Пенсионный советник

«Мы для ТНТ — подразделение особо важных операций»

Семен Слепаков о Comedy Club

Игорь Карев 26.11.2015, 09:03
Продюсер, сценарист и резидент Comedy Club Семен Слепаков Антон Новодережкин/ТАСС
Продюсер, сценарист и резидент Comedy Club Семен Слепаков

Продюсер, сценарист и резидент Comedy Club Семен Слепаков рассказал «Газете.Ru» о том, что КВН делает для телевидения, как превратить команду в индустрию, о приходе кавээнщиков на ТНТ, пошлости и национальном вопросе, а также о сериале «Озабоченные».

«КВН — это беззаботная, живая, очень настоящая штука»

— Что такое Comedy Club?

— Сейчас это большой продакшен, который сложился как результат перемен, которые произошли за последние пять-семь лет. А когда-то Comedy Club был просто студией, которая выпускала еженедельное шоу для телеканала ТНТ под одноименным названием. Потом началась «Наша Russia» — уже после моего прихода туда, пришел Слава Дусмухаметов (Вячеслав Дусмухаметов, участник команды КВН «Уездный город». — «Газета.Ru»), появились сериалы — «Универ», «Интерны». Начало выходить, например, такое шоу, как «ТАНЦЫ», которое не комедийное, а развлекательное. И сейчас то, что выходит под плашкой Comedy Club, не обязательно должно быть смешным, легким и угарным. В проектах у нас есть и драмы. Comedy Club Production — это просто название.

— Но все равно это название настраивает зрителя на определенный лад?

— Это безусловно.

— То есть вы прошли путь от КВН до формирования узнаваемого бренда. Как осуществлялся этот переход?

— Все происходит постепенно и как-то бессознательно, как взросление ребенка: сначала ты начинаешь читать, потом писать некрасивыми буквами. КВН — это очень классная штука. Беззаботная, живая, очень настоящая. Но это бег на короткие дистанции. Ты должен всегда находиться в определенных рамках, выполнять какие-то задачи, и они все короткие, самый длинный конкурс — это 10 минут. Он заканчивается, и ты думаешь, что еще можно сделать, чтобы удивить поклонников. Телевидение — это все-таки попытка создать свой мир, сделать что-то свое. И когда мы все вырастаем из КВН, хочется нам этого или нет, но приходится включать мозг и говорить людям что-то свое. Мы же уже здоровые лбы. Как бы надо.

«Это не одна команда, а огромная индустрия»

— Знаменитых команд в КВН было много, но подняться на уровень именно производства шоу-программ удалось единицам. «Джентльмен-шоу», например. Почему так?

— «Джентльмен-шоу» — это был самый первый проект, первый опыт. И на том уровне, в то время это было классно. Но потом были программы, которые делали замечательные Татьяна Лазарева и Михаил Шац. Именно ребята из «ОСП-студии» были кавээнщиками-первопроходцами на ТВ. Если помните, они и ситком сделали очень крутой — «33 квадратных метра».

— В чем Comedy Club пошел дальше той же «ОСП-студии»?

— Ни «ОСП», ни «Джентльмены» никогда не занимались массовым производством. Они, по сути, масштабировали свою кавээнскую команду до размеров автономных программ. А Comedy Club формировался не по принципу команды КВН, а по другим критериям. Там собрана куча народу, артистов, авторов, которые находятся за кулисами. Это не одна команда, а огромная индустрия.

— И это означает переход на другой уровень?

— Конечно. Иначе не выживешь. Тем более что сейчас очень жесткая конкуренция — между теми же самыми кавээнщиками, которые повзрослели, встали во главе каналов, производят кино. Проанализировать, хорошо или плохо то, что всем этим сейчас занимаются в основном кавээнщики, я не могу. Просто это вот так.

— А почему «старые» кавээнщики не смогли создать нечто подобное Comedy Club?

