Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

«Приговор отражает политическую ситуацию в России»

Суд признал виновными активисток Pussy Riot и вынес приговор в виде двух лет лишения свободы в ИК общего режима

Дарья Загвоздина, Вячеслав Козлов 17.08.2012, 23:09
Pussy Riot приговорены к двум годам колонии Reuters
Pussy Riot приговорены к двум годам колонии

Pussy Riot осудили на два года исправительной колонии общего режима. Пока судья оглашала приговор, активистки улыбались, стоя в наручниках в «аквариуме». Толпа сторонников у здания суда встретила сообщение о реальном сроке криками «Позор» и плакатами «Стыдно за Россию». Адвокаты намерены обжаловать судебное решение и добиться полной реабилитации осужденных.

В пятницу в Хамовническом суде судья Марина Сырова подвела итог дела Pussy Riot, которое длилось почти полгода.

Несколько милицейских автобусов, железные рамки, перегородившие проход по 7-му Ростовскому переулку, где находится Хамовнический районный суд Москвы, и десятки журналистов со штативами, телекамерами и микрофонами – такую картину могли наблюдать те, кто пришел на оглашение приговора.

Народ начал собираться вопреки обыкновению не за час, а за три часа до начала заседания, которое должно было стартовать в 15.00 мск. Около 13.30 у здания суда образовалась давка: пишущие журналисты ждали, пока судебные приставы пропустят видеооператоров и фотографов. Судебные приставы, пытаясь сдержать толпу, пытались выдавить журналистов с тротуара, те сопротивлялись и кричали.

Спустя три часа, проведенные на жаре, корреспондентов начали запускать в суд по одному – по двое, одновременно с этим судья стала зачитывать приговор. Для полусотни человек, так и не попавших внутрь, на лестнице поставили колонку, через которую транслировали речь судьи.

Пока журналисты стояли в очереди в суд на процесс, адвокаты подсудимых и лидеры оппозиции активно раздавали им интервью. Защитник Марии Алехиной Николай Полозов заявил: «Законный приговор может быть только один — оправдательный. Если приговор будет обвинительный, мы будем его обжаловать в Мосгорсуде. Если нашу жалобу не удовлетворят, обратимся в Европейский суд по правам человека». Адвокат Екатерины Самуцевич Виолетта Волкова была куда категоричнее. «Вероятность того, что подзащитных оправдают, очень небольшая. То, как проходил процесс, как обращались с девушками – а это были пытки, иначе назвать сложно, — указывает на то, что приговор будет обвинительным», — говорила адвокат у здания суда.

Практически одновременно в буферную зону между зданием суда и полицейским кордоном вошел Алексей Навальный. Он напомнил о политизированности судебного процесса: «Сегодня решится лишь один вопрос: во сколько Путин оценивает то оскорбление, которое девушки нанесли ему в храме Христа Спасителя».

Толпа, которую не пустили в 7-й Ростовский переулок, где находится суд, скандировала: «Свободу Pussy Riot!», а затем вдруг перешла на традиционное для митингов оппозиции «Россия без Путина».

Среди сторонников были как постоянные участники московских акций протеста, так и те, кто пришел к Хамовническому суду исключительно ради подсудимых. «Я сам православный, крещеный, но, в моем представлении, церковь должна помогать, работать на созидание, а не карать. Я против выходки этих девушек, но они точно не заслужили тюрьмы», — заявил «Газете.Ru» инженер Александр, который впервые за много лет, по его словам, принимает участие в публичном мероприятии.

К тому моменту, как судья Сырова начала зачитывать приговор, толпа насчитывала уже около тысячи человек. Тогда начали проявлять себя православные активисты:

небольшая группа людей в рубашках-поло с надписями «Георгиевцы» (молодежное православное движение – «Газета.Ru») оккупировала тротуар у одного из жилых домов и стала выкрикивать «Вся власть от Бога!» и «Даешь семь лет!»

Вскоре после начала чтения приговора небольшой сквер перед переулком заполнили несколько десятков молодых людей спортивного телосложения, в спортивных штанах, кроссовках и майках с надписями «Я русский». Некоторое время они ничего не предпринимали, переминались с ноги на ногу, но в какой-то момент начали скандировать: «Русский суд!» Несколько полицейских, услышав это, подбежали и принялись выталкивать толпу из сквера. Полицейские вели себя очень тактично: никто из агрессивно настроенных молодых людей так и не был задержан.

