Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Свобода, равенство и сестринство

17.04.2003, 19:58

Когда мужчина, комментируя принятый в первом чтении закон о равенстве полов, говорит, что закон этот, дескать, противоречит здравому смыслу, мужчина имеет в виду, что закон противоречит мужскому здравому смыслу, то бишь проявляет себя отвратительным шовинистом и в приличной стране был бы предан остракизму.

Человек, полагающий, что, если женщине можно управлять страной и получать равную с мужчиной зарплату, тогда надо ее и в армию призывать и на пенсию не отпускать раньше, только кажется себе остроумным, а на самом деле жить хочет в казарме.

Вы играли когда-нибудь с ребенком в шахматы? Ребенок ведь, вероятнее всего, хуже вас играет в шахматы. Поэтому еще до начала игры надо дать ребенку фору. Например, играть вам без ладьи или даже без ферзя, чтобы лишняя фигура у ребенка уравновешивала ваше преимущество в опытности и хитрости.

Вы, конечно, можете сказать, что правила для всех равны, но тогда вам будет неинтересно играть с ребенком в шахматы, потому что вы его слишком легко обыграете, а ребенку тоже будет неинтересно играть, потому что слишком быстро придется сдаться. И еще ему будет обидно играть с вами, потому что он-то рассчитывал на снисходительность и любовь с вашей стороны, а вы, оказывается, просто хотите показать ему, что вы сильнее.

Иными словами, играя с ребенком, фору ему дают для того, чтобы оба игрока, взрослый и ребенок, могли насладиться игрой, а не просто чтобы взрослый самоутвердился за счет ребенка. Иными словами, равенство взрослого и ребенка за шахматной доской – это когда у взрослого недостает ладьи или даже ферзя.

Так вот, равенство полов, я считаю, достигается предоставлением привилегий женщинам.

Давайте рассуждать так: мужчина и женщина равны, верно? При этом женщина умеет рожать детей, а мужчина не умеет, верно? Для осуществления этого своего умения без ущерба для общественного своего положения, благосостояния и карьеры женщине нужны привилегии, верно?

Тут мне уже слышатся голоса оппонентов. Дескать, глупо же давать женщинам квоту в Государственной думе. Дескать, на высокую должность в министерстве финансов надо брать лучшего финансиста, а не бабу. Давайте рассмотрим на примере.

Автомобиль умеет только ездить, а самолет умеет летать. Для того чтобы летать, самолету нужны взлетные полосы, авиадиспетчеры и высокооктановое топливо. Зато самолет умеет летать. И что же вы, дорогой читатель, подумаете, если узурпировавшие власть автомобили скажут вдруг, что не надо строить взлетных полос, пусть самолеты на общих основаниях взлетают с шоссейных дорог? Вы полетите в самолете, если взлетать он будет с Кутузовского проспекта? Не покажутся ли вам автомобили тупыми варварами, если они выступят вдруг в том смысле, что не надо нанимать специально для самолетов авиадиспетчеров и метеослужбу, а пусть самолеты летают, ориентируясь по дорожным указателям и в любую погоду, как автомобили? Полетите ли вы на самолете, если предупредить вас перед вылетом, что пилот не знает, есть ли на пути ураган или нету? Полетите ли вы, если вам сказать, что самолет никто не ведет с земли? Сядете ли вы, дорогой читатель, в самолет, если предупредить вас, что лететь он будет на 95-м бензине?

Почему вы считаете справедливым, что самолетам предоставляются привилегии, чтобы они летали, и не считаете справедливым, чтоб женщинам предоставлялись привилегии, чтобы они рожали детей?

На самом деле квота для женщин в Государственной думе нужна только затем, чтобы несколько выборов подряд приучили партийных лидеров вносить в списки женщин. А лет через двенадцать квоты можно отменить, будучи совершенно уверенным, что 40% женщин пройдет теперь в Думу без всяких квот.

Начальник, уволивший женщину, должен доказать, что уволил ее не по половому признаку, в первую очередь, чтобы доказать это самому себе. Тогда через несколько лет он действительно научится сокращать сотрудников не по половому признаку, а исходя из их профессиональных качеств. Тогда доказательства можно отменить, ибо предубеждение будет преодолено.

И последнее – шовинистом быть стыдно.