— Я думаю, потому что был всеобщий, дикий кризис — не только финансовый. Сдохло все, что было раньше. Мне рассказывали, что чемпионы КВН ходили, мыкались, просили хоть какие-то деньги на проекты. Не давали. И вдруг, году в 2004-м или в 2005-м, лед тронулся. Получился сериальчик, потом другой, «Моя прекрасная няня», «Не родись красивой». Ну и пошло дело. Начало рождаться что-то новое. Кавээнщиков стали привлекать как авторов диалогов, сценариев. Массовый приход на телевидение участников КВН начался где-то с 2005 года. Вот я, например, в телевизионном раскладе оказался в 2006-м.

— Сейчас КВН по-прежнему остается кузницей кадров?

— На самом деле и брать-то больше негде. Есть ВГИК, который выпускает режиссеров. Про актеров не говорим, мы туда практически не лезем. А где нам взять сценаристов? У нас и школы никакой нет. Да, нам нужны люди, которые будут писать сценарии, которые будут с нами одинаково мыслить. И получается, что эти люди — из КВН.

— Почему все же КВН?

— Он тренирует и дисциплинирует. Там тебе объясняют, что смешно, что не смешно, какое-то элементарное чувство вкуса прививают. И учат работать в жестких временных рамках, а это очень важно. Ты должен подготовиться к игре, должен научиться побеждать. Если ты пройдешь через эту школу, то справишься, мне кажется, и на телевидении. Тем людям, которые школу КВН не проходили, сложно объяснить, что такое не спать несколько ночей, чтобы что-то сделать, а кавээнщики делают это абсолютно спокойно. Мы же были командой, это командная игра. А телеиндустрию, конечно, делают в команде.

— То есть сначала все пришли в КВН, потренировались там, а потом пошли на телевидение?

— Получается так. Но сейчас новая тенденция вырисовывается. В интернете есть талантливые ребята, которые сами как-то произрастают, начинают делать, например, какой-то видеоблог, постить смешные картинки. И вот они уже тоже самостоятельные и интересные, с ними можно сотрудничать. Я думаю, что их будет все больше и больше.

«Морские котики» для ТНТ

— Вы работаете в основном для ТНТ?

— Только лишь. По сути, мы и есть ТНТ. Канал купил в свое время Comedy Club Production, и мы являемся его подразделением. Вот в американской армии есть «морские котики». А мы примерно так — для ТНТ, подразделение особо важных операций.

— А особо важные — это развлекательные.

— Ну да. Чтобы люди посмеялись. Ведь ТНТ на другой уровень вывел именно Comedy Club, и это не подлежит никакому сомнению. Появилась программа, ради которой все стали смотреть канал. Это был эксклюзив, то, чего не было у других.

— Можно сказать, что на вас отработали прием по привлечению аудитории?

— Они не отрабатывали никаких приемов. Роман Петренко, который тогда был директором ТНТ, и продюсер Александр Дулерайн сделали то, чего до них никто не делал. Они нас выслушали, смогли понять, что мы хотим, и дали нам свободу действий. Есть прекрасная фраза: я не разделяю ваших убеждений, но готов отдать свою жизнь за ваше право их свободно высказывать. Это про Петренко. Ему не нравилась «Наша Russia», он считал, что это слишком жестко. Но разрешил делать. Потому что понимал и доверял. Такая же точно ситуация была и с «Реальными пацанами».

«Все ходят с пистолетами и все время стреляют»

— Тем не менее Comedy Club регулярно обвиняют в пошлости.

— Правильно делают.

— Это сознательный прием? Или все-таки…

— Постоянно идет дискуссия, что такое пошлость. Для меня шутка про сиськи или про жопу — это не пошлость, если шутка смешная. Так сложилось, что у людей есть и то, и другое. Но надо стараться не шутить об этом через раз, потому что просто приедается, и надо, чтобы эти шутки были смешными, а не противными. Для меня пошлость — это когда шутки противные, когда они набили оскомину. Когда испытываешь такое, знаете, легкое чувство неловкости. Вот это пошлость. И она, между прочим, совсем не обязательно бывает про вышеупомянутые округлости. А то, что нас обвиняют, так это прекрасно, значит, смотрят. Я, например, считаю, что Гарик Мартиросян очень круто фильтрует спорные моменты, при этом иногда позволяет какую-то жесть показать.

