Куда приводит «Грузинская мечта»

«Грузинской мечте» предстоит определиться с идеологией

ЕС утвердился в своем намерении перейти к безвизовому режиму с Грузией. Хотя до 2017-го новые условия не заработают, этот вопрос, как сообщала ранее «Газета.Ru», уже решен. Отмена виз с Европой — первая политическая победа партии «Грузинская мечта» после недавнего громкого успеха на парламентских выборах. Однако эксперты склонны считать, что партии предстоят непростые времена. Причина — отсутствие идентичности.

На прошедших в конце октября выборах «Грузинская мечта» (ГМ) продемонстрировала очень высокие результаты, получив 114 кресел в парламенте из 150 и возможность формировать правительство и изменять конституцию. Это существенно больше результатов прошлых выборов, когда партия смогла получить 85 мандатов. Такому успеху партии способствовали сильные одномандатники, которые своими кампаниями смогли повернуть ход выборов в пользу ГМ. Эксперты склонны считать победу показателем не столько высокой поддержки самой партии, сколько именно отдельных персон, баллотировавшихся на выборах.

Относительно низкая же популярность самой партии обусловлена внутренними структурными проблемами. По сути, партия не имеет четкой идеологической платформы, а представляет собой центристское объединение, постепенно начинающее распадаться.

«По результатам выборов у нас конституционное большинство, но напомню, что выборы проходили по мажоритарно-пропорциональной системе, — комментирует глава НКО «Кавказский дом» Георгий Кашашвили. — Пропорциональные выборы хорошо показали реальное соотношение сил в стране. Около 50% населения поддержали «Грузинскую мечту», далее «Единое национальное движение» с 25%, затем «Альянс патриотов» и другие партии. Таким образом, распределение кресел в парламенте не отражает реальную картину популярности партий. С помощью мажоритарных округов больше шансов провести своих кандидатов, собственно, так ГМ и получила конституционное большинство.

«Грузинская мечта» должна понимать, что у нее не такая уж высокая поддержка, как показали парламентские результаты».

Несмотря успех «Грузинской мечты», сейчас существует угроза раскола партии по коалициям. Это вряд ли позволит в следующем избирательном цикле достичь таких же результатов. У партии отсутствует не только идеология, но и реальный лидер и внятная внешнеполитическая риторика, которые могли бы стать фундаментом объединения.

Партийное строительство

Несмотря на то что передача власти в независимой Грузии всегда проходила с потрясениями, между «Грузинской мечтой» и «Единым национальным движением» сложилась здоровая конкуренция, которая во многом помогла обеим партиям выкристаллизовать свою политическую повестку. Партии могли не сильно различаться в риторике, но разделяло их оппонирование друг другу. Можно сказать, что для «Грузинской мечты» Михаил Саакашвили стал причиной объединения — нежелание видеть его во главе государства было наиболее сильным фактором сплочения.

Но общей нелюбви к конкретному политику оказалось недостаточно для стабильной работы — почти сразу после победы на прошлых парламентских выборах ГМ начали покидать яркие персоны грузинского истеблишмента. Первым в 2013 году стал основатель и главный финансовый донор партии — миллиардер Бидзина Иванишвили.

Несмотря на выход из партии, Иванишвили остался влиятельной персоной в грузинской политике: на прошедших выборах миллиардер по-прежнему щедро финансировал «Грузинскую мечту».

«Иванишвили — неформальный лидер как партии, так и страны, его уход с формального поста премьер-министра был обусловлен тем, что политический пост — это ответственность, — рассуждает замдиректора Института стран СНГ Владимир Евсеев. — Иванишвили такая ответственность была неудобна, проще обвинять других в нерешении каких-то проблем, оставаясь при этом неформальным лидером».

Уход Иванишвили положил начало череде демаршей. Руководитель Центра региональных проблем Института США и Канады РАН Нана Гегелашвили обратила внимание «Газеты.Ru», что в мае этого года «Грузинскую мечту» покинул ее бывший исполнительный секретарь Армаз Ахвледиани, выступивший с резкой критикой в адрес партии: «Она может похоронить грузинскую демократию из-за нежелания избавляться от «старых крокодилов». Под «старым крокодилом» Ахвледиани, по мнению эксперта, скорее всего понимал Георгия Вольского, советника Иванишвили, отвечавшего за урегулирование территориальных конфликтов Грузии.

