Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

А что если он не хочет\Колонка Бовта

27.06.2005, 11:24
Георгий Бовт

Когда умер Сталин, большинство жителей огромной страны (да-да, не тешьте себя иллюзиями, господа либералы, именно большинство) вслух или в мыслях воскликнули: «Боже мой, да как же мы теперь без него будем жить!?» Ан прошло время — и ничего. Не только свыклись, но и живем. В общем даже, можно сказать, живем согласно заветам вождя — и лучше, и веселее. Чем при нем.

Когда Сталин был жив, многим казалось, что это будет вечно, у нас ведь не принято думать — а что будет ПОТОМ, ПОСЛЕ ВЛАСТИТЕЛЯ. Хотя такое время рано или поздно наступает. Даже если он кажется вечно всемогущим. Как генералиссимус Сталин. Или вечно дряхлым. Как генеральный секретарь Брежнев. Думать на потом — это нам кажется некоей циничной англо-саксонской рассудочностью. Ведь даже католики при живом папе римском не строят ни планов, ни домыслов насчет его возможного преемника. Хотя в душе, конечно же, ну да, готовятся.

Мы же нынешние — какие-то переходные. Ни то ни се. Ну вы понимаете, о чем и о ком я. Да-да, это я о нем. Об «утроении уже удвоенного ВВП».

С одной стороны, на наших глазах протекает мало кем оцененный по достоинству процесс — в России более или менее вслух рассуждают о том, что и кто будет после нынешнего правителя. Раньше бы за такое — либо на дыбу, либо свинец расплавленный в глотку, либо в ГУЛАГ, либо в психушку. Историческая тенденция к смягчению (от дыбы к психушке), конечно, и так была налицо, но так, чтобы теперь об этом можно было говорить совершенно безнаказанно, — это ж надо ценить как торжество свободомыслия, по нашим-то вековым традициям.

То есть буквально вслух называют конкретные фамилии возможных преемников — того, этого, пятого, десятого. И все эти люди не только вполне себе неплохо себя чувствуют, но и продолжают трудиться на благо страны там, где сейчас и трудятся, — на ответственных должностях, а вовсе не на лесоповале.

С другой стороны, все же как-то боязно по привычке. Ну все же, ну как же мы без него-то. Чувство надвигающегося неумолимо, как 2008 календарный год, государственного осиротения свербит мозг и щемит верноподданническую душу. Верноподданничество, усиленное желанием непременно «лизнуть» куда надо, толкает к написанию всяческих прожектов насчет все-таки возможности третьего президентского срока. А может, все же удастся как-то так истолковать Конституцию. Нет, не получается. Тогда, может, через союз с Белоруссией. Опять заминка, там уж очень скверный и строптивый правитель. Тогда, может, как-то так аккуратненько переписать все же Конституцию, чтобы все же незаметненько так «проползти» за рубеж 2008 года. А «аккуратненько» — это как? Похоже, сами пока не знают.

Верноподданничество в спину подталкивают страх и историческая память. Память подсказывает: на Руси вполне обычным делом после смены правителя было, что приспешников предыдущего: а) отправляли опять же на дыбу, б) ссылали, в) отправляли на пенсию, лишая всех благ. «Лишая всех благ» на сегодняшний день — словосочетание ключевое. Уж очень многое успели те, кто из всех «равноудаленных» оказался равноудаленным наиболее удачно. И что же теперь — все отдать? А дети? А внуки и правнуки? Что же им, с хлеба на воду перебиваться?

И вот в момент таких вот апокалиптических размышлений ужас обуревает верноподданных. И готовы иные уже на цырлах и на полусогнутых приблизиться к НЕМУ, дабы умолять нижайше: «Не покидай ты нас, останься ты на третий срок, не бросай на произвол демократической, язви ее в душу, судьбы! Что тебе, в самом деле, трудно, что ли!»

А теперь представьте себе, что он не хочет! Ну ни в какую. Устал. Надоели все вокруг — лицемеры и лизоблюды, никому верить нельзя. Хочет на покой. Но именно спокойный, чтоб без преследований. И если таковой действительно будет просматриваться — то уйдет, а вы все — как хотите.

И что тогда прикажете делать? Руки заламывать и на третий срок под конвоем вести? А ну как по дороге конвоируемый «сбежит»? Не в буквальном смысле, а в смысле соскочит. Власть ведь надо сильно хотеть, чтобы ею обладать. Это ведь все как в сексе. И разочарования такие же. И неудачи от того же.

Так что, может, и не надо никого насиловать. Ни здравый смысл. Ни мадам Конституцию. И тем более не надо насиловать ее гаранта. Это уж совсем будет извращение. И не надо восклицаний «Да как же мы без вас!».

Потому что ну уж как-нибудь. Все обойдется. Все будет хорошо. Как-нибудь управимся.