Цапок отбивается от признания

В Краснодарском краевом суде прошло первое судебное заседание по «кущевскому делу»

В Краснодаре начался процесс над бандой Цапков. С основного фигуранта и трех других подсудимых сняли несколько обвинений по нетяжким статьям. После чего защита попросила приобщить к делу заявление Сергея Цапка о пытках во время следствия. Но суд адвокату отказал. А прокурор предложил журналистам «не принимать на веру» слова Цапка о выбивании из него показаний.

В Краснодарском краевом суде прошло первое судебное заседание по «кущевскому делу». Накануне с четвертой попытки был сформирован состав суда присяжных. Из 108 приглашенных кандидатов выбрали 32 заседателей (12 основных и 20 резервных). После окончательного утверждения кандидатур основной состав жюри был приведен к присяге, однако один из них отказался от принятия присяги и тут же был исключен из присяжных — его заменили одним из запасных.

На скамье подсудимых оказались лидер преступной группы Сергей Цапок, его дядя Николай Цапок, а также Владимир Алексеев, Игорь Черных, Вячеслав Цеповяз, Владимир Запорожец. Все они обвиняются в убийствах, покушениях на убийства, разбойных нападениях, незаконном лишении свободы, умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества, изнасилованиях и незаконном хранении оружия.

В пятницу председательствующий судья Владимир Кульков открыл судебное заседание, предоставив участникам процесса право заявить ходатайства.

Сторона обвинения попросила снять с основного фигуранта дела Сергея Цапка, а также Запорожца, Алексеева и Черных несколько нетяжких обвинений, в частности об уничтожении чужого имущества, причинении легкого вреда здоровью, уничтожении документов.
Суд удовлетворил просьбу обвинения. Никто против этого не возражал, адвокаты пояснили, что обвинения могут быть сняты в связи с истечением срока давности.

Со стороны защиты первым выступил адвокат Сергея Цапка Игорь Скрипка. «Ваша честь, я ходатайствую об оглашении в суде и приобщении к материалам дела заявления моего подзащитного о противоправных действиях в отношении его, допущенных в ходе предварительного следствия со стороны следователей, сотрудников ФСИН», — сообщил он.

После этого адвокат в течение 15 минут зачитывал отпечатанное на принтере многостраничное заявление Цапка, в котором тот подробно, с указанием имен и должностей следователей, конвоиров, сотрудников ФСБ и полиции, в деталях описывал, как из него «выбивали» признательные показания: применяли пытки, вводили психотропные препараты или просто избивали.

Когда Скрипка, наконец, закончил чтение, судья Кульков спросил остальных участников процесса, не возражают ли они против удовлетворения этого ходатайства. Адвокат подсудимого Цеповяза Мурад Мусаев заявил, что «ходатайство подлежит удовлетворению». «Более того, считаю необходимым допросить в суде в качестве свидетелей тех лиц, имена которых указаны в заявлении подсудимого», — добавил он. Мусаев попытался подкрепить свою точку зрения соответствующими статьями УПК, но судья его прервал:

— Адвокат Мусаев! Ответьте коротко: вы поддерживаете ходатайство вашего коллеги или нет? Не надо тут разглагольствовать. Не нарушайте процедуру ведения процесса.

Защитник счел выпад судьи нарушением процессуальных норм и заявил об этом судье Кулькову. Сразу после этого председательствующий объявил перерыв на 10 минут. Но после перерыва Мусаев попытался продолжить оборванную речь. «Адвокат Мусаев! Я специально объявлял перерыв, чтобы вы успокоились. Я еще раз призываю вас к порядку. Вы зря перед прессой стараетесь», — вновь остановил его судья. Мусаев попросил занести в протокол заявление о том, что председательствующий ущемляет право участников судопроизводства на высказывание мнения, «чем выражает свою незаинтересованность в объективном ведении судебного следствия». Судья отклонил ходатайство, закончил пререкаться с Мусаевым и обратился к Сергею Цапку:

— Подсудимый Цапок! Вы ведь содержитесь в следственном изоляторе? У вас в камере есть мобильные средства связи, компьютер с принтером?

