Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Базель требует капитала

Нормативы «Базеля III» в условиях российского банковского сектора могут не сработать

iStockPhoto
Поспешное введение в России западных нормативов контроля банковских рисков, таких как «Базель III», и слепое им следование может не решить заявленных проблем, а лишь усугубить их и породить новые, считают некоторые банкиры. Центробанк и рейтинговые агентства с ними не согласны.

Российские банки могут столкнуться с проблемами при попытке скорректировать свои балансы в соответствии с новыми требованиями Центробанка. Такой вывод можно сделать из выступлений участников конференции «Капитализация банков — 2013», прошедшей в Москве 9 июля и организованной Новикомбанком, организацией inerbankclub.com и Комиссией по банковской деятельности Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП).

«Базель III»: кому и зачем он нужен в России?

Важность капитализации банковской системы в целом и отдельных кредитных организаций очевидна. «Капитализация — основа стабильности и роста», — подчеркнул в своем выступлении председатель правления Московского кредитного банка Владимир Чубарь.

Но этот вопрос становится еще актуальнее, поскольку Банк России планирует ввести нормативы регулирования «Базель III» для банковской системы.

«Базель III» направлен не на увеличение капиталов банков, а на улучшение их качества, пояснил вице-президент рейтингового агентства Moody's Евгений Тарзиманов. Государство хочет в будущем меньше денег тратить на спасение банков и стремится, чтобы инвесторы тоже за это платили.

Центробанк был озабочен ростом кредитования коммерческих банков. «Быстрый рост кредитов снизил «достаточность» и качество капитала российских банков», — отметила младший вице-президент Moody's Светлана Павлова. «Мы считаем, стратегическая линия выбрана абсолютно верно», — заявил член Национального банковского совета Банка России Анатолий Аксаков. Нельзя увеличивать кредитование без улучшения качества и объема капитала, подчеркнул он.

По «Базелю III», минимальный показатель достаточности капитала (отношение капитала к активам, Н1) — 8%. Но каждый регулятор может повышать его по собственному усмотрению. Банк России предполагал довести его до 10%, впрочем, окончательная цифра может стать и иной.

Переход к новым стандартам намечен уже на 1 октября 2013 года. Впрочем,

Россия не передовик введения стандартов «Базеля III», дал понять Тарзиманов. По прогрессу в движении к нему сейчас впереди в основном страны АТР и БРИКС, Швейцария. Россия в серединке. А экономически развитые страны в наименьшей степени готовы к переходу, поскольку в наибольшей степени пострадали от кризиса.

Сколько не хватает

Пока банковская система России выглядит неплохо. Причем, исходя из норматива достаточности капитала, крупнейшие банки могут оказаться даже в более критическом положении, чем мелкие. Так, по подсчетам директора Центра экономической информации Московского финансово-промышленного университета «Синергия» Михаила Кузьмина, на 1 мая 2013 года средний Н1 по сектору равнялся 13,4%, а по крупнейшим 30 банкам — 12,7%. Если же взять 20 крупнейших, то, согласно Павловой, «у некоторых банков могут возникнуть трудности с более высоким нормативом основного капитала».

Это Альфа-банк, Номос-банк и «Русский стандарт». Для удовлетворения требований «Базеля III» им не хватает $700 млн. Это не критично, считают в Moody's. «Этим банкам будет достаточно капитализировать прибыль 2013 года для того, чтобы удовлетворить требованиям.

Также есть и другие методы: сокращение рисковых активов, замедление роста и потенциальное увеличение капитала», — отметила Павлова.

Если Н1 будет 11%, то всего 50 банков в России не будут ему соответствовать, и для капитализации им потребуется 17,9 млрд рублей, что составляет 0,28% совокупного капитала банковского сектора России. При Н1 в 12% не хватать капитала будет 172 банкам, и им потребуется 105 млрд, или 1,66% совокупного капитала.

Где брать капитал

Но представители банковского сообщества не столь оптимистичны. Ведь кредитно-сберегательные организации сейчас весьма ограничены в источниках пополнения своих капиталов в случае возникновения такой необходимости.

Прибыль как источник наращивания капитала сейчас ограничена, признал Аксаков. «Очень важно, чтобы кнут сопровождался пряником», — заявил он. Мы предложили главе Центробанка Набиуллиной, чтобы прибыль, направленная на увеличение капитала банка, облагалась по меньшей ставке процента, чем сейчас, похвалился Аксаков. Впрочем, согласия от Набиуллиной пока не последовало.

Сложно привлечь деньги и на фондовом рынке. Инвесторы сейчас не стремятся в банковский сектор, и его привлекательность будет оставаться низкой, отметил председатель совета директоров Экспобанка Игорь Ким. Банковский сектор зависит от экономических циклов. Ожидания, что он станет локомотивом экономики или будет развиваться лучше нее, необоснованны, считает банкир. Но даже если конкретный банк показывает хорошие результаты деятельности, это ему слабо помогает. Котировки акций слабо зависят от результатов их операционной деятельности. Инвесторы кардинально различаются в своем прогнозе дальнейшего развития экономической ситуации, предрекая либо резкий спад, либо положительную динамику. А это увеличивает волатильность котировок.

