Цивилизация
Владимир Путин продолжает закручивать виртуальным гаечным ключом невидимую гайку, с которой сорвана резьба: на Госсовете он предложил отменить суды присяжных в регионах, ввести уголовную ответственность за нарушения паспортного режима, воспитать в гражданах российский патриотизм по примеру советского.
По всему видно, что величайшая геополитическая катастрофа XX века так и не отпустила «национального лидера».
Потому что в крушении «новой исторической общности – советского народа» он видит причину межнациональных противоречий, а панацею от бед интуитивно ищет в ужесточении паспортного режима. Что естественно – автор и исполнитель методики ручного управления, готовый даже поставить мониторы, на которых отражается строительство домов для погорельцев (кстати, вполне себе выгодный бизнес), естественным образом, с помощью сталинского паспортного режима желает контролировать каждую человекоединицу в стране.
Возможно, забыв о презумпции невиновности по отношению к делу Ходорковского, выпускник юрфака Университета имени А. А. Жданова мог и запамятовать о ст. 198 УК РСФСР – нарушение паспортных правил (то есть проживание без паспорта или без прописки после двух административных взысканий), которую для пущей убедительности и удлинения сроков лишения свободы советское обвинение любило присобачить к статьям за антисоветчину. Например, подобным образом сажали известного диссидента Анатолия Марченко. Когда же мир чистогана вторгся на наши девственные равнины, статья эта была исключена из УК РФ, и вот теперь премьер предлагает ее восстановить. Вероятно, забыл глава правительства и о том, какие золотые слова, достойные фон Хайека с фон Мизесом, он произнес на встрече с фанатами: «Только открытая страна может иметь шанс на успех – открытая и по рынку труда, и по образованию, и в спорте (все три позиции предполагают отсутствие прописки или жестких регистрационных правил. – А. К.). А открытая страна не может быть националистической».
С особенностями советского уголовного законодательства связано и то обстоятельство, что, по мнению Путина, «советской власти удалось создать обстановку межэтнического и межконфессионального мира». Знаете, это все равно, что утверждать, будто при советской власти не было инфляции, потому что регулировались цены. Как только цены отпустили, вся накопленная за долгие годы латентная инфляция пролилась отнюдь не золотым дождем. Так и здесь –
жесточайшие межнациональные противоречия, копившиеся годами и временами прорывавшиеся в публичных акциях и терактах, взорвали в результате СССР изнутри.
К тому же лагеря и тюрьмы были заполнены националистами разных мастей – русские диссиденты исправлялись в местах не столь отдаленных вместе с литовскими, армянскими и прочими националистами. Русские же националисты – из числа «несистемных», не получавших писательских пайков по линии «Молодой гвардии» или «Нашего современника», тоже огребали от родного КГБ немалые сроки. Достаточно вспомнить, просто для примера, дело конца 1960-х Всероссийского социал-христианского союза освобождения народа (ВСХСОН). Только не в пример сегодняшним дикарям, с монтировками бегающим по городам и весям в поисках нерусского фенотипа, руководители того же ВСХСОНа были представителями гуманитарной и технической интеллигенции. 8 лет строгого режима получил в 1974 году и В. Н. Осипов, издатель националистических журналов «Вече» и «Земля». Так что, да, межнациональный мир сохранялся, но с помощью репрессивной машины, которая работала бесперебойно. О причинах такого внимания к национализму в одном из писем жене из лагеря в начале 1970-х писал знаменитый диссидент Кронид Любарский: «Лагерь четко демонстрирует, что в Советском Союзе сидят в первую очередь за национализм. Это враг № 1 тоталитарного строя, чурающегося всякого плюрализма».
Суд присяжных – тоже давняя проблема, и курс на его постепенное упразднение становится с годами все более очевидным. Просто этого немного стесняются, а Владимир Путин прямо говорит о «неэффективности» суда.
Некоторые решения суда присяжных, из юрисдикции которого уже вывели дела по ряду составов преступлений, в частности, о терроризме, на региональном уровне принимаются, сказал Путин, исходя из клановых или этнических интересов. Связь примерно такая же, как между Бесланом и упразднением процедуры выборов губернаторов. Конечно, федеральной власти было бы проще, если бы суды присяжных, «укрупненные» и выведенные на уровень округа, были подчинены интересам не многих, а одного клана. И этот клан мы знаем…
В общем, премьер-министр, находящийся в творческом поиске лекарств от всех болезней в советской правоприменительной практике, продолжает тянуть страну и общество в прошлое. Эти самые лекарства, возможно, и подействуют, но устранят исключительно внешние проявления болезни, а не их причины. И это еще в оптимистическом варианте. В пессимистическом – они только усугубят те же межнациональные противоречия. Не говоря уже о том, что администрировать паспортный режим и принимать «правильные» решения в отсутствие судов присяжных нынешняя насквозь коррумпированная управленческая система не сможет.
