Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Рынок прав и право рынка

04.04.2005, 14:13

Можно ли выиграть иск и проиграть кампанию? Можно. Именно так произошло в деле «Кирилл и Мефодий» против библиотеки Мошкова.

30 марта Останкинский суд вынес решение по иску фантаста Эдуарда Геворкяна к владельцу www.www.lib.ru Максиму Мошкову. Иск подан был при участии компании «КМ Онлайн» к сетевой библиотеке www.www.lib.ru и еще ряду сетевых публичных библиотек. Истцы требовали крупной денежной компенсации за помещение в открытый доступ в библиотеках ряда текстов. Иск к Мошкову не был первым в священной войне группы «Кирилл и Мефодий» против сетевых пиратов. Большая часть этих исков были выиграны в первой инстанции. Предоставление текста Геворкяна библиотекой в открытом доступе в 2002–2003 годах также было признано контрафакцией, сайту использовать текст запрещено, а с Максима Мошкова судебная инстанция постановила взыскать компенсацию потерь истца.

Казалось бы, в сфере авторского права в России происходят серьезные события. Можно поздравить КМ с оглушительными победами в борьбе с нецивилизованным пиратством и присвоить Эдуарду Геворкяну почетное звание контр-адмирала антикаперского флота. Вести о победах не скрываются, однако общественного признания или громкого негодования отчего-то не слышно. Иск к Максиму Мошкову, основателю самой известной публичной сетевой библиотеки, должен был стать вершиной кампании КМ. Отчего же проигрыш «пирата № 1» в суде, который еще год назад выглядел опаснейшим прецедентом, воспринимается как курьез и новость явно не первой величины?

Дело не только в сумме компенсации истцу Геворкяну — суд постановил выплатить ему три тысячи российских рублей (судя по всему, в эту сумму входят и судебные издержки тяжущихся, в том числе расходы на такси до суда самому Геворкяну, оплата его расходов на юристов, а также оплата работы соратников из КМ и ООО НП НОЦИТ — весьма странной организации, участвовавшей в поддержке иска).

Дело в тех изменениях, которые произошли в сфере авторского права за то время, пока дело «Геворкян против Мошкова» лежало на столе судьи Останкинского суда.

Тема соблюдения авторских прав практически исчезла из сферы общественного интереса. Несмотря на то что попытки начать дискуссию предпринимались неоднократно и приглашений на круглые столы и семинары на тему авторского права, особенно авторского право в интернете, было больше, нежели призывов немедля создать оппозиционный фронт против Путина или запретить ему перекрывать дороги при проезде по Кутузовскому проспекту. Однако борцы за неуклонное соблюдение авторских прав выглядят сейчас такими же безобидными, но назойливыми индивидуумами, как организаторы семинаров по бухучету, ежедневно приглашающих их посетить за те же 3 тыс. руб. всех — от любителей порнографии до сотрудников администрации президента — в вездесущем спаме.

Дело в том, что ни одному из пламенных борцов за копирайт не удалось создать ничего похожего на бизнес-модель, которая позволяла бы получать существенную прибыль за счет строгого соблюдения авторских прав или за счет вторжения на территорию «обычного права».

Все попытки заработать что-либо существенное на борьбе с пиратством потерпели в России провал. Наиболее показательна ситуация в области важнейшего для московского среднего класса искусства — кино, а точнее, DVD. За прошедший год ассортимент любой московской торговой точки, продающей DVD, вырос на порядок. Причем, это касается не только нелицензионной продукции: продавцы в основном контрафактной продукции в последнее время не с меньшей охотой торгуют и лицензионными дисками, если получают к ним доступ. Однако и популярность кинотеатров в Москве за последний год также существенно выросла. Сложно судить, что за чем следовало. Но факт остается фактом: совместная деятельность почти без всякой борьбы пиратов, изготовителей лицензионных DVD и кинотеатров позволила существенно расширить весь рынок.

Просто владельцы авторских прав, как это и предполагалось, прекратили наконец попытки выжать с рынка абсолютно все деньги и сосредоточились на подготовке «первой продажи» — одновременного показа кинофильма в кинотеатрах и почти без паузы выпуска DVD по приемлемой цене. Не было совершенно никакого смысла покупать «Турецкий гамбит» у пиратов — Первый канал и его структуры сделали все, чтобы мне не пришлось покупать в подземном переходе экранную копию с плохим звуком. Вне зависимости от того, попал я в кинотеатр или нет.

Где же место пиратов на этом рынке? Там, где и предполагалось. В первую очередь, они продают то, что сами правообладатели в массовую продажу выпустить не удосужились, также они там, где рынок слишком мал, чтобы возиться с массовой дистрибуцией, вести дорогую рекламную кампанию, тратиться на необычную полиграфию упаковки. Во вторую очередь пираты за счет низких цен и записи в невысоком качестве нескольких фильмов на один диск обеспечивают покупателей фильмами дешевле, чем стоимость билета в кинотеатр. Наконец, третий столп пиратства — это «узкие ниши». Ретроспектива украинского кино или малоизвестные гонконгские боевики, авторы которых, вероятно, никогда бы в жизни и не предположили, что в далекой Москве они кому-либо могут понадобиться. Или переводческие пародии Гоблина — ни один из правообладателей «Властелина колец» не пожаловался на совершенно не скрывающегося автора в суд.

