Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

10 миллионов жизней

07.03.2013, 12:21

Алексей Михайлов о путинской демографической политике и мировых демографических трендах

26 февраля 2013 года Владимир Путин провел заседание совета по реализации приоритетных нацпроектов и демографической политике. Действительно, надо было объясниться, а то получилась неувязочка. Только недавно в президентском послании Путин назвал прекращение убыли населения России «нашим ключевым достижением». А по завершении года выяснилось, что ключевое достижение не достигнуто: по итогам 2012 года все-таки зафиксирована естественная убыль населения. В незначительном размере — всего 2,6 тыс. человек, но убыль.

Поцелуй смерти

Отрицать очевидное невозможно, поэтому были применены стандартные приемы пропаганды. В вину естественная убыль населения России была поставлена министру труда Максиму Топилину. Не тем занимался министр! Надо было ему бросить все и лично решить проблему... Министр признал, что ошибся с предположениями. А после этого надо было потопить все в словах и перекрыть новым ярким образом. Что ж, и слов было произнесено много, и образ найден.

«...международные эксперты, в том числе работавшие по линии ООН, предсказывали вообще достаточно тяжелые времена для России. По прогнозу экспертов ООН, который был сделан в 2000 году, население России к настоящему времени должно было бы сократиться до 133 млн человек. То есть нам пророчили, по сути, необратимое вымирание. Мы не дали себя деморализовать такими прогнозами, запустили системные демографические проекты, и сегодня население России, как вы знаете, — 143 млн человек – на десять миллионов больше, чем предсказывали эти самые эксперты. Десять миллионов жизней – это успех». В. Путин

Главное – найти, с чем сравнить. С ошибочным прогнозом ООН. Но мы не дадим «деморализовать себя» чужими ошибками! Вот какие мы молодцы! А если сравнивать с чужой ошибкой, то наши достижения будут так велики и наглядны...

Прогноз ООН делается по стандартной методике для почти 200 стран мира. И эксперты не очень углубляются в конкретные особенности стран. Для России, например, ими явно были проигнорированы демографические волны — эхо второй мировой войны. Эксперты спрогнозировали общий понижательный тренд (в чем не ошиблись), но не учли специфику повышательной демволны.

Сегодня рожают внуки послевоенного беби-бума, а умирает от старости рожденное во время войны и голода 40-х годов малочисленное поколение.

Два тренда пошли навстречу друг другу — растущая численность рожающих женщин и падающая численность умирающего от старости поколения.

Ситуация — прямо обратная той, которая была в 90-е годы. Тогда на демографическом графике нарисовался «русский крест»: кривая рождаемости резко пошла вниз, а смертности — вверх. Они пересеклись и разошлись довольно далеко. Смертность заметно превысила рождаемость, началась естественная убыль населения. Потому что рожали малочисленные внучки 40-х годов, а умирало многочисленное предвоенное поколение. В нулевые годы — ровно по тем же самым демографическим причинам — эти две кривые развернулись и сейчас почти соприкоснулись. Обратный русский крест — еще пока не нарисовавшийся (пересечения пока так и не случилось), только наметившийся.

Не неудачные реформы 90-х виноваты в демографическом провале и не «мудрая политика партии» — в демографических достижениях нулевых — десятых годов. А естественные процессы движения населения. Не стоит поддаваться иллюзиям и искать поверхностные политические объяснения.

И — увы! — я уверен, что нарисован этот крест не будет. Вполне возможно, что в этом, 2013 году все-таки будет зафиксирован естественный прирост населения. Может быть, он будет и в 2014—2015 годах. Но дальше кривые опять разойдутся, едва соприкоснувшись, вновь заставляя вспомнить о «русском кресте». Все, что мы увидим на графиках, — «поцелуй смерти», соприкосновение рождаемости и смертности на несколько лет. Инерция позитивных демографических волн будет исчерпана, и со второй половины десятых годов с новой силой возобновится естественная убыль населения страны.

Успех политика — это позитивный результат каких-то его действий. А когда все происходящее исчерпывающе объясняется объективными, не зависящими от политика трендами, это нельзя называть успехом. Максимум — везением. Политику повезло жить в это время. Но это не его заслуга.