— До сегодняшнего дня не было, но я проверю, — ответил Цапок.

— Тогда объясните мне: когда и каким образом вы напечатали на компьютере это многостраничное заявление? – спросил судья.

В разговор вмешался адвокат Скрипка.

— Ваша честь, я протестую! Это не имеет отношения к существу заявленного мною и моим подзащитным ходатайства. Вместо того чтобы обратить внимание на содержание заявления моего подзащитного, — то, что его подвергали пыткам, — вы интересуетесь тем, как оно было написано.

Судья отклонил протест, сделал замечание адвокату Скрипке и вновь обратился к основному фигуранту дела.

— Я задал вопрос подсудимому. Подсудимый, ответьте на мой вопрос.

— Это заявление я диктовал своему адвокату во время встреч. А потом он набрал его на компьютере, и я его подписал, — объяснил подсудимый.

— Когда вы встречались с адвокатом? Можете назвать точную дату?

— Нет, не помню.

Представители потерпевших возразили против удовлетворения ходатайства адвоката Скрипки.

Тогда судья обратился к группе гособвинения – представителям Генпрокуратуры Виктору Антипову (он является руководителем группы) и Игорю Тешнякову, и сотрудникам Краснодарской краевой прокуратуры Светлане Некос с Игорем Касьяненко, – поинтересовавшись, не возражают ли они против ходатайства адвоката. Антипов заявил, что оно подлежит отклонению, «поскольку является преждевременным».

Председательствующий, не меняя формулировки, постановил отклонить ходатайство с этой формулировкой и обратился к журналистам с призывом «не принимать на веру» все то, что происходит в процессе, а особенно содержание заявления подсудимого Цапка.

«Ваша честь! Я считаю, что председательствующий нарушает нормы УПК, отказывая заносить в протокол судебного заседания заявленное ходатайство, – возмущенно воскликнул после речи прокурора Мурад Мусаев. — И вообще что значит «отклонить»? Нет такой формулировки в уголовно-процессуальном законодательстве, как «отклонение ходатайства». В ходатайстве можно либо отказать, либо удовлетворить его. И почему вы призываете прессу не верить? Мы же не призываем именно верить нашим подзащитным. Мы просим проверить, исследовать их заявления. Для того и ходатайствуем вызвать в суд следователей, судмедэкспертов, конвоиров». «Этот процесс похож на театр! А главный актер здесь – государственный обвинитель», — в сердцах закончил адвокат.

Далее с ходатайством выступили адвокаты Владимира Алексеева, который буквально накануне судебного заседания написал собственноручное заявление о нарушении его прав на своевременную медицинскую помощь.

В частности, адвокат Залина Бароева заявила суду, что ее подзащитному Алексееву после этапирования в Краснодарский СИЗО из Ростова-на-Дону уже двое суток не дают есть и не позволяют забрать из Ростова-на-Дону лекарства, а он страдает вирусным гепатитом и нуждается в регулярном приеме лекарств. Гособвинители ответили, что заявление Алексева подлежит проверке, а потому они не возражают против приобщения его к материалам дела.

— Подсудимый! Как вы себя сейчас чувствуете? «Скорую» вам не нужно вызывать? Вы настаиваете на своем заявлении? — спросил судья.

— Да, ваша честь. Я еще могу подтвердить, что меня, так же как и Сергея Цапка, пытали и избивали во Владикавказе, те же люди так же выбивали показания, — сказал тот.

На этом судья объявил перерыв, назначив следующее слушание на 13 ноября. Следующее заседание будет проходить с участием потерпевших и суда присяжных.

Ранее двое участников банды — Андрей Быков и Вячеслав Рябцев — были приговорены к 20 годам заключения. Они признали свою вину и заключили досудебное соглашение со следствием, поэтому их дела были выделены в отдельные производства. Также за укрывательство убийства 12 человек к штрафу в 150 тысяч рублей был приговорен Сергей Цеповяз. Двое других участников банды до суда не дожили: Сергей Карпенко и Виталий Иванов покончили жизнь самоубийством в ходе предварительного следствия.