Пассажир рейса 831 Барселона — Челябинск 24-летний Артем Чечиков мог скончаться из-за того, что командир экипажа попросил наземные службы вызвать просто скорую помощь, а не реанимацию. Об этом свидетельствуют данные радиообмена между пилотом испанской авиакомпании Air Europе и диспетчером Московского центра по организации воздушного движения, утверждает пресс-служба столичного аэропорта Шереметьево.
«18 августа 2014 года от командира воздушного судна рейса 831 авиакомпании Air Europe поступил запрос о вызове «ambulance», что в стандартной фразеологии означает «медицинская помощь», а не «реанимация» (resuscitation)», — заявили в Шереметьево.
На сайте аэропорта представлена выписка из радиообмена. В Шереметьево не указывают, когда именно поступило сообщение от пилота о больном на борту. Известно только, что в 04.19 мск самолет зашел в Московскую зону. Тогда на борту уже оказывалась реанимационная помощь пассажиру, и пилот сделал на землю запрос о посадке. По данным аэропорта, информация о внештатной посадке поступила в аэропорт из Шереметьевского центра по организации воздушного движения в 04.33. А в 04.45 самолет приземлился.
Представленные расшифровки касаются периода снижения самолета и его руления по земле за машиной сопровождения.
Так, в 04.42 командир экипажа говорит диспетчеру о необходимости вызова скорой помощи: «Request ambulance».
«В подобных ситуациях на борт прибывает медицинская бригада аэропорта. Далее медики по результатам оценки состояния пассажира при необходимости вызывают скорую помощь из централизованных государственных медицинских учреждений в соответствии с требованиями приказа Минздрава России №388н от 20.06.2013», — продолжают в Шереметьево. Впрочем, уточнили в аэропорту, даже вызванный из Москвы экипаж «скорой» был вовсе не реанимацией. «Реанимобиль так и не был представлен, на вызов приехала обычная линейная бригада скорой помощи Москвы», — отмечает пресс-служба Шереметьево.
Как оказалось, международный аэропорт Шереметьево не закреплен за конкретным медицинским учреждением и туда направляются реанимационные машины откуда придется: вызов идет через Центральную диспетчерскую Москвы. «В Московской области на настоящее время не существует единой диспетчерской скорой помощи», — говорят в Шереметьево. В случае с рейсом 831 машина была направлена с подстанции №24 из Южного Тушина.
А в ближайшем к аэропорту городе Лобня нет реанимобилей, добавляют в Шереметьево.
Представители аэропорта указывают, что есть регламентированное время, когда медики прекращают реанимационные мероприятия и констатируют смерть человека, это 30 минут. «Реанимационные мероприятия прекращаются при признании их абсолютно бесперспективными, а именно при неэффективности реанимационных мероприятий, направленных на восстановление жизненно важных функций, в течение 30 минут», — говорится в постановлении правительства №950 от 20.09.2012. При этом, замечают в Шереметьево, если реанимационные мероприятия начались на борту испанского самолета как минимум в 04.19 утра, а медицинская бригада аэропорта поднялась на борт в 04.59, то это как раз 30 минут. Это значит, что врачи могли и не предлагать свою помощь. Второй автомобиль «скорой» прибыл только в 06.11 утра — спустя почти два часа с момента начала реанимационных мероприятий. По просьбе жены и под давлением других пассажиров («по социальным показаниям» — так характеризуется обстановка в самолете в акте проверки Росздравнадзора) прибывшие медики провели полчаса над телом Чечикова, но его не удалось вернуть к жизни.
Пассажиры утверждали, что медработники аэропорта поднялись в салон самолета с неработающими приборами, в частности, у них не было батареек в приборе для поддержания дыхания.
Но проверки медбригады аэропорта, которые провели прокуратура, Росздравнадзор и Росавиация, показали, что оборудование медиков находится в работающем состоянии, комплектация полная и все документы в порядке.
Инцидент на борту самолета произошел вечером 17 августа. У молодого человека случился сердечный приступ. В салоне оказался заместитель директора центра медицины катастроф Челябинска Валерий Лукьянов. «Весь полет мы проводили все реанимационные мероприятия. Я делал массаж сердца и искусственное дыхание. Мне помогали два доктора из Кургана: Кныш Наталья и Сурикова Ирина. Большую помощь оказал профессионально обученный стюард испанской компании, а также неизвестная мне медсестра», — сказал южноуральскому телеканалу «Восточный экспресс» Лукьянов. Капитан корабля принял решение о посадке в ближайшем аэропорту, им оказалось столичное Шереметьево. По рассказам очевидцев, было решено вызвать реанимационную бригаду, однако по прибытии оказалось, что самолет с умирающим встречали двое врачей, не готовых к оказанию необходимой помощи. Прибор для поддержания дыхания у них не работал, так как в нем не было батареек.
Недоумевающему экипажу и пассажирам врачи заявили: «А мы не знали, что у вас такой серьезный случай».
Машину скорой помощи ждали еще полтора часа. Артем Чечиков скончался до ее прибытия.
Южноуралец возвращался из свадебного путешествия с молодой женой Еленой. В четверг Елена подала в Курчатовский суд Челябинска иск к аэропорту и медикам Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова. Она требует 30 млн руб. за гибель своего мужа.
