Назад, в деревню

Состоялся 10-й фестиваль ландшафтной архитектуры «Ахрстояние»

__is_photorep_included7666417: 1
10-й фестиваль ландшафтных объектов «Архстояние» завершился. Оставшись без финансирования, он перебрался из парка «Никола-Ленивец» в ближайшую деревню Звизжи и обратился за помощью к местным жителям, которые и стали главными героями фестиваля.

В этом году юбилейное «Архстояние» обошлось без зарубежного куратора, лекций по урбанистике и специально выписанных по такому случаю звезд от искусства. Потеряв своего главного спонсора — компанию «Архполис», оно вновь обрело художника Николая Полисского, московского митька, идеолога и организатора первых «Архстояний», который в последние годы подчеркнуто дистанцировался от фестиваля, отравленного идеями креативного досуга.

С конца 1980-х, когда Полисский и архитектор Василий Щетинин с единомышленниками облюбовали деревню Никола-Ленивец в Калужской области, творческая артель вокруг нее только разрасталась. Постепенно к Полисскому стягивались местные жители. Разбросанные по территории объекты множились год от года. На смену шутовской армии из двух сотен снеговиков на берегу реки Угры, с которых в 2000-х началось «Архстояние», пришли более долговечные зиккураты, арки и ротонды.

Нынешний переезд в Звизжи стал своего рода антикризисной мерой.

То, что жанр околокультурных гуляний, перенесенный из Парка Горького в калужскую деревню, исчерпал себя, стало очевидно еще год назад. К 2014 году фестиваль уверенно превратился в сельский филиал «Пикника «Афиши» с хипстерскими забавами, уличной едой, бесплатным вай-фаем и коттеджами.

Вписанные в ландшафт объекты просто затерялись на фоне разросшейся туристической инфраструктуры, став декоративным приложением к ней.

Звизжи — традиционная угасающая русская деревня с населением 200 человек: три улицы, пара магазинов, по выходным дискотека в местном ДК. Теперь посреди картофельного поля, высаженного, правда, накануне фестиваля, торчит гигантская колонна, которую выстроили архитекторы Сергей Чобан и Агния Стерлигова. Она одновременно играет роль въездного знака и музея деревенского быта, экспонатами в котором служат коромысла, лопаты и уздечки для лошадей. Этот символический архив стал первым экспонатом, превращающим деревню из литературной страшилки о вымирающем селе в место памяти.

Фестиваль изначально задумывался как альтруистская педагогическая авантюра Полисского, который позвал местных мужиков в соавторы, свозил их на Венецианскую биеннале и обеспечил работой.

Поскольку сегодня среди наследия прошлых «Архстояний» уже толком ничего не отстроишь, работа с местным населением вновь стала его визитной карточкой. Скульптурный ансамбль под открытым небом, каким «Архстояние» было когда-то, критично близок к состоянию свалки ландшафтных объектов. Отсюда и потребность в работе с новым местным сообществом, а не со столичными туристами. Игра в «русское бедное» наконец приняла формы серьезной культурной работы.

Распрощавшись со спонсорами, Полисский вернулся на «Архстояние» с объектом «Сельпо», средства на который собирали всем миром — через краудфандинг. Сооружение представляет собой выстроенный поверх заброшенного здания магазина металлический каркас с нанизанными на него деревяшками. Неприглядные бетонные стены в результате оказались спрятаны под деревянные блоки. Каждый брусок в обновленном пространстве можно трогать и передвигать, а внутри разместилась работа «Полихорд (Гусли-самогуды)» Олега Макарова — натянутые вдоль стен струны.

Кроме того, архитектор Алексей Козырь превратил остановку при въезде в деревню, которая традиционно притягивала к себе местную молодежь, в «Бельведер Звизжский», а бюро ARCHPOINT возвело поверх входа в ДК арку-«ракушку». На нее ушло около 12 т доски.

Все это уже не напоминает то абстрактное украшательство в угоду туристам, которым славился фестиваль в последние годы. Впрочем, чтобы не растерять и их тоже, «Архстоянию» пришлось разбавить свою программу музыкальной составляющей: знаменитая «Ротонда» Александра Бродского, стоящая посреди поля с подсолнухами, в этом году переквалифицировалась в сцену, на которой в ночь с 1 на 2 августа экспериментировали перформеры и музыканты-электронщики.