Драйверы роста: взгляд в будущее моногородов

Как привести города вокруг предприятий к процветанию

Моногорода, несмотря на предпринимаемые усилия по их развитию, продолжают восприниматься как депрессивные территории с устаревшей инфраструктурой, мало привлекательной для туристов или инвесторов. Однако есть надежда, что в ближайшем будущем жители не только перестанут покидать моногорода, но и начнут целенаправленно перебираться в них из других населенных пунктов. Построить вокруг заводов комфортные пространства для жизни позволят совместные усилия государства и бизнеса.

Иностранный опыт

Моногорода можно трансформировать из «черных дыр» для дотаций в перспективные драйверы роста, точки притяжения на карте регионов как с точки зрения социальной сферы, так и с позиции бизнеса. В мире уже было реализовано множество удачных проектов превращения унылых промышленных населенных пунктов в центры культуры, экономики и материального благополучия.

Например, город Бильбао на севере Испании изначально был городом черной металлургии, однако в конце 1980-х – начале 1990-х годов в отрасли произошел кризис, что привело к экономическому спаду и росту безработицы.

Городской совет не стал опускать руки и разработал долгосрочную стратегию по ревитализации города, предполагавшую полную трансформацию основного вида деятельности – переход от промышленности к сфере услуг.

Администрация приступила к благоустройству и восстановлению запущенных городских территорий, предприняла меры для компенсации вреда, нанесенного экологии, и запустила образовательные программы для интеграции бывших сотрудников заводов в новую экономику.

Основой для прорыва в новое, светлое будущее стало появление новых объектов культуры, в первую очередь музея современного искусства Гуггенхайма, открытого в 1997 году и принимающего свыше миллиона туристов в год.

Из рядового промышленного города Бильбао превратился в настоящее экономическое чудо, где работают свыше 700 международных компаний, а проектированием зданий, общественных пространств и даже метро занимаются архитекторы с мировым именем.

Еще один пример – Глазго, являвшийся одним из крупнейших промышленных центров Великобритании. Однако в начале 1960-х годов местные тяжелая металлургия и судостроение постепенно стали утрачивать конкурентоспособность, и стало очевидно, что усилиями одних только заводов город не спасти. При разработке стратегии замещения промышленности городские власти сделали упор на туризм и финансовую сферу. Так, Глазго активно соревнуется за право проведения различных международных событий – в 1990 году город был «Культурной столицей Европы», в 1999 году – «Европейским городом архитектуры», в 2003 году – «Спортивной столицей Европы», а в 2014 году там проходили «Игры доброй воли».

Однако нельзя сказать, что Глазго (как и другие ревитализированные города) отказался от своего прошлого – промышленные объекты были сохранены и трансформированы в туристические достопримечательности. Финансируя инфраструктуру, перемещая государственные рабочие места, а также проводя активную внутреннюю инвестиционную политику, городу удалось создать более 50 тысяч рабочих мест. Согласно данным Евростата, более 90% рабочих мест в городе на данный момент представлено сферой услуг. Глазго является одним из наиболее привлекательных для туристов городов Великобритании, уступая по этому показателю только Лондону и Эдинбургу.

Наглядной иллюстрацией того, что «моногород – это не приговор», является и Тампере, долгое время являвшийся промышленной столицей Финляндии. Во второй половине 20 века заводы и фабрики стали массово закрываться, что сделало этот район одним из самых экологичных в стране, а пришедшие в запустение производственные здания превратили в музейный комплекс.
Российский путь

В России также предпринимаются серьезные усилия по ревитализации моногородов, хотя настолько впечатляющими успехами, как на Западе, похвастаться пока нельзя. На сегодняшний день в стране официально имеется 321 моногород в 63 регионах. В 2014 году для их поддержки был создан Фонд развития моногородов (входит в структуру ВЭБ.РФ), который за прошедшие 5 лет заключил 19 соглашений о выдаче займов на сумму более 8 млрд рублей и ввел в эксплуатацию 58 объектов инфраструктуры на сумму свыше 11 млрд рублей. При финансовом участии фонда, согласно сообщению его пресс-службы, было привлечено более 79 млрд рублей инвестиций.

«Сейчас моногорода увереннее смотрят в будущее, острота проблем снизилась, но из повестки тема не ушла. Опыт трансформации монотерриторий, который мы приобрели, может стать примером для построения современной экономики и городской среды во всех городах страны», — отметил председатель ВЭБ.РФ Игорь Шувалов.

Государство, разумеется, помогает моногородам не только деньгами – в частности, 16 декабря премьер-министр Дмитрий Медведев заявил о наделении моногорода Тулуна в Иркутской области, пострадавшего от наводнения, статусом территории опережающего развития. Ожидается, что к 2029 году это позволит диверсифицировать экономику города, создать более 650 постоянных рабочих мест и привлечь свыше 1,5 млрд рублей инвестиций.
Согласно опубликованному в прошлом году рейтингу моногородов, составленному все тем же Фондом развития, в топ-10 населенных пунктов этой категории вошли Кумертау (Башкортостан), Елабуга и Набережные Челны (Татарстан), Заречный (Пензенская область), Таштагол и Полысаево (Кемеровская область), Губкин (Белгородская область), Мирный (Якутия)), Павловск (Воронежская область) и поселок Красный Яр (Омская область).

Не менее важным на пути к построению светлого будущего моногородов является привлечение к этому процессу бизнеса. Таких примеров тоже хватает, тем более что в последние годы социальная ответственность российских предпринимателей существенно возросла.

