Пенсионный советник

Ленин и две мясные котлеты-гриль

«Москва-2017» в прокате

Полина Рыжова 11.09.2012, 14:00
Кадр из фильма «Москва 2017» kinopoisk.ru
Кадр из фильма «Москва 2017»

Вышел в прокат фильм «Москва-2017» — американо-российская фантасмагория о российской столице, засилье капитализма, псевдодемократии и рекламы. За минувший уикенд он возглавил российский прокат — впрочем, зрителям картина может и не понравиться.

На стыке 80-х и 90-х приличный молодой человек Миша Галкин (Эд Стоппард) заканчивает исторический факультет МГУ. Вовсю бушующий кризис постсоветской экономики быстро ставит крест на его будущем как ученого — он идет в рекламщики и достигает на этом поприще серьезного успеха. Знакомится с племянницей своего босса-американца Эбби (Лили Собески), влюбляется, ходит с ней по Москве за ручку и рассуждает об истоках маркетинга.

Вместе с Эбби они делают для ТНТ реалити-шоу «Экстремальная косметика», в котором главная героиня программы Вероника методом множества пластических операций должна превратиться «из коровы в лань». К ужасу Миши и Эбби, Вероника впадает в кому после первой же операции.

Россияне в едином порыве выходят на митинги с плакатами «Порезали Веронику!», требуют наказать виновных, СМИ делают из героини реалити-шоу икону борьбы с похуданием — и вот незаметно полнота становится модной.

Боссы производителей фастфуда ликуют, а Миша и Эбби понимают, что стали лишь пешками в чужой очень циничной капиталистической игре. Миша в ответ начинает маркетинговую войну против брендов, в частности фастфудовых.

Этот почти двухчасовой фантастический фильм сняли американский режиссер Джейми Брэдшоу и россиянин Александр Дулерайн — ученик создателя «Мастерской индивидуальной режиссуры» Бориса Юхананова, деятель «параллельного кино», по роду своей основной работы много лет продюсирующий почти все сериалы на телеканале ТНТ. Дулерайн и Брэдшоу в 2004 году работали вместе над комедийным коротким метром под названием «Офшорные резервы» — новеллой об импорте куриных окорочков и о том, куда приводит любовь к деньгам.

Для «Москвы-2017» Брэдшоу и Дулерайн не только написали сценарий, но и сами спродюсировали картину, а помогали им в работе тележурналист Александр Любимов и мэтр Дулерайна, театральный режиссер-новатор Борис Юхананов.

По внешним признакам «Москва-2017» очень похожа на американский блокбастер: в главных ролях Эд Стоппард (скуластый красавец из «Возвращения в Брайдсхед») и Лили Собески, сыгравшая Жанну д'Арк в одноименном фильме. Но в фильме о Москве будущего, разумеется, хватает и других хорошо знакомых лиц: в эпизодических ролях здесь выступили, например, Ингеборга Дапкунайте и Макс фон Сюдов. В саундтреке русские романсы, песни групп ВИА «Татьяна» и «Звери».

Получившийся результат производит сложное впечатление. Как если бы всем российским режиссерам от Михалкова до Серебренникова дать безразмерный сюжет, двух хороших голливудских актеров и задание вольно экранизировать «Generation П» Виктора Пелевина, скрестив его сюжет с выводами из «No Logo» антиглобалистки Наоми Кляйн, а на монтаже мелко порезать авторские новеллы в один большой и нарочито абсурдный стилистический салат.

В «Москве-2017» Собески на манер Аксиньи из «Тихого Дона» бежит по русскому полю и кричит невероятно озадаченному Стоппарду «Миша! Миша!». В следующей сцене по-прежнему озадаченный Стоппард сжигает зарезанную красную корову в строении, похожем на неправильно собранный зиккурат.

Помимо стилистических нелепостей интересно обратить внимание на образ России и в частности Москвы с точки зрения блокбастера с перспективами международного проката: Дулерайн, продюсирующий в том числе и комедийный сериал «Наша Russia» на ТНТ, в «Москве-2017» рассматривает известные российские проблемы с куда меньшим весельем и иронией, чем его подопечные с ТВ. Россия здесь — страна третьего мира; вместе с нашей страной маркетологи от фастфуда экспериментируют с населением Бразилии и Кении. Мишин босс Боб кричит, закидывая за шиворот очередную рюмку: «Ваша страна — фальшивый фасад», Миша добавляет: «И к тому же хреново сделанный». Мишина девушка Эбби утверждает, что все русские мужики — озабоченные козлы, именно поэтому все русские женщины ходят в одном нижнем белье.

Непохожий на озабоченного козла Миша покорно соглашается и с этим, но спасать весь мир от капиталистической заразы все равно ему, бедному русскому историку.

В укутанной смогом Москве, где люди занимаются сексом, стоя в пробке из автомобилей, главный герой рефлексирует на тему российского исторического прошлого:

самым гениальным маркетологом был Ленин, самыми успешными рекламщиками — Родченко и Маяковский, советская власть — это бренд, а КГБ — полиция бренда.

Однако остроумная трактовка истории на выходе превращается в нездоровые белогвардейские конвульсии — дескать, во всем, во всем виноват Ленин, «Ленин научил нас жрать дерьмо», Ленин заразил весь остальной мир опасным вирусом потребления. И вот Мише приходится в ярости смахивать коробки с фастфудом со стола и проклинать вождя мирового пролетариата.

Также в Москве 2017 года у горожан подозрительно высока степень гражданской активности: в случае чего они толпами выходят на улицу, могут, если что, и по голове двинуть. Казалось бы, вот он, заслуженный оммаж социально активной Первопрестольной от режиссеров фильма, но нет: любые стихийные массовые выступления, к сожалению, здесь есть лишь результат четко спланированного заговора крупных корпораций.

Кажется, проблема «Москвы-2017» в том, что двухчасовой фильм, развивающий идеи альтерглобализма и тезисы труда общественного деятеля Сола Алински «Правила для радикалов», плавно перетекающий из русла социальной критики в русло шаманской антиутопии, изначально играет на чужом поле — и не слишком удачно.

Создатели фильма пытаются продать фильм широкой публике как дорогой блокбастер об инопланетном вторжении в Москву (бодрый трейлер для ТВ и кинотеатров обозначает только хорошо узнаваемые голливудские лица и причудливых инопланетных тварей), настраивают потенциального зрителя на очередную несложную картину с дорогостоящей впечатляющей графикой. Правда, графика в «Москве-2017» действительно впечатляет, но ассоциируется она не с компьютерными эффектами фильма «День независимости», а скорее с мультипликационным творческим безумием мультфильма «Желтая подводная лодка». Не меньшее фиаско авторы терпят, пытаясь подмигнуть своей, «понимающей» публике, что перед ними упакованная в одежки блокбастера левая антиутопия с претензией на интеллект: когда в картину впихивают сотни смыслов, сам фильм, как правило, превращается в бессмыслицу.