Армаз Ахвледиани работал в партии с момента ее основания и был в ней видным представителем прозападного крыла. После выборов в парламент в 2012 году Ахвледиани мог получить пост главы правительства Аджарии. Но партийные дела интересовали политика больше, и в 2013 году он занял пост исполнительного секретаря партии, а спустя два года вошел в политсовет «Грузинской мечты».

«Грузинская мечта» не смогла начать реальное реформирование партии и освободиться от ретроградов, — прокомментировал свой уход Ахвледиани. — Премьер-министр Георгий Квирикашвили не смог осуществить ни одного демократического изменения в команде. Он сегодня представляет собой некоего «доброго дяденьку», за спиной которого творятся темные дела.

Думаю, что депутат Георгий Вольский, как и некоторые другие члены партии, является одной из ее проблем. И поскольку премьер не может избавиться от таких людей, то это за него сделает народ и избавится от всей партии».

Однако в «Мечте» разочаровались не только прозападные, но и пророссийские деятели. В мае этого года партию покинул Тамаз Мечиаури, известный своими непримиримыми взглядами в отношении Запада. В парламенте Мечиаури занимал важный пост председателя финансово-бюджетного комитета. Мечиаури немедленно создал свою собственную политическую партию «Тамаз Мечиаури — За единую Грузию».

Для Георгия Кашашвили из «Кавказского дома» происходящее носит закономерный характер: «Данная дезинтеграция объясняется тем, что цели партии изменялись. Если сравнивать 2012 и 2016 годы, то цели негласного лидера Иванишвили не всегда совпадали с целями всех сил, входящих в ГМ.

В 2012 году цель у «Грузинской мечты» была в свержении партии Саакашвили. У партий-участниц на тот момент не было никакой позиции по идеологии или другим вопросам. Это был тактический альянс.

На протяжении трех лет сохранялось единство, а за год до выборов началась коллизия внутри партии. Цель 2016 года — консолидировать саму ГМ. Эта консолидация была бы невозможна, если бы вместо единой партии на выборы вышли бы коалиции».

Грузии придется определиться

В сентябре этого года «Грузинская мечта» в своей предвыборной программе заявила о намерениях развивать сотрудничество с Североатлантическим альянсом, Китаем, рядом европейских стран (Молдавия, Украина). Основную ставку правящая партия делает на США, с которыми планируется развивать дальнейшее сотрудничество в области международной безопасности.

Владимир Евсеев из Института стран СНГ считает, что во взаимоотношениях Грузии с Европой и США сейчас настала неопределенность. Непонятно, готова ли Европа сейчас помогать Грузии при наличии своих проблем в виде Brexit и подъема евроскептиков. Отношение новой администрации Белого дома к странам постсоветского пространства тоже неясно.

«Проблема в том, что Грузия ограниченно нужна, — считает Евсеев. — Она нужна США в военном сотрудничестве, но это не означает сотрудничества в экономической сфере, на которое так хочет выйти «Грузинская мечта». Выход для Грузии — в региональной кооперации, такой как помощь в строительстве транспортного коридора «Север — Юг», который бы обеспечивал процесс товарооборота России и Турции».

Эксперты сходятся во мнении, что выбор внешнеполитической позиции для ГМ сейчас сильно зависит от того, как поведет себя Дональд Трамп. Нана Гегелашвили из Института США и Канады ждет сигналов после 20 января: «Это не обязательно будет приглашение в НАТО, но администрация Трампа продемонстрирует свое желание сотрудничать или не сотрудничать».

Впрочем, эксперт считает, что «ГМ победила, потому что это центристская сила, и Грузия сохранит ориентацию на Запад, при этом продолжая нормализацию отношений с Россией».

Ответ на вопрос о том, есть ли на данный момент в Грузии партия, способная конкурировать с «Грузинской мечтой», среди экспертов является однозначным. К следующему избирательному циклу ЕНД (партия Саакашвили) и партия «Тамаз Мечиаури — За единую Грузию» составят серьезную конкуренцию нынешним триумфаторам.

Пока у «Грузинской мечты» на руках два козыря: конституционное большинство в парламенте и неплохо отработанный первый срок. Но этого пока недостаточно, поскольку среди партийной элиты стоит запрос на четкий курс партии на внешнеполитической арене. При этом выстраивание партийной риторики в зависимости от влияния внешней конъюнктуры вряд ли обеспечит абсолютную победу в следующем избирательном цикле. Среднего избирателя «Грузинской мечты» волнует экономическое развитие Грузии, а не дипломатические рукопожатия.