Скачок фертильности в мире

Была и вторая причина ошибки в прогнозе ООН. Демографы не могут точно объяснить и предсказать динамику рождаемости и фертильности (число детей на 1 женщину детородного возраста 15-49 лет, в России его называют по-разному, поэтому буду придерживаться английского названия, это короче). Не могут нигде — ни у нас, ни в мире. Они всегда «под гипнозом» тренда последнего десятилетия.

Чисто математически для простого воспроизводства поколений необходим коэффициент фертильности около 2,1. То есть примерно столько должно быть детей в средней семье, чтобы численность населения не уменьшалась.

Весь послевоенный период фертильность в развитых странах постоянно падала: с 2,8 в начале 50-х годов до 1,56 — в конце 90-х. Критический рубеж воспроизводства поколений был пройден еще в конце 70-х годов.

Казалось, тренд очевиден, и ему было придумано множество объяснений.

И вдруг, неожиданно для всех, тренд развернулся. Именно в нулевые годы. И фертильность в развитых странах мира пошла вверх: последние данные — 1,66. Конечно, рост небольшой, но уже длительный, фертильность вернулась к уровню начала 90-х годов.

Все такие стройные и логичные теории в описании динамики рождаемости пришлось срочно корректировать. На сегодня нет единого, устоявшегося объяснения такого разворота тренда. Одним влиянием миграции этого точно не объяснишь.

Ошибка экспертов ООН 2000 года касалась не только России, но и всех стран развитого мира. И кто знает, не делают ли они сейчас новую ошибку?

Скачок фертильности в России

Конечно, не всю демографическую динамику в России можно объяснить только динамикой численности поколений — собственно самими демографическими волнами.

Россия совершила впечатляющий скачок в коэффициенте фертильности: с 1,157 в 1999 году до 1,6 — в 2011-м. Прирост — 38%.

Понятно, что демпрограммы власти тут ни при чем: они начались только с 2007 года. А российские матери прямо с 2000 года воспряли духом и начали рожать и рожать, глядя на нового такого молодого и энергичного лидера страны. И чем дальше — тем с большим энтузиазмом... В этот мистический феномен действительно придется поверить, если мы не найдем ему естественного объяснения.

В поисках ответа я просмотрел динамику фертильности более 40 крупнейших стран мира. Скачок в фертильности в России действительно большой — значительно сильнее среднеевропейского. Но не рекордный. Скачок фертильности:

— в Болгарии в 1997–2009 годах — 44%,
— в Эстонии в 1998–2008 годах — 39%,
— в России в 1999–2011 годах — 38%,
— на Украине в 2001–2009 годах — 35%,
— в Швеции — 34%,
— в Чехии — 33%,
— в Словении — 33% и т.д.

Что же, в каждой из этих стран завелось по своему секс-символу в лидерах страны? Ничуть не бывало.

Не возьмусь объяснять каждый из страновых случаев в отдельности, но одна общая закономерность бросилась в глаза. Самый большой скачок в фертильности произошел в тех странах, где она была самой низкой в конце 90-х годов. Ниже российского 1,16 фертильность была только:
— в Латвии — 1,12,
— в Чехии — 1,13,
— на Украине — 1,08,
— в Болгарии — 1,09.

Россия была в нижней пятерке стран по фертильности в конце 90-х годов — и оказалась в первой пятерке стран, скачком увеличивших свою фертильность в нулевые. Это эффект сжавшейся пружины: чем сильнее она сжата, тем сильнее будет толчок.

Оказывается, никаких уникальных рекордов в росте фертильности Россия не поставила. Все в рамках общей закономерности, и нет ничего, что можно было бы объяснить неким «фактором Путина». Более того, именно

совпадение общих демографических трендов братских народов — России, Украины и Белоруссии — как раз доказывает отсутствие какого-либо необъясненного фактора в демографической динамике России.

