Цивилизация
В четверг руководство Федеральной службы исполнения наказаний вновь подняло тему переполненности российских тюрем. В них, по словам первого заместителя директора ФСИН Эдуарда Петрухина, скоро станет совсем тесно.
«Колонии общего режима и строгого режима, по нашему анализу, где-то к ноябрю будут переполнены», — заявил он в эфире радиостанции «Маяк».
Еще более удручающая перспектива, по словам чиновника, у следственных изоляторов, куда суды отправляют все больше подследственных. «На 1 июля данные: на 115 тысяч увеличился, как мы называем, спецконтингент. Это подследственные, которые находятся в СИЗО, и, соответственно, осужденные», — констатировал Первухин.
По словам Первухина, ФСИН строит новые изоляторы, но, тем не менее, не поспевает за судебной системой.
О тесноте российских тюрем и сотрудники ФСИН, и правозащитники говорят довольно часто. В России 3,9 кв.м площади на одного заключенного еще считается хорошим показателем (нередко упоминается показатель – меньше 1 м). В идеале же должно быть 4 кв.м — такую поблажку для России сделал Совет Европы, поясняют правозащитники. В европейской же пенитенциарной системе норма – 7 кв.м.
Как пояснил «Газете.Ru» председатель общественного совета при Минюсте правозащитник Валерий Борщев, Россия — едва ли не единственная страна, где есть колонии барачного типа. «Осужденные живут здесь по 40, 50, 60, а то и 80 человек в одной комнате. Это программирует насилие, сотрудникам ФСИН тяжело контролировать такое количество людей», — заметил он.
Как отмечает Борщев, говоря о необходимости строительства новых корпусов в колониях и дополнительных СИЗО, и ФСИН, и правозащитники сходятся во мнении. Вместе с тем, отмечает он, можно разгрузить тюрьмы и СИЗО иными способами. Сейчас, по данным ФСИН, в российских колониях находятся более 840 тыс. человек. Только 25% всех осужденных сидят за тяжкие преступления. Похожая ситуация складывается и в российских СИЗО. Четверти подследственных суд выносит потом оправдательный приговор или дает условный срок, рассказал Борщев «Газете.Ru». Тем не менее, суды продолжают принимать решения о заключении подследственных под стражу, тем самым пополняя контингент изоляторов. Именно с этим Борщев связывает столь резко возросшее число сидельцев.
Как отмечает правозащитник, «карательную политику судебная система считает наиболее продуктивной, а альтернативные меры наказания почти не практикует». В итоге «в тюрьме оказывается подросток, укравший пачку пельменей».
Пока российские суды активно работают, ФСИН борется с теснотой в камерах и бараках своими методами. Несколько месяцев назад служба исполнения наказаний сообщила, что готова начать эксперимент по внедрению электронных браслетов, которые планируется надевать на ноги осужденных за нетяжкие преступления в качестве альтернативы тюремному заключению. Прибор позволит преступнику оставаться на свободе, однако будет отслеживать его перемещения с помощью встроенных внутрь браслета теплового и радиопередатчиков.
По последним данным, на эксперимент будет потрачено около €3 млн, выделенных представительством Еврокомиссии в России. €500 тыс. пойдет на покупку самих браслетов, часть – на приобретение более дорогих спутниковых аналогов – GPS-передатчиков, позволяющих определять местоположение субъекта с точностью до трех метров. На остальные деньги планируется увеличить штат сотрудников ФСИН, непосредственно работающих с условно-освобожденными. Электронные браслеты — действительно выгодная альтернатива для Минюста: государство затрачивает на содержание каждого заключенного примерно $1 тыс. в год, один браслет стоит около $2 тыс., однако его можно использовать много раз.
Как предполагает Борщев, в России с помощью этих средств контроля может резко сократиться число заключенных, по количеству которых Россия сейчас занимает второе место в мире. Несколько лет назад страна была на третьем – тогда количество заключенных в российских колониях составляло 700 тысяч.
