Пенсионный советник

Самый скучный терроризм

В прокат выходит «Самый опасный человек» Антона Корбайна с Григорием Добрыгиным в главной роли

Владимир Лященко 10.09.2014, 10:44
__is_photorep_included6208637: 1

В прокат выходит «Самый опасный человек» Антона Корбайна — один из последних фильмов с Филиппом Сеймуром Хоффманом и первая большая роль Григория Добрыгина в западном кино.

Место действия — Гамбург, портовый город, перекресток дорог, внешне тихая гавань, но именно здесь была спланирована террористическая атака, совершенная 11 сентября 2001 года.

Герои романа Ле Карре и фильма Антона Корбайна живут в мире после 9/11, в тени события, которое не предотвратили, проглядели, — годы идут, а незримое напряжение сохраняется.

Особенно среди тех, чья служба на первый взгляд как будто не видна. Таков Гюнтер Бахманн (Филипп Сеймур Хоффман) — глава специального антитеррористического подразделения, маленькой группы с размытыми полномочиями, отряда, которому дозволено действовать, выходя за рамки закона и процедур.

Пока ведомства поактивнее готовы схватить каждого, кто попадет в поле зрения, чтобы поставить галочку и отчитаться перед руководством, Гюнтер расставляет сети и терпеливо ждет.

Он не рассылает по городу штурмовые группы, а собирает информацию и предпочитает вербовать людей, а не арестовывать. Работа сложная, требующая цинизма и навыков психолога.

Найти хорошего парня, что станет между молитвами приносить информацию о своих единоверцах, убедить его в том, что, сотрудничая с тобой, он поступает правильно, а когда он испугается, нарисовать еще худший вариант развития событий, чем тот, что рисует ему собственный страх. Чередовать пряник и кнут, угрозы и «сочувствие», а затем глушить раздражение и тоску чем покрепче.

Когда камеры наблюдения выхватывают из толпы Ису (Григорий Добрыгин), измотанного бородача, явно попавшего в Германию без визы, Гюнтер не торопится схватить человека, которого российские коллеги аттестуют как опасного чеченского террориста.

Мало ли таких, а героя Хоффмана интересуют не те рыбы, что случайно заплывают в сети или обессиленно вываливаются на берег, непонимающе хватая воздух. Он охотится за крупными созданиями, живущими на виду и прячущими секреты где-то на глубине.

Для этой рыболовной истории хладнокровное кино Корбайна («Контроль», «Американец») внешне вполне подходит. Но чем убедительнее выглядит Хоффман, играющий роль так, словно актер уже знает, что обречен, тем очевиднее становится бездушный схематизм создаваемой режиссером конструкции.

Бывший клипмейкер, он тщательно выстраивает кадр, делит цвета и, кажется, совершенно не интересуется людьми на экране, если не надо решить, в какой угол фигуру поставить или какое пальто на нее надеть.

Как бы ни был хорош главный герой, многое о фильме сообщает сам факт того, что все персонажи гамбургской истории говорят по-английски, в том числе герои немецких актеров Нины Хосс (она выжимает максимум из предоставленного минимума) и Даниэля Брюля (он совсем превращен в деталь интерьера). Здесь собраны интересные артисты, но каждый предоставлен себе: Уиллем Дефо в роли банкира щерится ящерицей, наигрывает почти на кукольный спектакль (не хуже, чем у Уэса Андерссона), Рэйчел Макадамс в роли адвоката-гуманиста растерянно хлопает глазами, Робин Райт в роли акулы из ЦРУ и вовсе выступает в качестве карикатурного злодея, годного больше для пропаганды, чем для кино о подводных течениях.

Это совсем не похоже на другую недавнюю экранизацию Ле Карре — фильм «Шпион, выйди вон» Томаса Альфредсона: у шведа каждая персона из числа окружавших Гэри Олдмэна за минуту экранного времени превращалась в создание, за которым хотелось бы последить отдельно и подольше.

Здесь, кроме Хоффмана, следить нет смысла ни за кем. В том числе и за заглавным персонажем Добрыгина, который честно и качественно справляется с задачей ходить сначала с потерянным видом, затем с обеспокоенным, а в финале с обескураженным.

Оправдать все это можно, предположив, что так Корбайн иллюстрирует сюжет, в котором сложно устроенный герой Хоффмана проигрывает тупому миру и безжалостной машинерии зла. Но что толку от такого оправдания, тем более в мире, где не срабатывают даже более убедительные.