Пенсионный советник

К искусству - по очереди

Репортаж с «Ночи музеев» в Москве и Петербурге

Федор Московер, Анастасия Сырова 02.06.2012, 19:21
ИТАР-ТАСС

В российских городах прошла Ночь музеев - акция, в течении которой музеи, картинные галереи и некоторые другие учреждения работали до позднего вечера. Из Москвы и Петербурга - репортажи корреспондентов Газеты.Ru

Москва

Лицом московской акции «Ночь Музеев» стала лисица из видео Франсиса Алюса «Ночной Дозор». Художник запустил в лондонскую Национальную Портретную Галерею на ночь лису, музейные камеры слежения снимали ее беготню по залам. Вчерашние ночные зрители примерили на себя ее шкуру.

Комиссаром проекта 'Ночь в музее' в Москве выступило агентство marka:ff. Его основатель Федор Павлов-Андреевич сообщил, что на ночи ожидается до полумиллиона участников. Для сравнения — в прошлом 2011 году Ночь музеев в Москве посетили, по официальным данным, около 150 тысяч человек. Привыкли к массовым гуляниям за этот май. Вопрос транспорта и очередей стоял актуальнее некуда.

Организаторы постарались как могли решить оба. Городские власти организовали 4 автобусных маршрута. Горячая телефонная линия — дозвониться на которую было непросто — информировала о размерах очередей в том или ином музее. На эксперимент с предварительной регистрацией, которая позволяла получить билет без очереди, пошли несколько музеев — ММСИ, Музей Великой Отечественной войны, Музей Истории ГУЛАГа, а также галереи Шилова и Глазунова, к которым стояли такие же длинные хвосты, как к ГМИИ. Но самой длинной была очередь на фестиваль индийской культуры в Музей Востока: люди стояли вдоль всего Никитского бульвара.

В Музейной ночи принял участие Музей им. Пушкина, который ранее собирался отказаться от акции из-за больших расходов. В ГМИИ можно было посмотреть текущие выставки: «Воображаемый музей», открытую к 100-летнему юбилею, а также выставку по истории Музея за 100 лет и «Портреты коллекционеров». Отстоять огромные очереди в принципе имело смысл из экономии — в обычный день на каждую из 3 выставок, которые проходят в разных зданиях Пушкинского, билет стоит 400 р.

Третьяковка, помимо бесплатного входа на экспозиции, подготовила специальную программу – филиал на Крымском валу открыл спецпроект «Торжество Каиссы. Посвящение Марселю Дюшану», приуроченный к проведению в галерее матча за звание чемпиона мира по шахматам. В 1933 Дюшан сыграл на шахматной Олимпиаде в команде с чемпионом мира Александром Алехиным, и в память об этом на нынешней «Ночи» в Третьяковке прошел сеанс одновременной игры гроссмейстера Марии Манаковой с художниками.

Музей Москвы был практически единственным, кто специально подготовил масштабную уличную спецпрограмму. Во дворе Провиантских магазинов прошел Bochavarfest дизайнера Кати Бочавар, позиционирующий себя как «музей одной ночи». Александр Петлюра раскладывал на специально выстроенной крутящейся сцене из чемоданчика предметы своей коллекции, он рассказывал о фанатичной любви советского человека к заграничным полиэтиленовым пакетам с картинками. Около полуночи сюда пожаловал с инспекцией мэр Москвы Сергей Собянин.

На Винзаводе были, как обычно, толпы. Мнения посетителей разделились в основном на «я ничего не понимаю, но мне нравится» с одной стороны, и «зачем он так рисует» с другой. Это последнее мнение относилось к выставке художника Пахома «Без слов» в галерее М&Ю Гельман.

Большим упущением стало досрочное закрытие накануне Музейной ночи фестиваля рисованных историй «Коммиссия», традиционно привлекавший много самого разношерстного народа. Впрочем, информацию о нем к моменту проведения Ночи с сайта Винзавода не сняли.

От самого метро Курская дорога к Центру «Artplay» были разрисована стилизованными разноцветными лошадками. Народ шел плотной толпой и рассасывался в любую открытую дверь, будь то галерея, книжная лавка или кафе. Четкой уверенности, что посетить надо именно арт-пространства, а также понятия, что именно это такое, ни у кого не было. Тех, кто шел на Артплей целенаправленно, ждало разочарование: вместо обещанного дизайн-маркета RussianDesignSale была всего пара стендов с хенд-мейдом среди этажей итальянской керамики. Был и полюбившийся москвичам с нынешней Пасхи жанр «девки с яйцами», когда на фоне двухметровых расписных яиц фотографируются девушки. Среди яиц и рисованных коней стоял детский книжный автобус, из которого доносился недетский хип-хоп.

«Ночь в Artplay/ Новое русское» разочаровала публику отсутствием обещанного эксперимента по слиянию старых русских традиций – песен, хороводов, народных ремесел и «нового русского» искусства, кино, театра, моды и музыки. А именно этого слияния высокого искусства с низовой развлекухой и ждут от 'Музейной ночи', привлекающей ту аудиторию, которая обычно по музеям не ходит. В Питере удалось более творчески, чем в Москве, соединить культуру и развлечение.

Петербург

В Питере для Ночи Музеев традиционно выбирают тему. В прошлом году это был «Космос», и вектор ночных гуляний был посвящен юбилею полета Гагарина, Белке и Стрелке и прочим туманным далям. Тема этого года --«Городские тайны». «Петербургские тайны» — популярный мем, снят даже телесериал на эту тему. Однако, стоило бы вспомнить известную каждому жителю Петроградской стороны цитату, выбитую на мемориальной доске на доме Евгения Шварца на Малой Посадской: 'У нас такие тайны — обхохочешься'. И большие музеи Санкт-Петербурга сохраняют серьезность и в ночных гуляниях не участвуют. Пьяные толпы, атаковавшие Зимний Дворец во время первой ночи музеев, сотрудники Эрмитажа запомнили надолго.

