Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

«Надо же кому-то писать сидя»

Анна Чиповская рассказала «Газете.Ru» о фильме «Чистое искусство»

Ярослав Забалуев 08.06.2016, 10:02
__is_photorep_included8291573: 1

Актриса Анна Чиповская рассказала «Газете.Ru» о фильме «Чистое искусство», а также порассуждала о тяготах нашего времени и о том, зачем в кино нужны женщины.

9 июня в прокат выходит фильм Рената Давлетьярова «Чистое искусство» — основанный на реальных событиях триллер о том, как возлюбленная молодого художника расследует его убийство. Главные роли в фильме исполнили Анна Чиповская, Петр Федоров, Александр Яценко и другие актеры. Перед началом проката «Газета.Ru» встретилась с Анной Чиповской.

— Триллер не самый женский жанр. Как произошла ваша с ним встреча?

— Не самый женский, но очень для меня интересный. Это же всегда история не про перестрелки и погони, а про доверие. У нас в фильме речь как раз и идет о том, как доверие героини обманывают абсолютно все, играть такое безумно интересно. Но, вообще, я в «Чистое искусство» попала случайно. Я не ходила на пробы: была уверена, что та осень будет занята театральным проектом. Но когда мы приехали в Москву из Исландии, где снимали «Вычислителя», театральный проект слетел, а утвержденная на эту роль Настя Микульчина упала с мотоцикла и порвала связки на ногах. Когда я пришла на площадку, уже шел первый съемочный день. Мы познакомились с Ренатом (Давлетьяровым. — «Газета.Ru»), он сказал «окей», и я приступила к съемкам. Не жалею ни разу.

— То есть вы согласились на эту роль изначально, просто чтобы выручить команду?

— Да нет, что вы. Я бы не пошла выручательством заниматься никогда. Это как я вам скажу: сыграйте за меня сегодня «Безымянную звезду» (смеется). Если серьезно, то не могу не признать, что кино, выстроенное вокруг женщины, — это очень лестно. Мы существуем в мужском мире, и мир кино тоже мужской. А тут девушка попадает в беду, существует весь фильм в обрамлении шикарных мужчин, но в центре истории именно она. Это очень крутая тренировка, отличный опыт. Плюс для меня это еще и большая удача. Один из моих партнеров, Саша Яценко, пытается вырваться из артхаусного гетто, а я — из гетто, где живут симпатичные девушки в розовых платьях. Это страшное место, но мне в последнее время стало удаваться от него отдалиться.

— А где у вас особенно девушки в розовых платьях? Не припомню, чтобы вы играли что-то подобное.

— Ну да, все правильно. А знаете, сколько мне таких сценариев присылают? Это кошмар. И это понятно: накрутите мне кудри, и вы не представляете, каков будет результат.

25th Floor Film

— По-моему, для симпатичной подруги главного героя вы слишком опасная. Если уж накрутить кудри, то надо еще и тесак в руки дать.

— Да! Вот это правильное гетто, но у нас же так не бывает. У нас либо трафарет такой, либо трафарет сякой. А живых людей вы давно в российском кино видели? У Местецкого в «Тряпичном союзе» все отлично, но там одни парни. Нет, есть там и Настя Пронина, но лучшие-то роли для кого написаны? Правильно, для Буткевича с Палем и Янковского с Чинаревым. Девочка там постольку-поскольку: надо же кому-то писать сидя (смеется).

— Неужели все настолько плохо?

— Ну да. Сценариев нет вообще. Я недавно общалась с друзьями-операторами: «Вы читаете что-нибудь хорошее?» — «Нет» — «И я нет» — «Ну, пока». Поэтому я в театре работаю, там все-таки драматургия хорошая.

— При этом в мировом кино сейчас все больше сильных женских персонажей. Даже в блокбастерах — Фуриоза в «Безумном Максе», например. Вы понимаете, почему в российском кино не так?

— Да что вы хотите, мы никак с жанрами не разберемся. Кассу собирают романтические комедии, скроенные по одному лекалу. Но как объяснить людям, что «Влюблен по собственному желанию», например, — это тоже романтическая комедия? Ромком — это что смешно и про любовь. Но «Влюблен по собственному желанию» — это реально смешно и действительно про любовь. Про каждого героя можно написать по отдельной книжке… Ну или возьмем другой популярный жанр — кино про войну. Но ведь «Спасти рядового Райана» или «Тонкая красная линия» — это тоже кино про войну.

— Ну хорошо, у вас сейчас есть возможность сформулировать свой запрос к индустрии. Есть такой? Что хочется сыграть?

— Мне бы хотелось, чтобы такие люди, как Местецкий, Бакурадзе, Тарамаев и Львова, имели нужные ресурсы и собирали бы хоть что-нибудь в кинотеатрах. «Тряпичный союз» — это ведь потрясающе зрительское кино, там нет никакой чернухи! Но человек приходит в кино, видит: русское кино, артисты неизвестные… Наверное, артхаус или чернуха, не пойду. И это ведь долго формировалось. Человек раз пришел в кино — говно, два пришел — говно, и так годами. Сейчас зритель лучше на «Мстителей» новых сходит — там хоть есть техника с другой планеты (смеется). И невозможно людей убедить в том, что обязательно надо сходить в кино, скажем, на «Слепые свидания» Когуашвили — просто чтобы удовольствие получить! И мне хочется в таком кино сниматься, но чтобы это не было благотворительностью, чтобы эти фильмы окупались.

25th Floor Film

— Это все общие слова, а есть какая-то героиня, которую хотелось бы сыграть или хотя бы увидеть на экране?

— Знаете, хочется посмотреть фильм про человека, который умудряется в нашем мире сохранять, как это сказать… душевное здоровье. Сейчас такое время, оно не про принципы, не про верность, честность и совесть. Оно про карманы, про инстаграмы… И эта проблема сохранения себя, она ведь очень касается именно женщин. Нам же на каждом углу всякий разврат предлагают. Уже есть приложения, с помощью которых можно чем угодно заняться с человеком, который просто мимо проходил. Давайте! Трахайтесь прямо здесь! В Камергерском переулке! Вот хочется историю про женщину, которая живет среди всего этого. И необязательно, чтобы она при этом была серой мышкой. Пусть она будет звездой, пусть ее касаются все возможные и невозможные соблазны…

— Вам пора писать автобиографию.

— (Картинно закатывает глаза.) Ой, ну я не знаю, надо подумать…

— Потом ее экранизируют, и главную роль сыграет…

— Безруков! (Хохочет.)

— В общем, несмотря на хорошую драматургию в театре, вам все-таки не хватает работы в кино, я правильно понимаю?

— Да, конечно. Если бы кино было лучше, я бы с радостью работала там гораздо больше. Для меня съемки — это почти наркотический опыт. Мне страшно нравится абсолютно все, что происходит на площадке, я там почти не устаю. Это чистый кайф. «Чистое искусство» — чистый кайф. И почему я в копирайтеры не пошла?..