Пенсионный советник

Нестрашный Чужой

В прокат выходит «Прометей» Ридли Скотта

Владимир Лященко 31.05.2012, 15:03
__is_photorep_included4608141: 1

В прокат выходит «Прометей» — нестрашная космологическая история про отцов и детей в духе фильмов категории Б, поставленная создателем «Чужого» Ридли Скоттом.

Неизвестно когда и не очень понятно где мускулистый синекожий гуманоид выпивает яду, чтобы пожертвовать свою ДНК экосистеме безжизненной планеты. В 2089 году пара археологов (Нуми Рапас и Логан Маршалл-Грин) обнаруживают в шотландской пещере доисторические наскальные рисунки, подтверждающие их догадку: мы не одни во Вселенной, и нас где-то ждут (примерная карта прилагается). Три года спустя на отправленном куда-то космическом корабле «Прометей» сверхчеловекоподобный робот Дэвид (Майкл Фассбендер) играет в велобаскетбол и учит морфологию и грамматику древних языков. По прибытии в пункт назначения, отдаленно напоминающий планетоид LV-426 из оригинального фильма 1979 года, Дэвид будит команду, в которую входят те самые археологи, роботоподобная властная стерва (Шарлиз Терон), похожий на заключенного космической тюрьмы геолог (Шон Харрис), нерд-биолог (Рэйф Сполл), женщина-врач (Кейт Дики), капитан (Идрис Эльба) и пара пилотов. Удачно приземлившись, команда с ходу обнаруживает туннели, обезглавленное крупное тело и очень большое изваяние головы, почти человеческой.

Дальнейшее тоже хочется пересказать, но не оттого, что сюжет захватывающ (увы, это не так), а оттого, насколько дико происходящее: так в школе перед первым уроком пересказывали увиденный накануне фильм.

«Прометей» богато снят и воплощает в 3D-картинки нарисовавшего инопланетную тварь художника Гигера, но рассказ его о тайнах жизни во Вселенной сбивчив и невнятен.

В истории про космологию взаимоотношений отцов и детей солирует андроид Дэвид. «Все дети хотят убить своего отца», — цитирует созданный по образу и подобию человека голос чистого рацио, лишенного эмоций и переживаний. Для него это научный тезис. Для героини Рапас, сны которой он подсматривает, — спорный вопрос веры.

Герой Фассбендера вообще выгодно отличается от остальных персонажей продуманностью.

Его образ воскрешает множество релевантных персонажей — от обладателя своеобразной пластики робота Вертера из советской «Гостьи из будущего» (случайная ассоциация) до Лоуренса Аравийского в исполнении Питера О'Тула (соответствующим фильмом Дэвид вдохновляется в пути). Можно даже задуматься о деградации искусственных людей: от Дэвида к Эшу (Иэну Холму) из «Чужого» и далее к Бишопу (Лансу Хенриксону) из его продолжений.

На столкновении веры с разумом можно было выстроить не только фильм, но и вселенную-другую, однако Скотт зачем-то обвешивает центральную линию множеством декоративных элементом, и искомые линии ДНК теряются в генетическом шуме безобразных мутаций. Выкинуть, например, за борт еще на подлете геолога с ботаником — даже в сюжете ничего не изменилось бы, зато история стала бы чуть стройнее.

Перегруженность лишними деталями в «Прометее» конкурирует с диалогами, которые написаны в полном соответствии с духом и буквой фильмов категории Б:

«мы исследуем данные, чтобы понять, почему взорвалась его голова» ученых или веское капитанское «ну все, я пошел», когда у входа на корабль творится черт знает что. На пять минут фильм превращается в трэш-зомби-хоррор. В триллер — ни разу: блуждания потерявшихся членов экипажа в недрах инопланетного объекта поданы скорее как комедия. Неприятности находят их, когда ответственные лица решают, что залежались в криогене без секса.

Комичность не удивительна: половина экипажа оказалась в экспедиции случайно и только и ждет момента быть съеденными, но их, как назло, никто не ест. Даже героиня Шарлиз Терон, которая вроде бы должна всем заправлять, на самом деле полетела назло обстоятельствам и манкирует обязанностями. В принципе, атмосфера всеобщего идиотизма вполне оправдывает предлагаемую в финале реакцию Вселенной на залетных человечков.

История «Чужого», придуманного как «Челюсти» в космосе», где никто не услышит ваш крик, и едва не проданного королю малобюджетных ужастиков Роджеру Корману, начиналась как дорогой би-муви — возможно, лучший из возможных. Лейтенант Эллен Рипли сталкивалась с ужасом, который превращался в сиквелах в настойчиво преследующий кошмар наяву, от которого не сбежать, потому что всякий раз засыпаешь успокоенной, а просыпаешься в страхе, который постепенно забирается в нутро. В самом буквальном смысле.

«Прометей» совершенно не страшен.

Секретность, которой создатели картины окружали многие годы свою работу, могла внушать равно трепет и опасения. Все эти полунамеки и сообщения, в которых утверждалось, что Ридли Скотт снимает не приквел «Чужого», но нечто генетически с ним связанное. Изящный ролик, в котором глава корпорации Weyland Питер Вейланд (Гай Пирс, каким в фильме его не найти) выступает в 2023 году с лекцией в проекте TED. Это ведь вейландовский корабль «Ностромо» обнаружил в «Чужом» потерпевшее крушение инопланетное судно с покойным пилотом — исполином с хоботом и сломанными изнутри ребрами. Стоило ли отправлять в космос самую дорогую из экспедиций только для того, чтобы узнать, какими именно нотами запускали эти пилоты свои корабли?