Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Раздвоение кадров

29.06.2010, 20:11

В нашем отношении к Америке есть что-то ментальное, глубоко потаенное, почти фрейдистское. И это что-то, как и Россию в целом, умом не понять и аршином общим не измерить. Особенно когда в телевизионном пространстве встречаются два противоположных по смыслу материала о США: документальный блокбастер Михаила Леонтьева в жанре панихиды и восторженный отчет об американском визите Дмитрия Медведева в жанре оды.

Новое сочинение Леонтьева под выразительным названием «Большая американская дырка-2» привычно предсказывает гибель доллара, а значит, и всей заморской, ненавистной ему цивилизации. Правда, до сути докопаться непросто: полотно так густо соткано из обличительного пафоса, партийно-советской публицистики в стиле «доколе?», обрывков цитат, клочков чужих мыслей, кадров из разнообразных кинофильмов, от «Продавца воздуха» до «12 друзей Оушена», что смысл скорей угадывается, чем читается. Политологическое МММ (состоит из трех Михаилов – кроме Леонтьева Америку хоронят экономист Хазин и финансист Юрьев) на сей раз называет даже сроки близкого дефолта – 2011-й, в крайнем случае 2012 год. Наиболее убедительно пророчествует сам Леонтьев: «Что касается ближайших перспектив, то понятно, что может произойти что угодно».

Ближайшая перспектива настала ровно через минуту после завершения данного фильма. Ночной выпуск новостей явил городу и миру обнимающихся Медведева с Обамой, рабочий завтрак в фаст-фуде, одну порцию картошки фри на двоих, ликующие ноты в голосе ведущего: «95 процентов противоречий разрешены». И хотя минутой позже стало ясно, что речь идет о вступлении России в ВТО, весь антураж сюжета, настаивающий на судьбоносности момента, не вызывал сомнений. Зато остался вопрос: почему Первый канал запустил очередную «большую дырку» именно в дни визита Медведева в Америку?

Подобные вопросы возникают всякий раз, когда публичная политика материализуется на экране в виде этой самой большой дырки. В такие мгновения трудно избавиться от ощущения, что идеологическое руководство ТВ осуществляется не из одного центра, как положено при жесткой вертикали власти, а из нескольких. Один из них являет городу и миру полного искренней веры в инновационное будущее президента. Второй тут же это будущее дезавуирует, потому что Америки, откуда, в частности, и должен воссиять свет нашего грядущего благоденствия, уже почти нет, а скоро и совсем не будет.

В этом креативном вакууме (воспользуемся удачным выражением г-на Хазина) вторая реальность существует с начала весны, когда в моду стала входить «перезагрузка». Общий тон ТВ мигрировал от агрессии к выжидательности. Неожиданно обнаружилась прочная связь между стоимостью барреля нефти и великодержавной риторикой: чем цена барреля ниже, тем меньше патриотического барабанного боя. Постепенно с экрана сдуло самых активных борцов с вашингтонским обкомом. Исчез из поля зрения и Леонтьев, обладающий волшебным даром видеть американский след в любой продуктовой палатке.

И вот он снова с нами. Наверное, слишком долго плодотворная теория разнообразных заговоров внедрялась в умы россиян, чтобы резко от нее отказаться. Cмена идеологической парадигмы – процесс крайне сложный. Политологическую обслугу легко прибрать к ногтю, а что делать с народом? Его чем занимать будем? Если Америка и Запад перестанут быть врагами, то кого обвинять во всех наших бедах? Коридор возможностей резко сокращается. Умиротворять паству с помощью сериалов и ледовых зрелищ все сложнее – на сериалы денег нет, лед тронулся. Другие опробованные транквилизаторы вроде разнообразных чудес, информационных войн с собственным прошлым, экстрасенсов, звезд и даже плесени дают краткосрочный эффект. Патерналистское государство так долго кормило граждан с ложечки сладкой патокой, что ее отсутствие плохо скажется на их самочувствии.

Впрочем, еще хуже для общественного самочувствия шизофреническое двоемыслие экрана. Лобовое столкновение, условно говоря, Медведева и Леонтьева ломает контекст. Апокалиптические пророчества последнего хоть и выглядят разновидностью городского фольклора, но заставляют пристальнее вглядываться в очередную попытку покорения Америки. И тогда становится видна неуверенность президента, особенно на встрече с соотечественниками, обитающими в Силиконовой долине («Нам из Кремля не очень-то видно», — смущенно отбивается Медведев от неудобных конкретных вопросов). И блуждающая застенчивая полуулыбка на лице неустанно подписывающего в кадре какие-то бумаги Вексельберга отсылает нас к бессмертным героям Ильфа и Петрова. И от всей этой грядущей сколковской идиллии веет неизбежными, как модернизация, очередными Нью-Васюками…

Все-таки «продавец воздуха» (напоминаю: так называется любимый фильм Леонтьева) — очень актуальная профессия в нашем отечестве.