Цивилизация
Один викторианский джентльмен отрекся от возлюбленной служанки, та сверзнулась с обрыва вниз башкой, а юноша был отмщен ее мамашей-ведьмой, наложившей проклятие на всех девушек по фамилии Уилхерн. Уилхерны, однако, предпочитали размножаться мальчиками, но лет эдак через сто, то есть где-то в наше время, появилась на свет и девочка, чары сработали, и правнучка незадачливого джентльмена была превращена, вообще-то говоря, в свинью. То есть вплоть до подбородка девушка получилась комильфо, а всем, что повыше, развилась в абсолютнейшую копию Мисс Пиги. Кто не помнит — мечтательная хрюшка из «Маппет Шоу», сохнувшая по лягушонку Кермиту. Понятно, что с замужеством у девушки возникли проблемы, и она, сбежав из дома, отправилась искать свою судьбу.
Треугольные розовые ушки главной героини брать в расчет не будем — с ними авторы быстро наигрались, внимания акцентировать не стали и где-то к середине сказки сдали обратно реквизиторам или сварили холодец. Главное здесь, конечно, пятачок, наиболее умилительная часть свиньи. Самое же главное, что пятачок пересадили бесшовным методом на замечательную мордашку Кристины Ричи. Учитывая, что у последней, как известно, уже наблюдается некоторая курносость, лицо звезды убедительно и совершенно бесконфликтно эволюционировало к полноценному свиному рыльцу.
Поиграв в прятки минут, наверное, пять, зрителя долго не томят, и Ричи с рыльцем ему наконец показывают в режиме «полного экрана».
Первая реакция — молчаливо-созерцательная — сменяется желанием сделать то же самое, что и женихи мисс Уилхерн: рассмотрев невесту повнимательней, молодые люди делали в гостиной стремительный разбег и прыгали пачками из окон фамильного особняка, как старухи Хармса. Но если не поддаваться панике, то окажется, что Кристине Ричи рыльце, что называется, к лицу. Замечательное рыльце. Сотрется в память мораль и подробности интриги, поникнет муза кино, исчезнет, быть может, понятие «свинина», а пятачок останется… И когда мисс Уилхерн сбрасывает ведьминский наговор, и нам показывает героиню, как она есть, в такую Ричи верится с трудом. Пятачок требуем вернуть. Договориться бы еще с реквизиторами, оставить актрисе эту штуку навсегда. Вставлять в нее, предположим, штепсель, подзаряжаться положительной энергией.
Многое сказано о магии экрана, языке кино и пр., но такого опыта, когда на экране — девушка-свинья, а чувствуешь себя прекрасно, не предлагал, кажется, никто и никогда.
Талантливый подлец Марк Палански, режиссер-дебютант, обскакал здесь на поросенке чуть ли не главного специалиста по всяческим чудо-трансформациям Тима Бертона. Скрестите Бертона с викторианским ситкомом, все вместе — с «Маппет Шоу», и выйдет «Пенелопа»: с древнегреческими женихами, Бэйбом на лице и поисками самого себя. Палански травит байку, в которую верится легко: девушки — свиньи, а просто девушками становятся и без поцелуев принца, когда сами захотят. Из викторианского цилиндра выпрыгивают карлик-папараци, принц-картежник и богатый негодяй — всем есть дело до свиньи. Параллельно стреляет репликами от бедра — это совершенно английская комедия, где половина острот застревает в переводе.
На следующей неделе покажут еще одну сказку — «Звездную пыль» по Нилу Гейману, и сравнение двух фильмов никак не обойти. Почему одни завезут целую гору специальной глины, утыкают ее волшебными палочками, на палочки водрузят бумажки с магическими заклинаниями, а голема у них не получается, хоть тресни? Другим же достаточно припечатать глину свиным пятачком, и нате — завертелась сказка, а зритель похрюкивает от удовольствия. Год свиньи, наверное.
