«Трудная» нефть не готова к разливу

Россия в перспективе будет добывать больше нефти, чем сможет продать

iStockPhoto
Американской сланцевой нефти придется потесниться на мировом рынке. Согласно исследованию организации IHS, такие страны, как Россия, Алжир и Аргентина, обладают существенно большими запасами трудноизвлекаемой нефти, и они окажутся на мировом рынке после 2020 года, что повлияет на рыночную конъюнктуру. Российские эксперты отмечают, что российская сланцевая нефть могла бы обрушить мировой рынок, но у России нет возможности ее продать — все транспортные мощности уже загружены.

Россия, Алжир и Аргентина в совокупности обладают значительно большими запасами трудноизвлекаемой нефти, чем США, добыча в которых спровоцировала «сланцевый бум». В перспективе это даст увеличение поставок на мировой рынок. Об этом во вторник пишет Wall Street Journal со ссылкой на доклад исследовательской организации IHS.

По данным IHS, баженовская свита в Западной Сибири, аргентинское месторождение Vaca Muerta и алжирский Silurian могут дать больше нефти, чем сланцевые районы Bakken в Северной Дакоте и Eagle Ford на юге Техаса. Штаты смогли резко увеличить добычу нефти за счет происшедшей ранее «сланцевой революции» в газовом секторе. Сланцевый газ оказался дешевым и дал возможность получать дешевую электроэнергию, а добыча нефти из сланца требует значительных энергозатрат.

В России сланцевая нефть — это запасы баженовской, абалакской, фроловской свит (порода Западной Сибири со сверхнизкой проницаемостью, но высокой нефтенасыщенностью). Они залегают на глубинах более двух километров и раскинулись на площади более одного миллиона квадратных километров. Нефть баженовской свиты считается высококачественной, позволяющей произвести из нее около 60% светлых нефтепродуктов. В настоящее время на баженовской свите (Салымское месторождение) уже работают «Роснефть» и «Сургутнефтегаз». Также с трудноизвлекаемой нефтью на своих месторождениях активно работают «ЛУКойл» и «Газпром нефть».

IHS пишет, что запасы наиболее перспективных месторождений сланцевой нефти, находящихся за пределами США и Канады, составляют 175 млрд баррелей (примерно 24 млрд тонн), в то время как месторождения Северной Америки располагают лишь 40 млрд баррелей (около 5,5 млрд тонн). Для сравнения, годовое потребление нефти в мире, по оценкам Международного энергетического агентства, составляет 4,54 млрд тонн.

Согласно оценке IHS, неамериканские месторождения способны после 2020 года производить до 5 млн баррелей (685 тыс. тонн) нефти в сутки.

«Повлияет ли это на рынок? Да. Когда на рынок поступает 5 млн баррелей нефти в день, это всегда значимо», — отметил сотрудник IHS Стив Трэммел.

Но при этом IHS указывает, что стоимость добычи трудноизвлекаемой нефти в Северной Америке существенно ниже, чем в других странах (бурение одной скважины там оценивается в $5,6 млн, тогда как в других странах — $8 млн).

«До недавнего времени добыча сланцевой нефти в России была нерентабельна, — рассказывают в «ЛУКойле». — Однако в июле были приняты поправки в Налоговый кодекс, предоставляющие льготы по экспортной пошлине для трудноизвлекаемых запасов. Это должно облегчить добычу нефти из сланца».

По словам собеседника «Газеты.Ru», средняя оценка запасов баженовской свиты составляет 50–70 млрд тонн, то есть в несколько раз больше, чем пишет IHS. «Но на сегодняшний день эти запасы практически не используются, коэффициент извлечения нефти (КИН) составляет лишь 2–3%, а нужно по меньшей мере 20%», — рассказывает представитель «ЛУКойла».

По его словам, все упирается в технологии. Существующие американские методы в российских условиях неприменимы. Новые технологии в настоящее время находятся на стадии испытания, но когда будет получен результат, сказать сложно. «ЛУКойл», например, уже около семи лет испытывает технологии добычи трудноизвлекаемой нефти.

Впрочем, низкий КИН не останавливает зарубежных инвесторов, которые заинтересованы в российских запасах. Во вторник директор французской Total по разведке и добыче Ив-Луи Дерикаррер заявил, что компания ведет переговоры об участии в проектах добычи трудноизвлекаемой нефти.

«Мы открыты к рассмотрению любых вариантов – присоединение к проектам, которые уже разрабатываются российской компанией, или покупка месторождения в партнерстве с компанией из России», — заявил Дерикаррер.

Total уже входит в такие российские проекты, как «Ямал-СПГ», «Штокман» (газ) и «Харьяга» (нефть).

Ведущий сотрудник Союза нефтегазопромышленников России Рустам Танкаев говорит, что как таковых проблем с технологиями добычи сланцевой нефти нет. «Технологии были разработаны еще в СССР, однако потом оказались забыты, так как многие специалисты уехали в те же США, — рассказывает Танкаев. — Так что проблема тут не столько с технологиями, сколько с людьми. В этом плане иностранные партнеры для России интересны скорее как инвесторы, нашим компаниям всегда не хватает финансирования».

По словам эксперта, баженовская свита действительно способна обеспечить значительный прирост добычи, и в перспективе это могло бы обрушить мировой рынок нефти, если бы не одно «но». «Россия просто не сможет продать дополнительную нефть, так как все наши нефтепродуктопроводы, а также нефтеналивные терминалы загружены под завязку», — поясняет Танкаев.