У них нет времени считать эти некрупные и неуловимые деньги — проще заработать на новом фильме на рынке в России и во всем мире.

При этом всякий, кто бывал за пределами России, знает, что пираты в немалых количествах существуют и там. И, хотя индустрия преследования нарушителей авторских прав в Европе и США работает как часы, пираты вполне процветают. И в тех же нишах, с поправкой на местную специфику: фильмы не первой свежести, дешевые копии низкого качества, узкие, по большей части «этнические» ниши — DVD и музыка на языках от польского до суахили.

То, что происходит в области кино, повторяется немного в другом виде и в индустрии программного обеспечения (самые свежие релизы или продукция для профессионального использования — от правообладателей, архивные программы и их старые версии, сборники, негарантированное качество — у пиратов).

Похоже, не миновала корректировка понятия «авторское право» и литературу. Она повлияла на издателей и на их политику. Можно поделить издающуюся в России новую художественную литературу на три части. Первая — «коммерческая литература», или, если хотите, «хобби-литература». Ее отличительные свойства — четкое позиционирование на рынке как чтива, ориентация на целевые группы («дамские романы», «иронический детектив», «космическая фантастика и фэнтези», «убойный отдел»), низкие временные и материальные затраты авторов и издателей, ориентация на «сериал». Эту литературу достаточно бессмысленно защищать от контрафактного использования, как бессмысленна таковая защита в отношении родственных ей кроссвордов: украденное «художественное произведение» имеет ценность «здесь и сейчас», первый тираж книги является, как правило, последним, и жизнь ее для издателя заканчивается с его распродажей.

Вторая категория — «литература бестселлеров», то есть обычная составляющая книжный поток художественная литература. В отличие от предыдущей, теоретически авторам и издателям таких книг защита авторского права необходима. Правда, не от пиратов, случаи кражи рукописи из редакции и печати их в подвале в Пензе единичны, а друг от друга — в порядке войны издателей за автора.

Кстати, все чаще стратегия «первого выпуска», столь популярная среди киномэйджоров, применяется и для продвижения на рынок «литературы бестселлеров». И это позволяет предположить, что место для пиратов есть и на этом рынке, причем такое место, которое в перспективе крупные издательства интересовать не будет. Зато именно эта литература, а также литературные «архивные» произведения интересуют «пиратов» из интернета. И именно они делают рядовой книжный магазин «библиотекой навынос»: книгу покупают, если она нужна и/или будет перечитываться, для одноразового чтения существует интернет, библиотека и друзья.

Наконец, третья категория — «литература шедевров». Это настоящие бестселлеры, двадцать-тридцать книг в год. Именно вокруг них в основном разворачиваются скандалы в интернете: в отличие от фильма, текст книги не бывает «плохого качества», и публикация в сети может снизить продажи. Однако подобных прецедентов за последний год просто не было. Тут защита авторского права серьезна и кары, которые можно накликать на свою голову, велики.

С этой точки зрения иск Эдуарда Геворкяна к Максиму Мошкову выглядит вполне анекдотично. По сути, автор из разряда «литературы хобби», серийной фантастики, хотя и не худшей, позиционирует себя как автора категории «литературых шедевров» и исчисляет свои потери исходя примерно из тех сумм, которые получают за книгу авторы этой категории.

Суд же вполне идет на этот трюк, однако суммой присужденных компенсаций явно ставит автора на место. Двадцать книг по 150 рублей — вот и все потери от не проданного из-за Мошкова тиража.

И никакого прецедента, потому что о каком прецеденте может идти речь, если в действительности все понимают, что защита авторских прав авторов серийной литературы не нужна книгоиздательскому бизнесу? Тут даже не попадешь в Геростраты — нечего жечь.

В Геростраты не удалось попасть и КМ. За прошедший год порталу окончательно удалось позиционировать себя как поставщика низкокачественных новостей и развлекательного контента второй свежести без претензий на оригинальность. От подвигов былого «Кирилла и Мефодия» не осталось ровным счетом ничего. Разорить Мошкова такими темпами вряд ли удастся в обозримый период. Да и заработать что-либо разумное на содержании платной библиотеки тоже не выходит: неофициальные данные о выплачиваемых авторам 50 рублях в месяц с произведения свидетельствуют, что в Останкинском суде не заблуждаются насчет того, как исчислять компенсации честным торговцам книгами в сети. Думается, что такой печальный итог кампании отрезвит коммерсантов от авторского права. Наличие закона на стороне истца — еще не повод для финансовых мечтаний. А тем более — мечтаний о славе.