Согласованная демократия

Российская власть готова терпеть критику, но только одобренную ею самой

ИТАР-ТАСС
Отбор народных избранников – слишком серьезное дело, чтобы доверить его избирателям. Власть готова терпеть только таких критиков, которых выберет себе сама.

Если парламент, а равно и представительные собрания всех прочих уровней — не места для дискуссий, то логично предположить, что выборы в эти собрания – не место для политической конкуренции. Но это было бы ошибочное предположение. Потому что на ближайших, например, выборах в «единый день голосования» 11 октября конкуренция будет обязательно. Правда, в специальном исполнении.

Предстоящие 7 тысяч выборов разного уровня, в основном в различные представительные органы, — уже вторая по счету избирательная кампания в эпоху экономического кризиса.

Первая была полгода назад, и, хотя серьезными накладками не сопровождалась, несколько сюрпризов партии власти все же преподнесла.

Тогда президент Медведев, беседуя с начальником Центризбиркома Чуровым, дал совет продолжить правку выборных правил. Причем можно было понять, что не в том направлении, в каком их неуклонно меняли предыдущие лет восемь-девять. «Разобраться и посмотреть — может быть, какие-то правила избирательного законодательства нужно поменять».

И вот очередной «единый день выборов». Он проводится в середине осени, как раз через год после того, как окончание нефтяного расцвета стало очевидным решительно для всех наших граждан. И прошедшего с тех пор времени уже достаточно, чтобы у этих граждан накопились какие-то вопросы к властям. Может быть, вполне почтительные, а может, и не совсем. И выборы для нашей властной вертикали – идеальный, казалось бы, способ замерить настроения подданных.

Причем замерить почти без риска для себя. Действующая избирательная система просто не предусматривает возможности какой-то крупной победы оппозиционных сил. Самый худший вариант – это появление в представительных структурах некоторого числа критиков, не получивших от начальства предварительной санкции его критиковать.

И далеко не факт, что этот вариант действительно худший, даже и с точки зрения интересов самого же начальства.

Легальная оппозиция – это не только клапан для выпуска политического пара. Это еще и источник неотфильтрованных сведений о действительности, которые руководящему кругу очень не вредно получать именно в такие трудные времена, как сейчас.

Чего, казалось бы, ждать от власти, которая ежедневно демонстрирует с экранов, как она сильна, довольна собой и исполнена сознания собственных заслуг? Что поведет себя соответственно и не станет переключать на особый режим выборную машину, которая и без этого обеспечит перевес кому надо.

А вот что происходит на самом деле. Притом не в провинции, а в Москве, где все на виду.

Сама предвыборная кампания в Московскую городскую думу еще впереди. Речь только о допуске к ней. И уже порядок выдачи этих пропусков, как и на всяком хорошо организованном чиновном мероприятии, ясно показывает, кто на каком счету.

Сначала к выборам допускаются четыре госдумовские партии во главе с «Единой Россией». С навыками работы в том самом федеральном учреждении, которое не место для дискуссий. Всех, кто включен в их московские списки, объединяет одно: это люди знакомые. Не обязательно избирателям, но обязательно знакомые наверху. Это номенклатура со всеми ее достоинствами, главное из которых — не преподносить сюрпризов.

Следующие на очереди – пара партий с номенклатурным статусом пониже. Те, которые официально зарегистрированы, но в федеральной Думе не представлены. Это оппозиция. Но такая, которая знает свое место и знает что говорить.

Разговоры о том, что их кандидатские списки будто бы прошли согласование, они назовут клеветническими сплетнями. Но сама процедура регистрации партий предполагает готовность тех, кто прошел, соблюдать множество формальных и неформальных правил игры.

Быть официально признанной партией – высокая честь, сбережение которой накладывает серьезные обязанности.

Поэтому сюрпризы, которые они могут преподнести в случае попадания в Мосгордуму, вероятно, будут из тех, о которых говорят, что они хорошо подготовлены.

И, наконец, третий отряд претендентов – это самовыдвиженцы в одномандатных округах. Среди них немало людей, решивших, что они достойны быть депутатами, и не спросивших мнения начальства по этому поводу. Таких, а также и просто заподозренных в этом грехе отсекают сейчас без колебаний.

Тех, кто состоит в «Солидарности», в лебедевской «Нашей столице» и даже в пользующемся президентской благосклонностью «Правом деле», уличают в фальсификации подписей (Владимир Милов, например, пойман даже на подделке собственной подписи в свою поддержку), в недолжном оформлении подписных листов, в искаженном указании своих должностей и во всем прочем, что можно использовать для снятия с дистанции.

Общий смысл всех этих скучных спецмероприятий очевиден.

Нежелательно не только появление в Мосгордуме оппозиционеров, не апробированных наверху. Весьма нежелательно даже их участие в предвыборной кампании.

Осталось ответить на вопрос: зачем столько хлопот? Конечно, «Единая Россия» может кое-что потерять по сравнению с 2005 годом, когда получила две трети мест по спискам и все места по округам. Но заранее ясно, что большая часть мосгордумовских кресел в любом случае останется за ней и на этот раз.

Так из-за чего же выставлять себя на смех? Зачем оставлять систему без такой опоры, как легальные выборы, интерес к которым у среднего гражданина и так уже ниже критической черты? Неужели из опасения, что критики скажут что-то неотразимое? Внесут в избирательную кампанию, а то и, страшно сказать, в Мосгордуму оттенок неподдельной политической борьбы? Соблазнят чистые души прочих участников выборов на какие-то неплановые слова и поступки?

Все эти соображения, надо думать, налицо. Но не меньшую роль, видимо, сыграл тот принцип, которым наша власть руководствуется с первых же путинских лет и до сего дня.

Принцип прост: все должно быть под контролем. Все, что происходит, должно быть согласовано наверху.

Говорят: у нас управляемая демократия. Может быть, точнее сказать: согласованная демократия. Конкуренция на выборах вполне возможна. Но при условии, что перечень конкурентов прошел процедуру согласования. В органах власти могут оказаться и критики. Но при условии, что эти критики так или иначе утрясут наверху темы, масштабы, объекты и интонации своих критических выступлений. Люди, которые не понимают этих немудреных правил и, минуя начальство, самочинно лезут за поддержкой к избирателям, автоматически выбрасываются из системы.

Понятно, что это система без выпускных клапанов, без каналов достоверной информации и без надежды опереться на мыслящих людей. И ясно, что она не может быть устойчивой вообще и бывает особенно неустойчива в трудные времена. Понимание этого факта, видимо, и не дает сделать даже робкий шаг из мира победоносных рейтингов и хорошо отрепетированных встреч с народом в мир реальных проблем и реальных людей.