За образ «таинственного Петербурга» взялись городские библиотеки. Флешмобы «А ты знаешь тайну Петроградского района?», прогулки «Кто вы, инженер Лось?» и похожие познавательные мероприятия в стиле «история с географией» приняли к себе самых юных, пенсионеров и просто ленивых, кому не хотелось шататься по ночному городу. А для активной части населения были организованы 6 автобусных маршрутов.

Ночь Музеев в Питере — платное развлечение. Билет на все мероприятия стоит 3оо рублей, по нему же пускают в автобусы. Контроль организован очень четко, ручные сканеры считывают уникальный штрих-код с билетной картонки. Таким образом можно учесть передвижения гуляющих масс и использовать это в организации следующей Музейной ночи. Отдать 3оо рублей за логистику--совсем недорого и, хотя Ночь Музеев частично лишается своего главного бонуса — бесплатности — все же лучше так, чем московские разброд и шатание.

Конечно, далеко не все музеи приняли участие. В Петропавловской крепости, где студенты института «ПроАрте» строили инсталляцию вместе со всеми желающими, многие гости искали выставки «Ужасы Петровского Петербурга» и «Орудия пыток Средневековья», которые ко всеобщему огорчению не принимали билетов музейной ночи. Зато работал Некрополь мастеров искусств в Александро-Невской Лавре.

Ни одни похороны на бывшем Тихвинском кладбище, на котором лежит вся петербургская культура XIX века, не собирали столько народу, как Музейная Ночь. Веселые толпы прогуливались между могилами акунинского персонажа Иакинфа Бачурина, Достоевского с Анной Григорьевной, Ивана Крылова и прочих гениев северной столицы. Стал популярен жанр «кладбищенского портрета»: многие девицы прижимались бледными щеками к могильным камням поближе к черепу Адама и фоткались. К сожалению, обещанные арфистки и романтические поэты не прятались за памятниками, а играли и читали в центральной беседке Некрополя. Водил экскурсии блестящий знаток истории и архитектуры Петербурга Юрий Пирютко, также известный как автор исследования о «голубом Петербурге» Серебряного века под псевдонимом Ротиков.

В соседнем с Некрополем Музеем городской скульптуры, где и работает Пирютко, всю ночь была открыта текущая выставка про собак, интересная большим количеством вещей Дмитрия Каминкера, заполнившего своими городскими скульптурами всю Европу; в Петербурге стоят только две его работы. А программа «параллельного кино» во дворе музея была организована донельзя просто: с двух кинопроекторов параллельно показывалась ленинградская кинохроника.

Массы людей заночевали в лофте Rizzordi на Курляндской улице. Смешались несколько факторов: Курляндская далеко и, если уж доехал, долго выбираться обратно, и кроме того, в огромном лофте было на что посмотреть. До утра работала большая выставка московских и польских художников на одном этаже, а проект «Потайная комната» на втором был, пожалуй, самым оригинальным мероприятием Музейной ночи.

Пространство разделили на 9 мастерских, в которых работали настоящие питерские художники. С ними можно было не только поговорить, но и получить произведенный тут же предмет. Александр Дашевский, который за ночь покрыл стены своей «мастерской» вычеканенными на алюминиевых пластинах забавными цитатами художественных критиков, одаривал публику медалями со своими инициалами, Петр Белый склоачивал табуретки. Людей с табуретками Белого под мышкой можно было видеть в самых разных частях музейного маршрута. Художники студии «Кухня» довели до абсурда понятие «актуальное искусство», рисуя картины на тему свежих новостей и тут же выкладывая из в сеть. Получилось не столько абсурдно, сколько забавно. Порядок обеспечивали нарядные казаки в белой форме.

Rizzordi — в Ночь музеев было одним из немногих мест, где не возникало вопроса, зачем столько народу приперлось сюда ночью. В большинстве точек музейной ночи была все же обычная экспозиция, к которой добавилась только очередь в неурочное время.

Так, например, Музей петербургского авангарда не подготовил новой выставки, и всю ночь работала обычная экспозиция Михаила Матюшина и шаржей на футуристов. Но на дворе студенты Смольного института под руководством Глеба Ершова дважды за ночь ставили пьесу «Наполеон, русская народная сказка». Балет зайчиков длился всего 20 минут, и несколько сотен собравшихся на спектакль вливались в толпы, курсирующие между Зоопарком и Ботаническим садом.

Для большинства оказавшихся после разведения мостов на Петроградской стороне ночные гулянья заканчивались в Ботаническом саду. Сам сад был закрыт, а очередь в Оранжерею, как объявлялось при входе, длилась два часа. Деваться, однако, было некуда, и по улице Попова к Ботаническому саду двигались толпы. И только самые продвинутые шли в обратную сторону, в Библиотеку для слепых, в которой открылась выставка картин незрячих художников.

И, пожалуй, наиболее разумно поступили те, кто ходит по музеям все-таки днем и не стал ломиться в ночь, а просто прокатился по Невскому в старинном троллейбусе, который выпустил на маршрут Музей городского транспорта.

Типичная искусствоведческая болезнь под названием «увидеть все и умереть» пошла в массы. Но зачем так дико и бессмысленно стоять в полуночных хвостах за сэкономленные несколько сотен рублей? Ночь Музеев оправдает себя, когда каждая остановка на маршруте будет предлагать оригинальную программу, которую можно увидеть только раз в год. 'Культуру в массы' и 'толпы в музеи'--это совсем разные истории.