Конечно, сейчас пошлостей, жестких шуток стало намного меньше, чем в 2005 году. Тогда была эйфория, в КВН все ходили белые и пушистые, а тут разрешили говорить все что угодно. И законов еще не было про нецензурщину. Как Дикий Запад: все ходят с пистолетами и все время стреляют.

— А сейчас, с появлением соответствующих законов, стало проще или сложнее?

— Нормально стало. На самом деле этот закон действует более или менее гибко: до девяти нельзя одно, до одиннадцати — другое.

— Но еще до всех этих законов «Наша Russia» едва не вызвала межгосударственный конфликт с Таджикистаном…

— Это был очень досадный момент. Мы не ожидали такой реакции, и я очень переживал. На самом деле в нашем «Камеди Клабе» кого только нет: русские, украинцы, армяне, азербайджанцы, грузины, евреи, таджики, казахи и тд. И все обожают друг друга. О каком национализме вообще может идти речь?! Мы вообще не хотели говорить, откуда Ровшан и Джамшут, просто откуда-то из Средней Азии. Но брякнули случайно «Душанбе» или «Таджикистан» и не вырезали. Было очень неловко, что кого-то обидели.

— Оргвыводы были какие-либо после этого случая?

— Мы просто стали внимательнее ко всем штукам относиться, чтобы никого не обидеть в следующий раз. Сейчас у нас есть несколько уровней, можно сказать, цензуры, и первый — это самоцензура, ведь мы и сами что-то понимаем.

— А как вы относитесь к цензуре в целом?

— По-разному. Бывают перегибы. Когда я читаю, что закрыли сообщество MDK «ВКонтакте», мне становится грустно. Там есть отвратительные шутки, но есть и очень смешные. Да и не в этом дело, а в том, что нельзя лишать людей возможности свободно высказываться. Взять вот весь этот шум, который вокруг Charlie Hebdo поднялся: да, то, что они делают, очень спорно и провокативно, и лично мне не смешно. Но можно ли это запрещать? И если можно, где потом будет грань? Она же субъективна, можно начать что-то запрещать и уже не остановиться. Такое бывало.

— И как сделать так, чтобы угодить всем?

— Готовых рецептов у меня нет. Мы привыкли, что интернет был таким местом, где можно было высказываться, обсуждать. Но он тогда был не массовый, а сейчас уже массовый и дети там сидят. Я не знаю, честно. Мне кажется, что мы с вами сейчас не решим этот вопрос.

«Хлебников показывает людей похожими на людей»

— Один из ваших последних проектов на ТНТ — комедийный сериал «Озабоченные, или Любовь зла». Проект необычный и для канала, и для Comedy Club. Почему вы взялись его делать и почему позвали именно Бориса Хлебникова?

— На самом деле мне интересно было сделать проект про девушек. Но не прилизанный и глянцевый, а по мотивам настоящей, реальной жизни и чтобы героиням было по 25–27 лет. Это такой возраст, когда ты находишься в пограничном состоянии, он мне почему-то кажется интересным. Еще совпало с тем, что как раз появилась Ирина Денежкина (писатель, соавтор сценария. — «Газета.Ru»), и все закрутилось. А Боря — он с документальным уклоном, любит подсматривать за людьми, трогательно их показывать. С одной стороны, его герои смешные, а с другой — немножко жалкие. Он показывает людей похожими на людей.

— А «Озабочненные» могут заменить, например,«Интернов»?

— Нет, конечно, нет. Я считаю, что проекты нельзя между собой сравнивать, но «Интерны» — все-таки народная комедия в чистом виде, больше мужская, а аудитория «Озабоченных», как мне кажется, более выборочная.

— Что будет после «Озабоченных»?

— Сейчас пишу сериал «Домашний арест».

— Про политику?

— Политика тоже будет, локального масштаба, но скорее про жизнь, про человеческие отношения. Это история про мэра маленького, провинциального городка, который попал под домашний арест. Я же из Пятигорска, мне всегда про провинцию что-нибудь хотелось сделать.

«Озабоченные, или Любовь зла», с понедельника по четверг в 20.30 на ТНТ