Сторонникам подсудимых не так повезло: тех, кто стоял с плакатами и слишком активно выступал в поддержку участниц Pussy Riot, задерживали и отводили в автозак. Всего, по данным, ГУ МВД по Москве, в отделениях полиции оказалось больше 60 человек.

Судья Марина Сырова начала заседание в 15.00 мск, как и предполагалось. Она объявила, что суд признал виновными активисток Pussy Riot Надежду Толоконникову, Марию Алехину и Екатерину Самуцевич, а затем принялась зачитывать обвинительное заключение. Судья привела слова Надежды Толоконниковой, что участницы группы «не враги православия», а «федеральные СМИ возбуждали ненависть и вражду по отношению к ним», и Марии Алехиной, что «тюрьмы – это Россия в миниатюре». «Патриарх исполнял поручение Путина и агитировал за Путина. Площадку для выступления они выбрали, поскольку там лежали ковры. Они предположили, что ковры предполагают, что по ним должны ходить люди», — продолжила Сырова излагать уже показания Екатерины Самуцевич.

Пока судья читала, Самуцевич кивала и улыбалась.

Прочитав заверения активисток о том, что у них не было мотивов религиозной ненависти и вражды, судья отрезала: «Виновность подтверждается, несмотря на отрицание вины подсудимыми». И перешла к показаниям потерпевших. На признаниях каждого испытавшего «душевную боль и страдания» судья останавливалась достаточно подробно. «21 февраля около 11 часов (мск) увидел невообразимое... все четыре девушки кричали оскорбительные слова в адрес Бога», «все было сделано с целью оскорбления верующих», «оскорбление заключается в том, что они ноги выше головы закидывали», «после событий не работает в храме, так как был оскорблен», «видел телодвижения с участием рук и ног», «хулиганки были далеки от взаимоуважения в своих действиях и использовали подмену понятий, имитируя освещение святым крестом».

От потерпевших судья перешла к свидетелям. Показания свидетеля Угрика она зачитывать не стала, сказав, что сочла их несостоятельными: он видел только видеоролик. А вот показания отца Екатерины Самуцевич Станислава Самуцевича судья Сырова зачитала практически дословно. Правда, цитировала она не то, что Самуцевич говорил в зале суда, а «беседу со следователем». Судья опустила тот факт, что во время слушаний Самуцевич отказался от своей «беседы», сказав, что говорил неофициально и пытался своими словами хоть как-то помочь дочери. В результате были воспроизведены только показания, очерняющие других участниц группы: «Толоконникова оказывала дурное влияние на его дочь», «под влиянием Толоконниковой и Верзилова Самуцевич изменилась» и т. п.

После этого судья огласила список вещественных доказательств, не обойдя своим вниманием и текст под названием «В ж…пу культуру, идем в прокуратуру», изъятый при обыске у Толоконниковой.

Перейдя к оглашению экспертиз, Сырова из трех заключений привела лишь одно – анализ экспертов Троицкого, Понкина и Абраменковой. Именно на основе этого документа и было построено обвинительное заключение. Первые два заключения судья просто проигнорировала.

В заключительной части приговора Сырова резюмировала: то, что произошло в храме, «было явно направлено на разжигание религиозной ненависти и вражды, а также унижение людей по признаку религии». Спустя два часа после начала оглашения Сырова начала сбиваться – она явно устала. Огласив выдержки из письма Совета муфтиев — «произошедшее свидетельствует об упадке нравственности и неуважении к религиозным ценностям», — Сырова подытожила: «Суд пришел к выводу, что виновность подсудимых установлена…Суд установил, что активистки Pussy Riot не реагировали на замечания охранников ХХС…Несмотря на то что феминизм не является религиозным учением, его представители вторгаются в сферу приличий и нравственности, а идея превосходства одной идеологии или религии ведет к вражде по религиозным мотивам… С учетом места совершение действий, они (действия) не могут быть оценены иначе, как нарушение общественного порядка. Фактически имело место глумление над чувствами находящихся в храме. Подсудимые выставили себя в свете, принижающем духовные убеждения граждан, связывающих себя с богом. Они посягнули на значимость христианства. Акция оказала сильное психоэмоциональное воздействие на социальную группу православных верующих».

