Слушать новости
Телеграм: @gazetaru

Господь признает своих

Фото: www.imdb.com
Выходит «Doom» — искоренение зла на планете Марс по мотивам знаменитой компьютерной игры.

Катарсис – другое слово для изощренного изуверства, особенно в случае с фильмом «Doom». Столько времени мотать нервы, намекать, ходить вокруг да около, чтобы дать облегчение лишь в последние пятнадцать минут.

Было ли так задумано, трудно сказать. Режиссер Анджей Бартковяк отнесся к затее как к экранизации классики. Что, конечно, странно: хоть «Doom» и классика, но все же не «Пир во время чумы».

Тем не менее желание донести дух игры, породившей несчетное количество хмурых социопатов, стоившей многим карьеры, семейной жизни и просто ночного сна, победило.

В недалеком будущем человечество обнаружило древний телепорт, ведущий прямиком на Марс. Там был основан научный центр, для изучения вопроса вопросов – кому и зачем потребовалось связать две планеты линией скоростной передачи всего. Ученые спокойно работали до тех пор, пока что-то не стало их жрать. Тогда группа морпехов получает задание отправиться на Марс и навести там порядок.

Порядок навести не удастся. Честно говоря, морпехи разводят там такой бардак, что Вьетнам показался бы мирной каруселью с лошадками из ЦПКИО им. Горького. Проводя зачистку, они убивают несколько жутких тварей, постоянно теряя людей, пока женщина-ученый-блондинка, случайно оказавшаяся сестрой одного из бойцов, не находит ответы на все вопросы. Двадцать четвертая пара хромосом, которую придумали вживлять себе древние марсиане, дарует организму сверхспособности. Правда, большинство из обращенных при этом превращается в монстров.

Чудовища, порaжавшие морскую пехоту, – это мутировавшие доктора из лаборатории, что логично – вечное непонимание народа и интеллигенции.

Командир морпехов ставит задачу – не допустить попадания заразы на Землю. То есть перестрелять всех ученых и членов их семей, укрывшихся в зоне карантина. Понятно, не все согласны с таким жестоким решением – в маленьком отряде наступает разлад. «Господь признает своих», — настаивает командир. И начинается самое интересное.

Клаустрофобические коридоры, жуткие твари и очень большая пушка – все на месте. На месте и Дуэйн Скала Джонсон, сыгравший командира, а мимикой очень напоминающий героя Doom, причем первого. Сами же три четверти фильма напоминают первое знакомство с игрой – когда нужно томительно-долго бродить по закоулкам в поисках тайников; проклиная все на свете, по десять раз проходить сложный участок, а чудища кажутся неуязвимыми. Удивительно бездарный саундтpeк дополняет гнетущeе чувство потерянности.

Но катарсис есть – его не может не быть.

В определенный момент духовного и физического преображения героя – морпеха по кличке Демон, вдумчиво исполненного Карлом Урбаном, происходит долгожданное. Изображение смещается в привычный модус стрелялки от первого лица и мир, видимый поверх автомата, превращается сразу во все геймерские хиты сразу. «Half-life», «Doom», «Duke Nukem», за ними подтянется «Mortal Combat» – усредненное пространство игры обретает объем, монстры – совершенство, дух воспаряет. Восхитительная схватка с зубастым гадом с колесами вместо задних ног навеет приятные воспоминания, так же как и отражение в зеркале, перед которым застывает герой.

Что ж, командир был прав – Господь игр в этот момент признает своих.

Всем же прочим, чтобы не заскучать, можно развлечься мыслью, что скромный Бартковяк неожиданно для себя самого показал, чем займутся режиссеры лет через пятнадцать, когда кино окончательно сдохнет от собственной жадности и самодовольства, а технологии разовьются до невероятных высот. Будут ставить видеоигры – и честнее, и, вероятно, интереснеe.

Марс можно атаковать с 27 октября.