IPO — основной путь долгосрочного устойчивого развития, приходит к выводу Чубарь. Но внутренние источники для капитализации ограничены, на рынке нет больших денежных средств, например длинных денег пенсионных фондов. Единственный путь — международные рынки капитала. Однако сейчас иностранные инвесторы безразличны к России. С этим согласна и Галина Клименко из International Finance Corporation (IFC). IFC — одна из организаций Всемирного банка и крупнейшее учреждение в области глобального развития, работающее исключительно с частным сектором развивающихся стран. В России IFC в складчину с ВЭБом и Минфином организовала Фонд капитализации русских банков для того, чтобы привести на наш рынок новых инвесторов и на этом примере показать его привлекательность. Несмотря на довольно активную деятельность фонда, Клименко сказала, что разочарована: того роста вложений в капитал российских банков, которого она ожидала при инициации фонда, не происходит. Из иностранных фондов вклад в капитализацию российских банков производят в основном институты развития.

Хорошее лекарство от чужих болезней

У банковского сектора России свои проблемы, и концентрация на параметрах, разработанных в Европе, может отвлечь ресурсы от их решения, предупреждают банковские специалисты.

«Базель III» — это «глобалистский проект», — замечает заместитель председателя правления Первобанка Денис Хадеев. Рекомендации документа разработаны в основном для европейских банков, чтобы спасти их от излишних рисков. Если лишние риски европейских и американских финансовых институтов накопились из-за многообразия их бизнеса, то наши кредитные организации занимаются в основном классическим банковским бизнесом.

Суть проблемы банковского сектора, как и везде в России, не в плохих законах, а в плохом их исполнении. А также в системных рисках, которые никакое дополнительное резервирование никогда не покроет.

Специфика сектора — неоднородность и высокая концентрация. 5 государственных банков контролируют в России 60% активов. Доступ к фондированию у частных банков усложнен, рост депозитов замедляется, отмечает Клименко. Специалист по покупке и продаже банков Андрей Марьин считает, что крупные государственные, частные и даже иностранные банки — это отдельный олигархический рынок. За счет этого они добиваются повышенной прибыли. Уровень маржи у небольших региональных кредитных организаций в среднем всего 3%, что даже не покрывает стоимости рисков, отметил Ким. В то время как у того же Сбербанка этот показатель близок к 8%.

О свободном рынке в банковском секторе России можно говорить только применительно к мелким банкам, которые владеют всего 5% от совокупных банковских активов, или $12—15 млрд, считает Марьин. Но их рентабельность значительно меньше «крупняка», ниже 10%. Рассматривать их как обычный бизнес невозможно, владельцам выгоднее было бы просто продать их и разместить вырученные деньги на банковских депозитах. Это и приводит к постоянной купле-продаже в этом секторе: в среднем происходит около 50 таких сделок в год. Покупают же их в основном крупные и средние российские банки в рамках своего расширения, корпорации — чтобы использовать в качестве своего кошелька и менеджеры крупных банков.

Что касается ЦБ, то он идет по пути ужесточения, поскольку это самое простое, замечает Хадеев. Для достижения требуемых параметров банкам предлагается либо проводить дополнительную эмиссию, либо привлекать субординированные кредиты и облигации, указывает зампред Первобанка. Но на практике это означает снижение рентабельности капитала, к тому же эти методы доступны в основном банкам из топ-50. Чтобы не потерять доходность (сохранить маржу), российским банкам предлагается сокращать расходы и пересматривать кредитные портфели, говорит банкир. Но резервы сокращения расходов уже исчерпаны, экономить можно только на фонде оплаты труда либо на ИТ, а этого не дает сделать конкуренция в банковской сфере. А манипуляции с портфелем на практике означают его стагнацию и потерю клиентов.

Следствием слепого следования «Базелю» становится обратный эффект: риски растут, население перекредитовано, бурно растет число «квазифинансовых», небанковских институтов, делится наблюдением банкир. «Нашим проблемам — наши решения, — резюмирует Хадеев. — «Базель III» — прекрасное лекарство, но прописано не тем».

Поэтому, по его мнению, для предотвращения излишних рисков банковской системы именно в России требуется, во-первых, старая добрая отчетность по мировым стандартам (МСФО), во-вторых, обязательная ротация аудиторов и надзорных структур ЦБ раз в два года, а в-третьих, особое внимание к крупным игрокам. Торопиться внедрять «Базель III» уже с 1 октября не нужно. «Сейчас мы выполним эти требования, а потом будем мучиться», — предупреждает банкир.