Вся надежда на доктора-хакера

11.10.2018, 08:15

Александр Латкин о реформе государственной медицины

Врач-терапевт районной поликлиники выглядит крайне легкомысленно — трудно уговорить себя вручить жизнь молодой загорелой девице с тремя сережками в ухе, с провокационной татушкой на месте пульса и с телефоном в чехле с заячьими ушками. Пациент, пытаясь осторожно давить на жалость, но не переигрывать, говорит, что у него не получается записаться к нужному ему специалисту.

Да, в этом и есть главная идея реформы так называемого «поликлинического обслуживания» — к специалисту пациента может направить только терапевт, который становится фактически привратником государственной медицинской системы.

К терапевту можно записаться даже через интернет, но дальше нужно убедить его, что тебе действительно нужно попасть к конкретному специалисту.

Реклама

«А мы сейчас попробуем, — загорелый доктор задорно лупит по клавиатуре и с интонацией хакера добавляет. — Я знаю как обойти эту программу!»

«Доктор, не делайте этого, — бурчит медсестра, раза в два старше доктора. — Опять проблемы будут».

«О, закрыли доступ! Поступим по-другому!» — почти кричит доктор-хакер и выбегает из кабинета.

«Вот звезда! — медсестра говорит ей вслед со сложной интонацией, состоящей из равных долей осуждения и восхищения. — Наломает дров, а мне разгребай».

Доктор-хакер возвращается с победой в виде листка с направлением. В кабинет заходит главная медсестра и сообщает, что завтра будет встреча персонала поликлиники с представителями прокуратуры.

«За что это вас?» — в ужасе шепчет пациент.
«А, нас все проверяют, — легкомысленно хихикает доктор-хакер. — И Минздрав, и прокуратура, и еще какие-то дядьки — я всех не помню».

И пациент понимает причину восхищения медсестры — доктор-хакер их всех не боится, они ей смешны. Они занимаются ерундой, а она людям жизнь спасает. Судя по всему, для нее государственная здравоохранительная система — просто процедура, компьютерная программа, которую можно обойти.

Пациенты тоже пытаются совладать с процедурой. Великая Русская Литература рассказывает нам, что русский человек не способен к порядку — только из-под палки. И не свободы мы ищем, а воли. Или бури. Или битвы. Но в XXI веке вдруг выяснилось, что если порядок логичен, если процедура разумна, то русский человек в нее охотно вписывается и чувствует себя в ней вполне комфортно.

Может, поэтому наша страна производит математиков и поэтов — мы способны создавать и понимать нематериальные идеальные структуры. Но до недавнего времени встречаться в жизни с логичными процедурами нам не приходилось. Поэтому если процедура плохая, если она противоречит здравому смыслу, то мы ее обходим или ломаем — как доктор-хакер. Да, бабушки и дедушки, воспитанные советской медициной, приходят за час до назначенного времени — на всякий случай. Но люди среднего возраста и молодые — за 10 минут. Они уже почувствовали удобную логику процедуры, они уже не знают что такое советская очередь к врачу.

У молодых меняется и отношение к здоровью — например, это видно по количеству вполне здоровых людей, проходящих диспансеризацию в государственных поликлиниках. Государство делает это из своих соображений, надеясь с помощью ранней диагностики уменьшить расходы на лечение в будущем. Но и мы в случае чего раньше можем узнать о надвигающейся беде.

Наши граждане, особенно молодые, курить и пить стали меньше. Для советских людей Здоровый Образ Жизни (ЗОЖ) ассоциировался с унылой пропагандой трезвости.

Для нынешних молодых фразочки типа «я на ЗОЖе» звучат вполне серьезно — в соцсетях группы, посвященные здоровью, насчитывают сотни тысяч подписчиков. В этом есть логика: лучше я не буду себя травить всякой дрянью, чтобы лишний раз не выпрашивать дорожающие медицинские госуслуги.

