article
Слушать новости

Пол фокуса

Выходит «Смертельный номер»

Выходит «Смертельный номер» с Гаем Пирсом и Кетрин Зета-Джонс – фильм о разнополых фокусниках, поначалу кажущийся изящным поединком двух мошенников…

Гарри, который не Поттер, а Гудини (Гай Пирс), приезжает в кинематографичный город Эдинбург. А там помимо старинных замков его уже ждет красивая, но несколько нервозная мошенница-прорицательница Мэри Макгарви (Кетрин Зета-Джонс). Дело в том, что Гудини взялся разоблачать спиритизм (реальный факт его биографии, говорят, из-за этого он даже поссорился с Конан Дойлем, а умирая, оставил жене некий секретный код, который, по логике вещей, должен будет знать и его дух, чтобы исключить попытки медиумов имитировать явление Гудини). Иллюзионист назначил награду в $10 000 тому, кто сможет отгадать последние слова его умершей матери. Чем черт не шутит, пусть и не всякому дано обрести славу Кассандры, но попытать счастья может каждый, что без успеха и делает целая толпа шотландцев, имеющая довольно опосредованное отношение к прорицанию.

И только скромно одетая Мэри, не устраивающая из своего визита фарса вроде представления с чревовещанием, умудряется произвести на Гудини приятственное впечатление.

Никакого волшебства, никаких иллюзий: и Гудини, и Мэри — оба фокусники. Она работает с методом дедукции не хуже Шерлока Холмса, выискивая сведения из жизни посетителей своего шоу, чтобы затем выдать их в доказательство эзотерических способностей. Его номера построены на ловкости рук и маленьких не заметных зрителю хитростях вроде спрятанного во рту ключика к наручникам. Оба умны и красивы: после знакомства с Гудини Кетрин Зета Джонс вылезает из нищенских одежонок и облачается в платья более соответствующие статусу жены Майкла Дугласа.

Поначалу «Смертельный номер» развивается как поединок двух мошенников — возможно, не такой закрученный, как в «Престиже», и не такой элегантный, как в «Невыносимой жестокости», но не лишенный некоторого изящества — изящества добротного дамского романа.

В качестве приятного дополнения в фильме присутствует младшая сестричка из «Искупления» — Саорси Ронан, играющая дочь Мэри.

«Смертельный номер» сняла австралийка Джиллиан Армстронг, до сих пор живущая и работающая на два континента, несмотря на то что давно состоялась в Голливуде и сделала там массу фильмов — в том числе экранизацию Луизы Олкотт «Маленькие женщины» с юными Вайноной Райдер и Кирстен Данст. В Австралии в ее фильмах начинали многие австралийские, а ныне голливудские актеры, про которых теперь и не вспомнишь, что в США они всего лишь экспаты: Дайан Китон, Мел Гибсон, Джуди Дэвис. За редким исключением большинство фильмов Армстронг посвящены каторжным отношениям женщины с окружающим миром, таковым вначале видится и «Смертельный номер» — история доброй, но бедной матери-одиночки Мэри, которой в силу обстоятельств приходится изображать из себя невесть что.

Не виноватая она.

Судя по отсутствию мужа, наличию ребенка и мимолетным намекам, мужчины вели себя с ней не по-джентельменски, а значит, теперь у нее есть полное моральное право их облапошивать. Поэтому и в поединке между иллюзионистом и прорицательницей закономерно ждешь восстанавливающей мировую справедливость женской победы.

Если бы. Первый час развивающийся как передача «К барьеру», на последней трети фильм пускает такую розовую соплю, что про феминизм и вспоминать-то неловко. Финальные полчаса с экрана не сходят лобзающиеся уста, герои мечутся, обуреваемые чистыми и светлыми чувствами, мокрые ресницы Зета-Джонс проворно нагнетают трагический запал а-ля «Ромео и Джульетта».

Прощальный поцелуй. Еще один. Признание в любви. Слезы. Прощальная ночь. Снова прощальный поцелуй — ну точно последний…

Катарсисом этого безумия становится сцена трогательного единения душ: Мэри падает в обморок в Эдинбурге в тот момент, когда Гудини бьют в живот в Монреале.

Впрочем, будьте внимательны: за розовой завесой не должна остаться сокрытой истина. Женщины — не обманщицы, это называется вынужденная изворотливость (обстоятельства, дети). А вот мужчины, какими красивыми словами их ни называй — Гудини, Копперфильд или иллюзионист, — просто-напросто обычные мошенники. Сегодня есть, а завтра нет. А ручки-то — вот они.

Поделиться:
Подписывайтесь на наш канал @gazeta.ru в Telegram
Подписаться
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть