Что изменилось
в Сирии за год

Инфографика
Виктория Волошина
о новых идеях сэкономить
на стариках

Предлог милиционерам

Рецензия на фильм румынского режиссера Корнелиу Порумбою «Полицейский, прилагательное»

Ксения Рождественская 26.08.2010, 13:54
film.ru

В прокат выходит самый медленный фильм румынского кино — «Полицейский, прилагательное» Корнелиу Порумбою.

Фильмы «новой румынской волны» с ее безразлично-пристальным, слегка аутичным взглядом на мир узнаются с первых кадров. Блекло-зеленый коридор, десятиминутный ужин в полном молчании, подробное проживание серой жизни, повседневное топтание на месте.

Безразличный Кафка вместо действий и серьезный Беккет вместо диалогов. Добро пожаловать в румынское кино.

«Полицейский, прилагательное» полтора года назад удостоился приза ФИПРЕССИ и приза жюри в конкурсе «Особый взгляд» Каннского кинофестиваля, потом прошел по фестивалям поменьше и до российского проката добрался очень вовремя: он идеально иллюстрирует проект нового российского закона о милиции-полиции. В фильме буква закона важнее людей, а героев гораздо больше интересует само слово «полицейский», чем суть этой профессии.

В зависимости от настроения «Полицейского» можно воспринять как драму о маленьком человеке и большой системе, абсурдистский фарс о столкновении местоимения с прилагательным, триллер о борьбе с наркотиками или бюрократическую зарисовку современного общества.

Полицейский по имени Кристи следит за старшеклассником, на которого поступил донос.

Старшеклассник курит (и, возможно, распространяет) анашу, и тому есть доказательства: следы анаши в окурках. Парню грозит срок. Кристи не хочет ломать мальчишке жизнь, тем более что, по новым европейским законам, курение не воспрещается. Но в Румынии свой свод законов.

Фирменная аутичность лучших фильмов «румынской волны» налицо: долгое зависание на бытовых деталях, рутина как единственный способ существования, неумение или нежелание видеть то, что выходит за пределы привычной картины. «Я провел медовый месяц в Праге», — говорит Кристи своему начальнику. «Да? Почему не в Париже?» — автоматически откликается начальник.

Кристи хочет сказать что-то по делу, но все его слова и действия не имеют последствий.

Он следит за подозреваемым, пишет отчет, разговаривает с начальством, складывает отчет в папку. В его отчетах все есть – и доказательства того, что подозреваемый невиновен, и указания на дилера, и множество других слов, которые все равно никто не хочет и не будет читать. А если прочитает, то увидит там не человека, а только набор слов, заметит лишь орфографическую ошибку.

Дома Кристи сидит, ест, слушает идиотскую попсу, составленную из глубокомысленных вопросов («Чем было бы поле без цветка? Чем было бы сегодня без завтра? Чем была бы жизнь без тебя?»), а потом идет обсуждать с молодой женой каждую строчку этой песни, но не может ей объяснить, что в песне не так.

В этой размеренности иногда видны следы ядовитой иронии, иногда – абсурда, иногда — анаши, и зритель вместе с героем впадает в состояние повседневной тупости, вежливого безразличия, послушной комы. Отчеты показывают крупным планом, долго, пока не прочитаете. Долго, на повторе, дают слушать попсу, пока вас не заинтересует, почему же в этой песне такие идиотские слова.

Это очень медленное кино. Кто-то из зрителей – не кинокритиков, а просто зрителей – сказал, что никогда не думал, что кино может быть настолько скучным и одновременно настолько увлекательным.

Дебютный фильм Порумбою «Было или не было?» («12:08 к востоку от Бухареста») превращал революцию в анекдот, вынося в прямой эфир вопрос о том, выходили диссиденты на площадь провинциального городка в 1989-м или нет. То есть были свидетели у этой революции или нет? А следовательно — была ли она сама? «Полицейский, прилагательное» интересуется схожим вопросом: существует закон или нет?

Закону есть свидетель – Большой румынский словарь. Значит, закон есть.

Полицейские в фильме (особенно Влад Иванов, знакомый российскому зрителю по драме «4 месяца, 3 недели и 2 дня» и фильму «Счастье мое») — милые, хорошие люди. Они умеют работать, знают, что такое закон и что такое совесть, и какой частью речи является слово «полицейский». Они постоянно обмениваются друг с другом какими-то данными, сводят все к простым схемам и похожи на роботов гораздо больше, чем персонажи азимовского «Я, робот». Кристи весь фильм пытается выбраться из этих схем: нравственный закон находится внутри него. У остальных закон — в Большом бесстрастном румынском словаре.

Словарь побеждает. И от всего человека вам остается лишь часть речи. Часть речи вообще. Прилагательное.