Согласно статье кандидата экономических наук Ольги Тарасовой из Новосибирского национального исследовательского госуниверситета и сотрудницы Иркутского научного центра Сибирского отделения РАН Веры Рудневой, есть ряд примеров сотрудничества муниципалитетов и бизнеса в моногородах.

Например, экономика Бийска основывалась на промышленных предприятиях оборонного комплекса. В постсоветский период крупные государственные заводы разделились на множество мелких, многие из которых вскоре прекратили существование. На их месте возникла новая отрасль, создающая преимущественно наукоемкую продукцию – это позволило Бийску в 2005 году получить статус наукограда.
«Ревитализация экономики города реализуется в рамках классической модели «тройной спирали», которая предусматривает участие всех трех ключевых институтов – власти, бизнеса, науки и образования – при их тесном взаимодействии», — пишут ученые.

От промышленности к будущему

Еще один практический пример - ГМК «Норильский никель», которая в 2014 году запустила благотворительную программу «Мир новых возможностей». Ее целью которой является создание благоприятных условий и возможностей для устойчивого развития регионов присутствия. Программа реализуется в Красноярском крае (Норильск, Таймырский (Долгано-Ненецкий) район) и Мурманской области (Мончегорск, Печенгский район).

В рамках проекта была создана Академия социального партнерства и развития, проводится конкурс социальных проектов, форум социальных технологий «Город – это мы» и социально-конструкторское бюро с таким же названием. Согласно решению руководства компании, «Норникель» планирует направить несколько сот миллионов рублей на поддержку общественно полезных инициатив некоммерческих организаций, государственных и муниципальных учреждений, а также корпоративных волонтеров (на 30 млн рублей больше, чем в предыдущие годы).

Кроме того, в конце мая 2019 года «Норникель» заявил, что профинансирует пять социальных бизнес-проектов, нацеленных на повышение качества жизни жителей Норильска, Мончегорска и Печенгского района. Более 10 млн рублей будет выделено в виде беспроцентных возвратных ссуд сроком на два года.

В Мурманской области 19 декабря стартовала форсайт-сессия, посвященная перспективам развития поселка Никель после закрытия морально и физически устаревшего плавильного производства. Организатором сессии выступила компания «Норникель».

«В течение 2020 года будем поэтапно создавать новые возможности, способствовать созданию новых рабочих мест. Мы также не одномоментно закрываем плавильный цех. Все это должно смикшировать закрытие и сделать процесс очень поэтапным», — отметила старший вице-президент компании Лариса Зелькова.

По ее словам, если бизнесу и местной администрации удастся найти инструменты, которые позволят вдохнуть жизнь в постиндустриальное развитие таких территорий, то подобный кейс будет востребован не только в Мурманской области, но и по всей стране.

В широких возможностях, открывающихся перед поселком Никель, не сомневается и губернатор Мурманской области Андрей Чибис. «У поселка Никель, с учетом того, что он находится в 30-километровой приграничной с Норвегией зоне, с учетом его природных возможностей, с учетом того, что он является участникам приграничного сотрудничества, есть, безусловно, серьезные и хорошие перспективы развития», — отметил он.

Планы «Норникеля» по развитию Мурманской области как территории присутствия компании также было закреплено соответствующим соглашением, подписанным с регионом в октябре. Соглашение предусматривает, что региональные власти и «Норникель» направят совместные усилия на развитие региона, повышение его инвестиционной и туристической привлекательности. Так, объем инвестиций «Норникеля» в различные проекты на территории области в течение 5 лет оцениваются в 140 млрд рублей.

Директор департамента планирования территориального развития Минэкономразвития Алексей Елин считает необходимым подготовку конкретного плана действий. «Принципиально важна инициатива, которая будет отражена в программном документе. Мы в свою очередь, как министерство, можем оказать методологическое содействие при формирование этого документа», — сказал он.

Альмир Хабибрахимов, старший управляющий директор департамента проектного офиса Фонда развития моногородов, сообщил о готовности организации участвовать в проектах потенциальных инвесторов.

«Первое направление – финансовое. Мы можем предоставить потенциальным инвесторам займы: от 5 до 250 млн рублей предоставляются под 0%, от 250 млн до 1 млрд - под 5% годовых. Второе направление – инфраструктура: фонд готов вкладывать до 95% невозвратных средств – не в виде займа, а в виде субсидии региону на строительство или реконструкцию инфраструктурных объектов , необходимых для реализации инвестпроектов на территории моногородов», — пообещал он.

Среди моногородов, активно стремящихся к новой жизни, также необходимо отметить поселок Шерегеш в Кемеровской области. Градообразующее предприятие поселка - Горношорский филиал ОАО «Евразруда».

«Бизнес вкладывает средства в модернизацию и диверсификацию экономики, а власть занимается социальными аспектами: выбор социально ответственных партнеров, улучшение инвестиционного климата, формирование благоприятной институциональной среды и др.», — говорится в статье сибирских исследователей.

В начале 1990-х гг. увеличился спрос на внутренний туризм, и в Шерегеше стала активно развиваться туристическая инфраструктура: ведется строительство современных отелей, освоение новых горнолыжных трасс. Для повышения инвестиционной привлекательности все новые туристические объекты в поселке будут включены в экономическую зону с льготным налоговым режимом. Единственной проблемой туристической отрасли Шерегеша остается сезонность, но при грамотном подходе ее довольно быстро удастся решить.

Таким образом, моногород – это не тупик, а множество потенциальных путей развития, благодаря которым любой скромный рабочий поселок может превратиться в туристическое или культурное событие мирового масштаба. Достаточно увидеть перспективу за промышленным фасадом.