Для западных спецслужб, вероятно, удобнее, чтобы эта диаспора действовала под одним знаменем.