Пенсионный советник

В ожидании «Илиады»

В рамках биеннале в Музее Москвы проходит выставка «Мифология Москвы»

Велимир Мойст 05.09.2013, 16:23
В Музее Москвы открылась выставка «Мифология Москвы» – набор арт-объектов, представляющих... PR-служба Музея Москвы
В Музее Москвы открылась выставка «Мифология Москвы» – набор арт-объектов, представляющих столичную реальность в виде жутковатых или иронических аллегорий

В Музее Москвы открылась выставка «Мифология Москвы» — набор арт-объектов, представляющих столичную реальность в виде жутковатых или иронических аллегорий.

С недавних пор Музей Москвы, получивший в свое распоряжение комплекс Провиантских складов на Зубовском бульваре, позиционирует себя как открытую и прогрессивную институцию. Новый директор музея Алина Сапрыкина с первых шагов на этом посту дает понять, что намерена привлечь молодежную аудиторию, прежде не слишком баловавшую заведение вниманием. Перемены заметны еще на подступах к музею: сейчас вход на его территорию открыт со стороны Садового кольца, и даже в подземном переходе от метро «Парк культуры» обнаруживается стрит-артовская выставка «Пешеходы» с фотографиями дореволюционных московских типажей.

Намерение выбраться из замкнутого пространства на городской пленэр чувствуется и в нынешнем проекте «Мифология Москвы», включенном в программу биеннале современного искусства, что также является новшеством для этого музея.

Выставка расположилась под открытым небом во внутреннем дворике Провиантских складов. Составляющие ее 10 объектов стали плодами двухмесячной работы художников в летней резиденции, организованной самим музеем. Авторы, взятые на временный казенный кошт, должны были по условиям акции создать опусы, в которых бы находила отражение мифология сегодняшнего мегаполиса.

Заявить эффектную тему, конечно, проще, чем достичь убедительных результатов.

Пожалуй, в том виде, в каком этот проект реализовался, его можно счесть эскизом к потенциальному развернутому показу под тем же заглавием. Заведомая пунктирность не позволяет пока рассматривать этот сюжет в качестве полноценной антологии столичных мифов, которые, безусловно, существуют и требуют своего художественного осмысления.

Но если подходить к нынешней выставке как к заделу на будущее, то нельзя не отметить ряд занятных произведений.

Скажем, ветеран московской арт-сцены Вячеслав Колейчук выстроил интерактивную инсталляцию «Конструктивные колокола», синтезирующую православную традицию с авангардными установками. Эта изощренная звонница весьма точно попадает в тему проекта; ее вообще можно назвать камертоном выставки — в прямом и переносном смыслах. Определенное созвучие такому камертону обнаруживается в геометрических проволочных структурах Ани Желудь, метафорически преподносящей столичное бытие как кристаллическую решетку произвольной конфигурации. Приблизительно в той же тональности сделана инсталляция Сергея Катрана «Проникновение» — своего рода мемориал старым оконным рамам, изъятым из прежних гнезд и замененным прогрессивным пластиком.

Впрочем, в силу малочисленности экспонатов рифмы здесь быстро иссякают. Связывать между собой арт-объекты, порой довольно масштабные, требуется собственными усилиями.

Как и разгадывать смысл отдельных произведений — например, пространственной инсталляции «Снаряд» от группы молодых авторов. В сумрачном боксе, минуя ряды скамеек, зритель оказывается перед полым цилиндром из нержавейки, предположительно алтарем. Тусклый свет, тревожные электронные звуки — и никакой ясности, к чему вся эта психоделика. Пониманию немного способствуют устные комментарии авторов, но ведь к каждому зрителю гида не приставишь. Куда более однозначной трактовке поддается композиция Ирины Кориной «Атланты», где главные роли исполняют носители рекламных функций — «человек-зуб» (стоматология) и «человек-чебурек» (общепит). Гигантская жестяная ракета красного цвета в белый горох символизирует низведение прежних утопических замыслов до уровня пародии (произведения Сергея Шутова «Масква»), а эпохальные граффити Стаса Багса «Курск», где затонувшая подлодка представлена в образе кита, истыканного стрелами, возвращают к теме слухов и пересудов насчет причин этой трагедии.

Словом, в каждой работе найдется что-нибудь, так или иначе касающееся московских мифов, однако панорама не складывается.

Разрозненные аттракционы таковыми и остаются, что, конечно, можно списать на неструктурированность и недостаточную описанность самих городских мифов. Но как раз над драматургией и стоило бы поработать, коли источники вдохновения смутны, а жизненный материал сыроват. Столичным легендам и мифам еще только предстоит оформиться в связный рассказ. Будем считать, что начало положено.