Напоследок судья Сырова напомнила, что психиатрическая экспертиза установила, что у всех трех активисток «смешанное расстройство личности», которое выражается в таких чертах характера, как упорство, целеустремленность, завышенная самооценка.

Впрочем, отметила судья, психические отклонения не позволяют признать Pussy Riot невменяемыми, а это значит, что их ждет наказание. При определении его степени были учтены положительные характеристики подсудимых и наличие у Алехиной и Толоконниковой малолетних детей.

После все сказанного вердикт был ожидаем: «На основании изложенного суд приговорил признать Толоконникову виновной по ст. 213 УК и назначить наказание в два года с отбыванием в исправительной колонии общего режима». Такое же наказание получили Алехина и Самуцевич.

В зале раздались нестройные выкрики «Позор». Родители активисток молчали, сами участницы панк-группы улыбались, стоя в «аквариуме» в наручниках.

Вышедший из зала суда муж Надежды Толоконниковой Петр Верзилов был явно расстроен и, вопреки своему обыкновению, дал очень короткий комментарий: «Процитирую последнюю песню Pussy Riot: «Путин зажигает костры революции». Дочку, жену и всех остальных спасет революция. Будем ее делать».

Вслед за ним своими впечатлениями с журналистами поделились адвокаты. Адвокат защиты Марк Фейгин заявил: «Сам процесс был фарсом, а приговор — его венцом. Зачитанное судьей содержит серьезные нарушения: в мотивировочной части приведены неверные цитаты, использованы неверные факты. Нашим подзащитным приписаны слова, которых они не говорили. Приговор вынесла не судья Сырова, это решение Путина. Его пустые заявления, что суд должен вынести не очень суровое наказание, ничего не значили. Приговор грозит реальной опасностью для жизни и здоровья Толоконниковой, Алехиной и Самуцевич».

Виолетта Волкова поддержала коллегу и добавила, что ее подзащитные даже не рассматривают возможности просить президента Владимира Путина о помиловании: «Девочки мне сказали: «Пусть катится со своим помилованием куда подальше».

Николай Полозов уверен, что его «подзащитные готовы бороться за свою правду». После оглашения приговора он заявил: «Сегодня у властей был шанс вынести справедливое решение, но вынесен обвинительный приговор, а следовательно, абсолютно незаконный. Будем обжаловать. Уверен, добьёмся полной реабилитации».

На улице в стороне от толпы стояла мать Марии Алехиной и одну за другой курила тонкие сигареты, рядом тихо отвечал на вопросы журналистов отец Екатерины Самуцевич. Петр Верзилов ушел сразу после окончания заседания.

Сообщение о том, что участницам Pussy Riot дали два года колонии общего режима, взорвало притихшую было толпу у здания суда. Люди стали кричать «Позор!» и «Свободу Pussy Riot». Одна из сторонниц подсудимых Татьяна Романова забралась на столб с видеокамерами, прилегающий к забору посольства Турции, надела шапку с прорезями для глаз и начала кричать «Свободу Pussy Riot», держа плакат с надписью «Стыдно за Россию». На заборе ей удалось просидеть не больше трех минут: двое полицейских залезли на забор и вынудили ее спуститься вниз, на территорию турецкого посольства. Сотрудники посольства тут же вышли навстречу, напомнив полицейским, что подобное проникновение незаконно. Романовой в посольстве предложили чаю, однако, когда она вышла за ворота, ее тут же задержали и отправили в ОВД.

После оглашения приговора полицейские начали убирать рамки заграждений. В какой-то момент с крыши жилого дома напротив суда неизвестные вывесили растяжку с надписью «Гундяй с братвою – с..нь господня!» Убирать растяжку с крыши отправились около двадцати бойцов ОМОНа. Сняв баннер, они начали обход квартиры подъезда в поисках тех, кто мог организовать акцию.

К этому моменту уже осужденных участниц панк-группы этапировали в СИЗО. Но их сторонники не расходились до самого вечера.