Система компенсаций за сокращение выбросов парниковых газов в атмосферу, закрепленная Киотским протоколом, непрозрачна, коррупционна и напоминает «клуб для богачей». К такому выводу пришли ученые из Университета Восточной Англии и Университета Сассекса: «Недостаток прозрачности и контроля наносит вред существующим экологическим проектам, на разработку которых влияют местные власти, требующие взятки за поддержку».
— международный документ, принятый в Киото (Япония) в декабре 1997 года в дополнение к Рамочной конвенции ООН об изменении климата. Соглашение обязывает развитые страны и страны с переходной экономикой сократить или стабилизировать выбросы парниковых газов в 2008—2012 годах по сравнению с 1990 годом. По состоянию на 26 марта 2009 года, протокол был ратифицирован 181 страной мира. Это более 61% общемировых выбросов.
Срок действия Киотского протокола истекает в 2012 году. Новое аналогичное соглашение пока не подписано. Попытка достичь согласия была предпринята рядом стран в конце 2009 года в Копенгагене, но этот саммит завершился, как считают многие эксперты, настоящим провалом. Итогом копенгагенских переговоров стал документ о намерениях, который назван даже не «соглашением» (agreement — англ.), а только лишь «согласием» (accord — англ.). Основные положения «копенгагенского согласия» состоят в том, чтобы ограничить к 2016 году рост среднемировой температуры: он должен составить не более 1,5° С по сравнению с доиндустриальным уровнем развития. К 2050 году выбросы парниковых газов должны быть сокращены на 80%. При этом в документе не описываются ни механизмы достижения этих целей, ни обязательства конкретных стран.
Главная интрига в Копенгагене заключалась в том, какую позицию займут страны, которые больше всех выбрасывают в атмосферу парниковых газов, — Китай и США. По итогам саммита США подписали «копенгагенское согласие», а Китай вместе с рядом других развивающихся стран (в том числе и Индией, которая также выбрасывает много парниковых газов) — нет.
Камнем преткновения стал вопрос, должны ли развивающиеся страны тормозить развитие своей промышленности, чтобы положительно повлиять на климат, или же вопрос борьбы с глобальным потеплением должен стать прерогативой в первую очередь богатых стран с развитой экономикой. Только спустя почти три месяца Китай и Индия неожиданно изменили свои позиции.
Россия также входит в число стран, которые подписали копенгагенский документ. Дмитрий Медведев не раз подчеркивал: Россия намерена снизить выбросы за период с 1990-го по 2020 год на 25%. Но с учетом того, что в стране в 90-е годы был низкий уровень производства, это означает, скорее, увеличение выбросов за последние несколько лет.
Доклад обнародован за неделю до начала ежегодного саммита по вопросам климата, который пройдет в Южной Африке. Представители 190 государств обсудят климатическое будущее мира и механизм, который должен прийти на смену Киотскому протоколу, срок действия которого истекает в 2012 году.
Пока страны не могут прийти к единому мнению о дальнейшем развитии Киотского протокола. Очередная попытка была предпринята в конце 2009 года в Копенгагене, но саммит завершился провалом. Договорились лишь об общих целях: к 2016 году ограничить рост среднемировой температуры, к 2050-му — сократить выбросы парниковых газов на 80%. При этом в документе не описываются ни механизмы достижения этих целей, ни обязательства конкретных стран.
Российские эксперты с выводами британских ученых согласны. «Механизм обладает определенной коррупционной емкостью», — говорит директор Всемирного фонда дикой природы (признан в РФ нежелательной организацией и иноагентом) России Игорь Честин. Но
коррупционная составляющая находится не в механизмах Киотского протокола, а на национальном уровне,
уточняет директор Центра экологических инвестиций Михаил Юлкин: «Каждый проект совместного осуществления проходит утверждение на национальном уровне. Если в какой-то конкретной стране имеется коррупция, то это может отразиться и на условиях заключения соглашений».
В России оператором углеродных единиц выступает Сбербанк. В госбанке «Газету.Ru» заверили, что в России подобное мошенничество невозможно, так как здесь механизм, о риске которого заявляют ученые, не применяется. «В отношении России указывается один риск неконтролируемого ввода в обращение нескольких миллиардов углеродных единиц типа «единицы сокращений выбросов», — говорят в Сбербанке. Но и этот риск надуманный, так как в стране установлен лимит операций с углеродными единицами в 300 млн, а также юридически исключен увод денег в офшоры.
Но главная проблема Киотского протокола не в возможных злоупотреблениях, которые с ним связаны.
«Самая большая проблема — отсутствие количественных ограничений на выбросы газов со стороны развивающихся стран. У Китая и ЮАР есть лишь отдельные обязательства по сокращению удельной энергоемкости ВВП с 2020 года»,
— говорит Юлкин. Не ратифицирован документ и самой крупной мировой экономикой — США.
Ежегодный оборот углеродного рынка составляет $145—150 млрд, подсчитал Юлкин, добавив, что сегодня в мире всего 2,5 тыс. проектов по сокращению вредных выбросов. В 2008 году объем рынка составлял $130 млрд, в 2009-м — $150 млрд, а в 2010-м — $142 млрд. «Снижение связано с падением цен из-за долгового кризиса в еврозоне: если до кризиса стоимость тонны CO 2 составляла 12 евро, то сегодня — 6,5—7 евро», — говорит эксперт. При этом доля России в общем обороте квот «ничтожна». За семь лет участия в Киотском протоколе страна продала квот на выброс CO 2 на 17,6 млн тонн, или 150—170 млн евро.
Сегодня в России одобрено еще 32 новых проекта, которые тянут на 58 млн тонн эквивалента CO 2 (550—580 млн евро), говорит Юлкин.