Вот так и устроена наша медицина — хрестоматийное единство и борьба между человеком и процедурой. Если выдачу государственных документов удалось существенно улучшить с помощью системы МФЦ, то здесь, что называется, есть вопросы. Причина появления вопросов очевидна: реформа медицины непосредственно влияет на жизнь людей. По данным ВЦИОМ, наши граждане считают здравоохранение самой главной проблемой — важнее даже чем состояние экономики и размер пенсий. Опросы «Левада-цента» показывают, что среди главных проблем, беспокоящих людей — доступность и качество медицинских услуг.

Нечестно отрицать, что пациенты все чаще имеют дело с квалифицированными врачами, современной аппаратурой, новыми технологиями анализов и лечения, новыми препаратами. И не только в столицах. Нечестно отрицать, что растет госфинансирование важных направлений — например, программ по раннему выявлению рака. Замечательно, что не нужно бегать по поликлинике с жуткой пачкой приклеенных друг к другу листков, называемой «История болезни» — все в компьютере.

Правда, и здесь бывают сбои — забавно слышать от человека в белом халате фразу: «Ваши анализы еще в базу не подгрузились». Но у этого великолепия есть удручающее свойство — количество платных анализов и процедур растет, лекарства дорожают. Попытки сэкономить на всем никто и не скрывает. О, эти 15 минут на осмотр одного пациента! А если выдается дополнительный талон, то и 5 минут!

О, эти разрезанные наполовину листы А4, на которых печатаются направления к врачам! Так и представляешь себе внутренний приказ главврача об экономии бумаги.

Именно удорожание медицинских услуг в очередной раз показывает нам, что главная движущая сила нашей власти и нашего времени — деньги. Ряд политологов даже называют тип нынешнего российского правления как «монетократию», власть денег. Действительно, все проблемы внутри страны федеральный центр пытается решить увеличением или уменьшением финансирования, чиновников интересуют личное обогащение, даже своих врагов государство обвиняет прежде всего в продажности, в существовании на иностранные деньги.

Иногда, когда ощущаешь такую экономию на себе, начинает казаться, что власти, проводя реформу медицины, пытаются скомпрометировать либеральные идеи и вернуться к социализму — по крайней мере, наших высших начальников часто обвиняют в попытке реставрации СССР. Однако это все же слишком тонкий и изящный ход для нашей циничной и весьма просто устроенной власти. Скорее всего, это и есть истинная идеология нашей правящей элиты — жесткий рейгановско-тэтчерский неолиберализм, прикрываемый красивыми словами о социальном государстве и показной ностальгией по некоему идеальному СССР.

Так и происходит наше общение с государством — оно придумывает новые способы получить с нас доход, а мы пытаемся увернуться. Но при этом никто — ни верхи, ни низы — не хочет скандала, бунта, революции. Государство и граждане постоянно испытывают друг друга на прочность, пытаясь передвинуть границу этого противостояния.

И то, что систему изнутри пытаются менять такие доктора-хакеры, позволяет надеяться на передвижку границы в нашу пользу, надеяться на так называемое Смягчение Нравов. Такие доктора по определению на нашей стороне. На самом деле, сейчас вся надежда на молодых умных смелых женщин без советского опыта. Кто знает, может через 10 лет именно такой доктор-хакер будет управлять этой поликлиникой, а через 20 лет — Минздравом, а через 30 лет — страной. Или уйдет в частную клинику, что не так уж плохо — частная медицина, кроме стоматологии, в России пока не заслуживает большого доверия. Да, нам придется подождать — гуманизация, в отличие от революции, происходит неспешно. Но неотвратимо.

Сейчас мы, по крайней мере на словах, ссоримся с Америкой, но при этом становимся все более на нее похожи — граждане одобряют наглое поведение нашего государства в международных делах, явно подражающее американской внешней политике. Но и внутри страны государство относится к нам все более по-американски, сокращая свои социальные обязательства.

Граждане в ответ, подобно американцам, учатся выживать самостоятельно и относиться к государству цинично. Государству, похоже, этот процесс пока нравится — так ему дешевле. Но власть может пропустить тот момент, когда граждане научатся обходиться без государства, а докторы-хакеры изменят код управления не только медициной, но и страной.