Более того, можно даже обратить внимание на отставание России от своих ближайших соседей. Рассчитаем силу скачка, т.е. средний темп роста фертильности в годы, когда фертильность росла. Обнаружим следующие данные:

— Россия — 2,7% в год. Если принять на веру предварительные данные за 2012 год, озвученные министром труда Топилиным (коэффициент фертильности в России — 1,7), то рост будет все равно менее 3% в год.
— Япония — почти 5% в течение последних 3 лет. Но это так далеко от нас и недолго, может — случайно?
— Белоруссия — 3,8% за 7 лет. Скачок фертильности начался в 2005 году и продолжается до сих пор.
— Украина — 3,9% за 9 лет.
— Эстония — 3,4% за 10 лет.

Глядя на эти данные, впору задаться другим вопросом. Не «Почему в России так резко выросла фертильность?», а «Почему скачок фертильности был таким вялым?». Тут как раз и сказывается недофинансирование и бюрократизация медицины, деградация системы дошкольного воспитания, невысокие пенсии, повышенная смертность от дешевых водки и табака и т.д. – все хорошо известные нам черты современной российской действительности.
Но почему, откуда взялся этот скачок?

Есть еще одна закономерность. Колебания фертильности в советско-российской статистике в основном совпадают с колебаниями общей рождаемости. Из этого следует такая интуитивно понятная закономерность: каждое следующее поколение имеет детей столько же или меньше, сколько и их родители (в семье из скольких детей они сами выросли). Но не больше. Проверьте на себе и своих знакомых. По крайней мере в пяти поколениях моей семьи (конец XIX — начало XXI века) это было так.

Малодетность 40-х годов (война и послевоенный голод) имеет свое эхо в падении фертильности в 60–70-х годах, а затем второе эхо — в 90-х — начале нулевых. И становится понятен общий долгосрочный мировой тренд снижения фертильности. И рост фертильности в нулевые годы, вместе с повышательной демволной.

За 10 миллионов жизней нам надо благодарить не президента, а наших родителей и предков.

Что дальше?

Сегодняшний прогноз ООН по фертильности вполне однозначен: она будет в развитых странах постепенно возрастать до заветных 2,1 — к концу этого века. А в развивающихся странах — наоборот, постепенно падать до уровня 2,1 и даже ниже – до 2.

Почему так? Да, в общем, не почему. Так красиво и политкорректно. Соответствует «правилу последнего десятилетия».

Численность населения мира стабилизируется, не будет ни расти, ни падать. Умирающие поколения будут полностью замещаться новыми. Демографический потенциал основных регионов мира в основном совпадет, не будет повода для конфликтов и жизненного неравенства.

И закону растущей энтропии соответствует: все выравнивается. Это так успокаивающе...

Но жизнь, несомненно, богаче любых теорий. И вот мы видим новый разворот в динамике фертильности: после периода роста она разворачивается и начинает падать. Пик фертильности был пройден многими странами в 2007–2008 годах. Что это — новая тенденция?

Тут нет никакой закономерности магического «2,1». Только в США и Новой Зеландии разворот пришелся около этой цифры. А Украина, Литва, Румыния, Сербия, Испания, Португалия — в точке разворота не дотянули даже до среднеевропейского 1,55.

На Украине скачек фертильности продолжался 9 лет, в Эстонии — 10. А в Германии фертильность растет последние почти 20 лет, в Дании — 30 лет. Никакой закономерности в уровнях и сроках роста фертильности вывести невозможно.

Наиболее вероятна стабилизация коэффициента фертильности развитых стран на каком-то уровне. Но очень вряд ли этот уровень дотянет до ООНовских 2,1. Исходя из предположения затухающих колебаний (на что очень похоже), он остановится для развитых стран где-то на уровне 1,6–1,8. С разбросом по странам 1,4–2,0.

В любом случае это заметно ниже уровня простого воспроизводства. Что будет означать депопуляцию (снижение численности населения) этих стран. Включая Россию. Что бы наша власть ни делала, какие бы демпрограммы ни объявляла. Будь она тоталитарной или демократической.

Но опять же, обращаю внимание читателя, что это всего лишь игры со статистикой. Никакой серьезной, устраивающей меня самого теории под этот уровень — даже под предположение о стабилизации уровня фертильности — я предложить не могу...