Я бывают разные

В прокате «Гадкий я 2» — голливудский мультфильм, снятый европейскими мультипликаторами

Universal Pictures
В прокате «Гадкий я 2» — голливудский мультфильм, раскрашенный французскими аниматорами. И претендующий на мировое господство — хотя бы в области кассовых сборов.

Суперзлодей Грю, говорящий с тяжелым славянским акцентом, но выглядящий при этом как ранимый французский интеллигент, окончательно перешел на сторону добра. Теперь у него три приемные дочери, респектабельный бизнес по производству желе и хорошая репутация в пригороде: ради своих девочек социопат то и дело устраивает пир на весь мир. В душе герой, однако, все равно несчастен.

Дела с вареньем у него идут не ахти, потому что верный доктор Нефарио даже из ягоды может делать только оружие массового поражения.

Дочери же все чаще задают вопрос, когда у них появится мама — а с отношениями у Грю проблем даже больше, чем у доктора Хоррибла из знаменитого веб-сериала.

К счастью, на другом конце света неизвестный злодей с помощью летающего магнита похищает русскую полярную станцию. На ней разрабатывалась сыворотка, способная кого угодно превратить в клыкастого монстра. Кто завладеет ей – тот будет править всем миром.

Поэтому на пороге Грю появляется симпатичная дурында из Антизлодейской Лиги и предлагает герою вместе поймать преступника.

Подозрения падают на мексиканского ресторатора, подозрительно похожего на Эль Мачо – легендарного негодяя, двадцать лет назад влетевшего верхом на акуле в жерло вулкана. Тело тогда, впрочем, не нашли.

Первая серия суперуспешного французского мультфильма, снятого под патронажем американской компании Universal, была достаточно драматичной историей о бытовом противостоянии мужских эго. Логика у главного героя была простой:

«Если мой сосед украл пирамиду Хеопса, то мне надо украсть Луну, или я лох».

К финалу Грю выходил из бессмысленной гонки с гордо поднятой головой, удочерял троих сирот и становился добропорядочным гражданином.

Во второй части такого мощного конфликта уже нет: сразу понятно, что следующий шаг остепенившегося злодея – найти невесту, а кандидатура в мультфильме всего одна. Зато упрощенный сюжет дает простор для отвлеченных шуток, и уж здесь «Гадкому я» равных среди мультиков нет.

Обаятельные желтобрюхие миньоны Грю исполняют гей-гимн YMCA, отвязно танцуют, поют балладу про труселя, наряжаются французскими горничными и чирикают на каком-то уморительном языке.

Харизматичный Эль Мачо пародирует всевозможные клише из американских комиксов и стереотипы о мексиканских страстях. Местные спецслужбы издеваются над «бондианой». По всему мультфильму рассыпаны оммажи – то Хичкоку, то классической фантастике, то «500 дням лета». Есть несколько ненавязчивых шуток про фашизм. Скучноватые герои-люди окружены невероятной живностью. Миньоны неотразимы настолько, что через год у них будет собственный мультфильм. Давно пора: таланта у этих пупсов – как у Чарли Чаплина, братьев Маркс, троицы Гайдая и ансамбля «Каламбур-шоу».

В США и Европе «Гадкий я» за лето собрал $753 млн; единственное, что удерживает его от повторения успеха миллиардной «Истории игрушек 3D» — запрет на прокат в Китае. Получается удивительная история:

мировое господство «взрослого» Голливуда никому не оспорить, но вот американские аниматоры все больше стремятся к союзу с Европой.

Все лучшие работы Pixar – «Рататуй», «WALL-E», «Вверх» — были сделаны с оглядкой на ценности Старого Света; последний даже показывали в Канне. «Гадкий я» и «Лоракс» и вовсе нарисованы аниматорами из французской студии Mac Guff под руководством двух режиссеров из Парижа. Детей на такое кино можно отпускать без опаски.