Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Неугомонный из Парижа

25.12.2008, 10:28

В европейской политике нет лидера, больше нацеленного на достижение результата, чем Саркози

Если бы среди европейских политиков выбирали «человека года», сомнений в кандидате-2008 не возникло бы. Более активного и яркого во всех смыслах лидера, чем Никола Саркози, в Старом Свете не было давно.

В начале февраля Саркози сочетался законным браком со светской дивой Карлой Бруни.

Бурный роман президента был главной политической новостью предшествующих месяцев, которая чуть не затмила даже мощную волну забастовок госслужащих, протестовавших против пенсионной реформы.

В какой-то момент показалось, что стачка сметет правительство, но вдруг накал снизился, и конфликт перешел в переговорную фазу. Забастовки в разных секторах экономики продолжались в течение всего года, однако политической угрозы уже не представляли. Важную роль сыграло поведение президента, который продемонстрировал твердость в отстаивании позиции, но в то же время готовность к компромиссам по деталям.

Весной Никола Саркози направил свою недюжинную энергию на продвижение проекта Средиземноморского Союза, призванного сделать Париж центром масштабного регионального объединения и поднять престиж Франции в Европе. При этом он попытался резко сместить баланс интересов в ЕС и испортил отношения с главным европейским союзником – Германией. Ангела Меркель сделала все, чтобы свести планы соседа к очередному широковещательному, но лишенному финансовой базы начинанию.

После этого германо-французский локомотив интеграции, по выражению одного европейского чиновника, был «надежно припаркован в депо». Многие заметили, что на 90-летие окончания Первой мировой войны (эту дату Европа широко отмечала в ноябре) Меркель отправилась не в Париж, а в Варшаву. Зато Саркози, к удивлению многих, нашел нового союзника – Великобританию, с которой у Франции традиционно отношения складывались весьма непросто.

Возражения Парижа против предоставления Украине и Грузии планов действий по членству в НАТО стали одной из причин неудачи саммита альянса в Бухаресте и раздосадовали администрацию Джорджа Буша, с которым у Саркози вроде бы установились хорошие отношения. В то же время Сарко порадовал заокеанского союзника увеличением французского контингента в Афганистане.

С 1 июля Франция заняла место председателя Евросоюза, а ее президент официально стал на полгода «президентом Европы». Предполагалось, что в центре внимания будут проблемы, связанные с ратификацией нового базового договора ЕС, – в июне его отклонили на референдуме граждане Ирландии. Париж также собирался активизировать переговоры с Россией, решение о начале которых наконец-то приняли в июне. Но спокойного председательства не получилось.

Кавказская война сломала повестку дня, а финансовый коллапс сделал Саркози полноценным кризис-менеджером. Поведение французского президента в августе оценивают по-разному, но нельзя не отдать ему должного – без Саркози политические последствия грузинского кризиса могли быть намного более тяжелыми.

И именно ему Евросоюз обязан возможностью представить грузино-российское урегулирование в качестве своего триумфа. Возобновление диалога с Россией на саммите в Ницце также стало во многом заслугой лидера Франции.

Основные усилия Европы по преодолению экономических неурядиц еще впереди. Однако главное с точки зрения позиционирования себя и своей страны Никола Саркози уже сделал: объявил об окончании эры либерального капитализма и, соответственно, подчеркнул правоту французского дирижизма, а также созвал форум в Эвиане, дабы застолбить место будущего европейского реформатора мировой архитектуры номер один. Наконец, на саммите ЕС в декабре вроде бы достигнут компромисс по Лиссабонскому договору – ирландцы переголосуют в обмен на некоторые уступки.

Под конец искрометного председательства Саркози все-таки постигла обидная неудача. Пекин отказался от ежегодного саммита ЕС – КНР в знак протеста против встречи французского президента с далай-ламой. Сарко попытался представить и это как триумф себя и Европы – мы, мол, принципами не торгуем. Однако аплодисментов от других европейцев он не дождался: Китай сейчас слишком важный партнер, чтобы ставить под угрозу отношения ради красивого жеста.

Как заметил один знаток французской политической кухни, 1 января перед Елисейским дворцом встанет серьезная проблема: формального права говорить от имени всей Европы у Парижа уже не будет (председательство переходит к Чехии), а Сарко только вошел во вкус…

Никола Саркози никого не оставляет равнодушным. Артистический и кажущийся временами нарочитым стиль поведения французского президента, его неуемная энергия, напористые манеры и готовность в любой момент перетянуть одеяло на себя, как правило, вызывают раздражение. Гиперактивную внешнюю политику Саркози трудно считать эффективной (плоды обычно много скромнее затрачиваемых усилий), но в то же время ее не назовешь и неудачной. Во всяком случае, при нынешнем президенте присутствие Парижа не только в европейской, но и в мировой политике стало более заметным, а то, что из трех амбициозных проектов что-то получается из одного, все равно результат лучше, чем у многих других.

Никола Саркози зациклен на идее превратить Францию в европейского лидера, чем не отличается от своих предшественников. Сарко, однако, играет на всех направлениях одновременно.

Он торгуется с США об условиях возвращения в военную организацию НАТО и даже готов посылать больше солдат в Афганистан, чтобы стать главным американским партнером в Старом Свете и усилить европейский компонент в альянсе. Он конструирует многоформатные отношения с Россией, используя партнерство с Москвой также для укрепления своих позиций в Европе и создания противовеса Соединенным Штатам, но при этом пытается найти общий язык со странами, занимающими наиболее антироссийские позиции. Наконец, неудавшийся проект Средиземноморского Союза должен был превратить Францию в ключевого игрока обширного ближневосточного региона.

Подобные разнонаправленные действия создают Парижу больше недругов, чем союзников. Особенное неприятие вызывает, конечно, стремление Саркози оборачивать себе на пользу любую идею и всякую ситуацию. Можно вспомнить историю 2007 года с освобождением из ливийской темницы болгарских медсестер. На протяжении долгого времени этой драматической историей занимался весь Евросоюз. Когда же забрезжил свет в конце туннеля, появился французский президент, который в свойственной ему манере устроил пышное шоу с личным вывозом пленниц.

Более свежий пример: пообщавшись с Дмитрием Медведевым на любимую тему российского президента – европейская архитектура безопасности, – Никола Саркози объявил о желании созвать в 2009 году саммит ОБСЕ. Понятное дело, что это будет уже французский проект, не дополняющий российский, а конкурирующий с ним.

Французскому президенту удается далеко не все из того, чего он хочет, и следующий год обещает стать очень трудным. Тем не менее

в европейской политике сегодня нет лидера, больше нацеленного на достижение результата, чем Саркози.

На фоне углубляющихся внутренних противоречий в ЕС, а финансовый кризис показал серьезные разногласия между ведущими странами относительно путей его преодоления, эффект активности президента Франции может быть противоположным. С одной стороны, без сверхусилий осуществить прорыв не получится. С другой – излишняя напористость способна окончательно подорвать хрупкое европейское взаимопонимание.

Как бы то ни было, Саркози, без сомнения, человек года в политике Старого Света.