Полиция ушла за кулисы

В России закончили обсуждать закон о полиции

ИТАР-ТАСС
Общественное обсуждение закона о полиции закрыто. На специально созданном для него сайте появилось больше 20 тысяч предложений и комментариев. В пересмотр законопроекта по результатам публичного обсуждения правозащитники не верят.

В 12.00 среды обсуждение законопроекта «О полиции», которое стартовало 7 августа этого года, завершилось. Как показал опрос общественного мнения, проведенный через неделю после начала обсуждения, 67% россиян отказались от участия в общественном обсуждении проекта закона «О полиции», готовность к дискуссии выразил каждый пятый (21%) опрошенный социологами фонда «Общественного мнения» (ФОМ) в 100 населенных пунктах 44 регионов РФ. К окончанию публичной дискуссии на сайте, где размещен разработанный МВД проект, появилось 20 тысяч 853 комментария. Теперь обсуждение проекта продолжится уже в администрации президента, куда поступят все предложения — как оставленные на сайте документа, так и направленные правозащитными и общественными организациями в виде отдельных документов.

Среди самых популярных поправок, которые предложили на сайте: появление у сотрудников милиции бейджей с фамилией и названием подразделения, создание независимых организаций, контролирующих полицию, и ограничение полномочий сотрудников правоохранительных органов.

Активнее всего посетители сайта поддержали поправки, предложенные международной правозащитной организацией Transparency International в России, к ним присоединилось более 1800 пользователей. Активисты Transparency представили ряд «прикладных» дополнений, призванных «улучшить положение рядовых граждан, для которых общение с сотрудником милиции почти всегда сопряжено с определенным риском и неприятными последствиями». В частности, они предлагают обязать полицейских носить не просто жетон с номером, а с указанием фамилии и названия подразделения, где работает данный сотрудник. «Это полезно не только с точки зрения психологии общения, но и может пригодиться, если гражданин решит обжаловать действия конкретного сотрудника милиции. Более того, такой бейдж или нашивка не позволит сотруднику милиции вести «дополнительную работу» за пределами территории своего отделения», — объясняют правозащитники. Член Общественной палаты Борис Альтшулер считает, что в законе нужно отдельно указать, что жетон должен быть виден и полицейский должен предоставить гражданину возможность переписать свой личный номер по первому требованию.

Кроме того, представители Transparency International считают необходимым строго ограничить перечень поводов, по которым граждан можно задерживать и доставлять в отделение, а во всех остальных случаях обязать полицейских оформлять протоколы на месте. В законе должно быть предусмотрено право граждан на ведение аудио- и видеозаписи при беседе с полицейским, на самостоятельный звонок при задержании. Также правозащитники предлагают создать единую «горячую линию» для жалоб граждан на незаконные действия полиции — сейчас в каждом конкретном случае необходимо звонить в УСБ территориального органа внутренних дел.

Почти все правозащитники, включая кремлевских (президентский совет по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека), называют законопроект «некачественным» и «непоследовательным».

«С учетом нашей позиции по поводу это законопроекта сложно предположить, как он может быть изменен к лучшему. Это закон ни о чем. Он не затрагивает никаких самых важных вопросов: какова будет структура этого органа, процедура назначения руководителей, подотчетности, переаттестации сотрудников при переходе на службу из милиции в полицию», — сказал «Газете.Ru» руководитель правозащитной организации «Агора» Павел Чиков. По его словам, документ не лишает полицию избыточных функций — таких как следствие или контроль за мигрантами. «Никак не определено, что будет с 200-тысячной армией Внутренних войск, которые входят в состав МВД, не указано, какое место в структуре займут учебные заведения, — продолжает правозащитник. — На мой взгляд, принципиального пересмотра законопроекта по результатам публичного обсуждения ожидать не приходится — это не входит ни в планы МВД, ни администрации президента». Кроме того, Чиков возмущен тем, что «все решения о том, какой должна быть структура полиции, принимает один человек — президент».

О формальной роли общественных организаций и граждан, которым закон номинально дает право контролировать деятельность полиции, говорят и в Московской Хельсинкской группе. Предложенные МХГ поправки касаются создания общественных советов: они должны быть выбранными и создаваться при органах местного самоуправления и общественных палатах.

В варианте, предложенном МВД, общественные советы создаются при местном органе внутренних дел и «осуществляют контроль деятельности полиции в порядке, определяемом руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел», — то есть контролируют полицию так, как считает нужным ее руководство.

Правозащитник Альтшулер к общественным советам предлагает добавить еще и специальное управление в Минюсте, сотрудники которого смогут вести оперативно-розыскную деятельность в отношении сотрудников полиции. Лидер партии «Яблоко» Сергей Митрохин требует исключить из закона презумпцию законности требований сотрудника полиции, разрешить им высказывать свои суждения, а также запретить полицейским «беспрепятственно знакомиться в организациях с необходимыми материалами, документами, статистическими данными и иными сведениями».

Кроме того, комментаторы документа в один голос говорят об исключении из закона такой формулировки, как «неуместность» (полицейским разрешается не представляться и не объяснять причину задержания, «если это невозможно или неуместно»).

«Уместность — это разве юридическое понятие?» — возмущался на прошедших 8 сентября слушаниях в Общественной палате глава организации «За гражданские права» Андрей Бабушкин.

Член президентского совета по содействию развитию институтов гражданского общества, глава «Института права человека» Валентин Гефтер, который и назвал представленный на обсуждение проект «некачественным», считает, что необходима альтернатива — как самому закону, так и процедуре реформирования МВД в целом. «Должна быть концепция реформирования — ее нет. Весь процесс должен быть другим — не выборочное включение или невключение в закон предложений, оставленных на сайте, а дальнейшее публичное обсуждение, в котором должны принять участие и разработчики из МВД, и правозащитники, и специалисты в области законотворчества», — перечислял Гефтер в беседе с «Газетой.Ru». Кремлевские правозащитники надеются «быть услышанными в администрации президента». «Конечно, это отложит принятие закона, затормозит этот парадный пробег», — добавил член президентского совета.