Безработицу трудно застраховать

Власть предлагает внедрить страхование от безработицы

Comstock Images/East News
Власть предлагает внедрить страхование от безработицы. Пока лишь единицы страховщиков предлагают такую защиту и только для заемщиков. Как массовый этот продукт может быть интересен страховщикам в условиях стабильного рынка, и здесь их интересы с властью не совсем совпадают.

О необходимости «внедрить» страхование от потери работы заявил зампред правительства России Александр Жуков на конференции РСПП. Подобная защита позволила бы финансово поддержать уволенных сотрудников, которым с ростом безработицы непросто найти подходящую работу.

Актуальность защиты граждан от увольнений проявилась с началом кризиса. В 2008 году с похожими предложениями выступал РСПП, предлагая создать госфонд за счет взносов работодателей, который бы действовал по аналогии с Агентством по страхованию вкладов. Подобная защита предусмотрена для работников во многих странах, где работодатели отчисляют на эти цели 0,15—1% из фонда оплаты труда. В январе 2009-го губернатор Кемеровской области Аман Тулеев предложил принять отдельный федеральный закон, который сделал бы обязательным страхование на случай потери работы. Его предложение заключалось в том, чтобы система позволяла компенсировать не менее 70% утраченного заработка в течение не менее девяти месяцев после увольнения.

Глава Всероссийского союза страховщиков Андрей Кигим ответил на предложение Жукова, что сообщество готово к сотрудничеству с государством в этом направлении. Однако пока страховщики весьма настороженно относятся к страхованию от увольнения.

Несмотря на высокий спрос (по опросам, 60% респондентов готовы предусмотреть для себя такую защиту), застраховаться от потери работы в России может разве что заемщик. И то далеко не каждого банка и не по каждому кредиту.

Ограниченность действия продукта страховщики объясняют высокими рисками, которые сложно просчитать. «В силу нашего российского менталитета люди, скорее всего, начнут задумываться о такой страховке в тот момент, когда почувствуют, что их позиции слабеют, а фирма сворачивает свой бизнес и готовится к сокращению, — дополняет Мария Барсова. — Это как в ДМС: очень часто от физических лиц прямо из больничной палаты поступают телефонные звонки с просьбой оформить полис». Да и сговора с работодателем исключать нельзя, замечают страховщики. Действительно, существовавшая в начале 2000-х в Великобритании практика страховой защиты от увольнений была свернута, так как оказалась привлекательной для мошенничества. Не так давно в Великобритании вступил в силу закон, позволяющий гражданам страховаться уже только на случай увольнения по инициативе работодателя и сокращения дохода.

В России заемщики страхуются также исключительно на случай сокращений или увольнений по инициативе работодателя. Тогда как на практике преобладает расторжение договоров по обоюдному согласию сторон, а такое увольнение уже не покрывается страховкой.

«Многих сокращают с записью в трудовой книжке «по соглашению сторон», хотя налицо завуалированное сокращение», — поясняет Мария Барсова, руководитель направления страхования имущественных рисков и ответственности страховой группы «Уралсиб».

Лишь если страховку от увольнения сделать обязательной, она будет очевидно привлекательной для страховщиков. Но и то в условиях стабильного рынка, отмечают эксперты, тогда как власти предлагают страховку в период нестабильности.